Был день св. Патрика, а на мне - единственный зеленый предмет: значок с надписью «Ущипни меня, и ты покойник». Вообще-то с вечера я вышла на работу в зеленой блузке, но ее залило кровью из обезглавленного цыпленка. Ларри Киркланд, стажер-аниматор, выпустил цыпленка из рук. Он, естественно, затрепыхался, как и положено обезглавленному цыпленку, и забрызгал нас кровью. В конце концов я его поймала, но блузка погибла.
Добавить в моё избранное
524 мин, 37 сек 21146
Все равно против воли человека — это против воли, — сказала и.
— А ты собираешься изображать полисмена, Анита? — заинтересованно спросил Янош.
— Я не буду стоять и смотреть, как вы их станете мучить.
— Ты высокого о себе мнения, Анита. Уверена в себе — мне это нравится. Сломать сильного человека — это всегда более интересное развлечение. Слабаки плачут и хнычут, сопли размазывают, а вот сильные — они чуть ли не требуют, чтобы их терзали. — Он пошел ко мне крадучись, выставив паучью руку. — Ты хочешь, чтобы я тебя терзал?
Я помнила, что Жан-Клод предупреждал не пускать в ход оружие, но хрен с ним. Я потянулась к браунингу.
Жан-Клод внезапно оказался рядом, держа Яноша за руку. Янош был ошеломлен. Честно говоря, я тоже. Я не видела, чтобы он двинулся, и Янош, очевидно, тоже. Значит, ловкий фокус.
Я убрала руку от пистолета, хотя точно знала, что с ним чувствовала бы себя лучше. Но целью сегодняшнего упражнения было не почувствовать себя лучше, а остаться в живых.
— Никому из нас не причинят вреда — такое было обещание, — сказал Жан-Клод.
Янош высвободился из хватки Жан-Клода медленно, почти лениво, будто наслаждался ситуацией.
— Если Серефина что-то обещает, она держит слово.
— Зачем тогда здесь эти женщины? — Эти двое, — Янош показал на нас с Ларри, — действительно бросятся на защиту двух незнакомых людей?
Он говорил с удивлением, но удивлением приятным.
— К сожалению, да.
— А если они полезут в драку, ты встанешь на ее защиту? — Если придется.
Янош улыбнулся, и кожа его натянулась, пытаясь не дать вылезти костям.
— Великолепно!
Спина Жан-Клода дрогнула, будто его застали врасплох. Я просто ничего не понимала.
— Эти две женщины вошли в наш дом добровольно. Они знали, кто мы, и согласились нас поразвлечь.
Я поглядела на вторую из девушек: — Это правда?
Охранница-вампирша слегка тронула ее за плечо, но этого было достаточно.
— Мы пришли добровольно, но мы не знали…
Вампирша слегка сжала пальцы, и лицо девушки исказилось от боли, но она не издала ни звука.
— Они пришли сюда добровольно, и они в дееспособном возрасте, — сказал Янош.
— И что теперь будет? — спросила я.
— Айви, пристегни вот эту к той цепи. — Янош показал на кольца с меховой подкладкой слева от двери.
Айви и Брюс подхватили девушку, подняли на ноги и потащили к стене.
— Поерни ее спиной к комнате, пожалуйста.
Я шагнула к Жан-Клоду и прошептала, хотя и знала, что меня все равно услышат: — Мне это не нравится.
— Мне тоже, ma petite.
— Мы можем этому помешать, не нарушая перемирия? — Если они не причинят нам вреда непосредственно — нет.
— Что будет, если я нарушу перемирие? — Нас скорее всего убьют.
В комнате пять вампиров, и три из них старше Жан-Клода. Мы наверняка погибнем. Черт!
Блондинка отбивалась и рыдала, пытаясь вырвать руки, пока вампиры приковывали ее к стене. Она тянула руки с такой силой, что, если бы не мех, ободрала бы себе запястья.
Из боковой двери в комнату вышла женщина. Высокая, выше Жан-Клода. Кожа цвета кофе с двойной порцией сливок. Темные волосы спадают до пояса прямыми тонкими прядями. Черное кожаное бикини, оставлявшее очень мало простора воображению. Женщина вошла широким шагом, на каблуках, очень по-человечески. Но она не была человеком.
— Кисса! — сказал Жан-Клод. — Ты все еще при Серефине? — Он был удивлен.
— Не всем так везет, как тебе.
Голос женщины был медовой густоты. В воздухе запахло пряностями, и я поняла, что это либо ее духи, либо иллюзия.
Лицо с высокими скулами было без косметики, и все же она была красива — хотя я подумала, на что бы она была похожа, если бы не затмевала мне разум. Потому что ни один человек не мог бы излучать такую первобытную сексуальность, которая висела вокруг Киссы облаком.
— Мне жаль, что ты здесь, Кисса.
Она улыбнулась: — Не жалей меня, Жан-Клод. Серефина обещала отдать мне тебя до того, как Янош изуродует твое прекрасное тело.
Шесть вампиров, четверо из них старше Жан-Клода. Шансы менялись не в нашу сторону.
— Вторую девицу приковать вон там, — показал Янош на такие же кольца справа от двери.
Девушка замотала головой: — Не выйдет.
Она отказалась идти и отбивалась лучше, чем блондинка. Она бросилась на пол и каждый дюйм использовала не чтобы сопротивляться, а просто не идти.
Две вампирши возрастом в несколько столетий, такие мощные, что у меня от их силы зубы ныли, должны были поднять ее за руки и за ноги и отнести к стене. Наконец она закричала — громко, прерывисто и зло. Темноволосая вампирша прижала ее к стене, а другая приковала.
— Не могу я смотреть, ничего не делая, — сказал Ларри.
— А ты собираешься изображать полисмена, Анита? — заинтересованно спросил Янош.
— Я не буду стоять и смотреть, как вы их станете мучить.
— Ты высокого о себе мнения, Анита. Уверена в себе — мне это нравится. Сломать сильного человека — это всегда более интересное развлечение. Слабаки плачут и хнычут, сопли размазывают, а вот сильные — они чуть ли не требуют, чтобы их терзали. — Он пошел ко мне крадучись, выставив паучью руку. — Ты хочешь, чтобы я тебя терзал?
Я помнила, что Жан-Клод предупреждал не пускать в ход оружие, но хрен с ним. Я потянулась к браунингу.
Жан-Клод внезапно оказался рядом, держа Яноша за руку. Янош был ошеломлен. Честно говоря, я тоже. Я не видела, чтобы он двинулся, и Янош, очевидно, тоже. Значит, ловкий фокус.
Я убрала руку от пистолета, хотя точно знала, что с ним чувствовала бы себя лучше. Но целью сегодняшнего упражнения было не почувствовать себя лучше, а остаться в живых.
— Никому из нас не причинят вреда — такое было обещание, — сказал Жан-Клод.
Янош высвободился из хватки Жан-Клода медленно, почти лениво, будто наслаждался ситуацией.
— Если Серефина что-то обещает, она держит слово.
— Зачем тогда здесь эти женщины? — Эти двое, — Янош показал на нас с Ларри, — действительно бросятся на защиту двух незнакомых людей?
Он говорил с удивлением, но удивлением приятным.
— К сожалению, да.
— А если они полезут в драку, ты встанешь на ее защиту? — Если придется.
Янош улыбнулся, и кожа его натянулась, пытаясь не дать вылезти костям.
— Великолепно!
Спина Жан-Клода дрогнула, будто его застали врасплох. Я просто ничего не понимала.
— Эти две женщины вошли в наш дом добровольно. Они знали, кто мы, и согласились нас поразвлечь.
Я поглядела на вторую из девушек: — Это правда?
Охранница-вампирша слегка тронула ее за плечо, но этого было достаточно.
— Мы пришли добровольно, но мы не знали…
Вампирша слегка сжала пальцы, и лицо девушки исказилось от боли, но она не издала ни звука.
— Они пришли сюда добровольно, и они в дееспособном возрасте, — сказал Янош.
— И что теперь будет? — спросила я.
— Айви, пристегни вот эту к той цепи. — Янош показал на кольца с меховой подкладкой слева от двери.
Айви и Брюс подхватили девушку, подняли на ноги и потащили к стене.
— Поерни ее спиной к комнате, пожалуйста.
Я шагнула к Жан-Клоду и прошептала, хотя и знала, что меня все равно услышат: — Мне это не нравится.
— Мне тоже, ma petite.
— Мы можем этому помешать, не нарушая перемирия? — Если они не причинят нам вреда непосредственно — нет.
— Что будет, если я нарушу перемирие? — Нас скорее всего убьют.
В комнате пять вампиров, и три из них старше Жан-Клода. Мы наверняка погибнем. Черт!
Блондинка отбивалась и рыдала, пытаясь вырвать руки, пока вампиры приковывали ее к стене. Она тянула руки с такой силой, что, если бы не мех, ободрала бы себе запястья.
Из боковой двери в комнату вышла женщина. Высокая, выше Жан-Клода. Кожа цвета кофе с двойной порцией сливок. Темные волосы спадают до пояса прямыми тонкими прядями. Черное кожаное бикини, оставлявшее очень мало простора воображению. Женщина вошла широким шагом, на каблуках, очень по-человечески. Но она не была человеком.
— Кисса! — сказал Жан-Клод. — Ты все еще при Серефине? — Он был удивлен.
— Не всем так везет, как тебе.
Голос женщины был медовой густоты. В воздухе запахло пряностями, и я поняла, что это либо ее духи, либо иллюзия.
Лицо с высокими скулами было без косметики, и все же она была красива — хотя я подумала, на что бы она была похожа, если бы не затмевала мне разум. Потому что ни один человек не мог бы излучать такую первобытную сексуальность, которая висела вокруг Киссы облаком.
— Мне жаль, что ты здесь, Кисса.
Она улыбнулась: — Не жалей меня, Жан-Клод. Серефина обещала отдать мне тебя до того, как Янош изуродует твое прекрасное тело.
Шесть вампиров, четверо из них старше Жан-Клода. Шансы менялись не в нашу сторону.
— Вторую девицу приковать вон там, — показал Янош на такие же кольца справа от двери.
Девушка замотала головой: — Не выйдет.
Она отказалась идти и отбивалась лучше, чем блондинка. Она бросилась на пол и каждый дюйм использовала не чтобы сопротивляться, а просто не идти.
Две вампирши возрастом в несколько столетий, такие мощные, что у меня от их силы зубы ныли, должны были поднять ее за руки и за ноги и отнести к стене. Наконец она закричала — громко, прерывисто и зло. Темноволосая вампирша прижала ее к стене, а другая приковала.
— Не могу я смотреть, ничего не делая, — сказал Ларри.
Страница 87 из 143
