Гарри Киф унаследовал способности экстрасенса по материнской линии. Он разбил их до недосягаемых высот парапсихического могущества. Гарри — некроскоп: он разговаривает с мертвецами, как другие разговаривают с друзьями или соседями. Понятно, что Великое Большинство — мертвецы — считают некроскопа своим другом, ведь он один — свет в их вечной тьме, ниточка, связующая их с тем миром, что они покинули.
Добавить в моё избранное
696 мин, 27 сек 7233
Пожалуй, стоит начать со складов, расположенных поблизости от основных маршрутов.
Джордан просматривал досье на убитых девушек. Его заинтересовал отчет по делу Пенни. Думая о своем, он спросил: — Гарри, тебе известно, что тело Пенни было найдено в саду у ограды замка? — Да, — нахмурился Гарри. — Это важно? — Возможно. Там, в замке, расквартировано несколько небольших спецподразделений. А наш приятель, как мы знаем, поставлял мясо для разных кухонь и столовых той ночью, поэтому, когда поблизости никого не было, он мог перебросить Пенни через ограду.
Гарри кивнул.
— Я осмотрел то место, где ее нашли. И ограду тоже. Там есть травянистые холмики и довольно высокие насыпи. Так что нетрудно было бы перебросить труп, чтобы он соскользнул вниз и не получил никаких повреждений. На ее теле не было никаких увечий, кроме тех, что нанес он.
Его худое лицо окаменело от ярости, когда он вспомнил, как выглядела Пенни там, в морге. Тряхнув головой, чтобы освободиться от воспоминаний, Гарри прорычал.
— Короче, я еще раз посмотрю там. Это вполне вероятно. И тогда поле наших поисков сужается. Спасибо, Тревор. — И грустно добавил: — Видишь, из меня вышел плохой детектив…
— Слушай, — предложил Джордан. — Переправь меня в Эдинбург прямо сейчас, дай мне проверить все это. Ты же понимаешь, тебя там могут помнить, но меня-то они не знают. Я возьму с собой это досье. У меня сохранилось старое удостоверение отдела, я захватил его из дома. При расспросах это действует не хуже, чем форма полицейского. Я разберусь с этим делом, а ты пока продолжишь работу со списками складов.
Гарри показалось это разумным.
— Ладно, — сказал он. — Встретимся здесь ночью. А до тех пор мы можем периодически связываться. Только имей в виду, что солнце мне вредит. Это может помешать нам связаться. С другой стороны, если днем ничего не произойдет, это тоже неплохо. Только вот что… — Он нерешительно умолк.
— Да? — Ты должен действовать сам по себе, — продолжал некроскоп. — Если отдел возьмется за меня, они не пощадят и моих друзей.
— Да, не пощадят, — согласился Джордан. — Но и не выбросят на свалку! И потом, Дарси сказал, что возьмет это на себя.
Гарри кивнул.
— Но он не возьмет на себя тот факт, что я стал вампиром. И ты сам знаешь, Тревор, что отдел не оставит мне ни малейшего шанса. Держу пари, приговор уже подписан, и они сейчас затыкают все дыры. Возможно, они еще держатся подальше отсюда, потому что это мой дом. Я здесь лучше ориентируюсь. Но рано или поздно даже тут станет небезопасно. Черт возьми, это будет западня для меня. Они уберут меня тихо и незаметно.
— Не каркай, Гарри, — сказал Тревор. — Давай сейчас попытаемся поймать этого Джонни, ладно? А потом будет время подумать об остальном.
«Он прав почти во всем, подумал некроскоп. — Почти — потому что потом времени не будет»
На следующее утро министр вызвал Дарси Кларка в штаб-квартиру отдела. Когда Кларк пришел в свой бывший кабинет, министр сидел за его столом… а в углу стоял Джеффри Пакстон, скрестив на груди руки и подпирая спиной бронированное оконное стекло. Кларк предпочел бы обойтись без Пакстона, копающегося у него в мозгу, но в его положении жаловаться не стоило.
После обычного обмена любезностями министр отметил, что Кларк неважно выглядит.
— Я поздно лег, — ответил тот. — Я поспал только пару часов, как меня сюда позвали. Ладно, все к лучшему. Я пришел бы в любом случае. Знаете, прошедшей ночью у меня была пара визитеров. Сомневаюсь, что вы поверите мне, когда я скажу, кто был одним из них.
— Мы знаем, кто это был, Кларк, — вдруг вмешался Пакстон. — Гарри Киф и Тревор Джордан — вампиры!
Кларк был готов к этому. Он вздохнул и повернулся к министру.
— Этот слизняк обязательно должен присутствовать? Если эта извивающаяся дрянь должна непременно ковыряться в чужих мозгах, нельзя ли это делать на расстоянии? Например, за дверью?
Министр нахмурился.
— Вы хотите сказать, что Пакстон ошибается?
Кларк опять вздохнул.
— Я видел Гарри и Тревора минувшей ночью.
— Тогда, значит, вы утверждаете, что Гарри Киф и Джордан — не вампиры? — очень тихо произнес министр.
Кларк посмотрел на него, отвернулся и закусил нижнюю губу. Министр повторил: — Они вампиры или нет?
Кларк повернул к нему лицо: — Джордан — нет.
— А Киф — да? — Вы ведь и так знаете об этом, верно? — огрызнулся Кларк. — Благодаря вот этому, — он обжег взглядом Пакстона, — этому скользкому червяку! Да, Гарри заразился. Он подцепил эту дрянь, защищая нас — всех нас — в Греции, когда я просил его помочь нам. Но он, как я себе представляю, не собирается стать убийцей. Что еще вы хотите от меня услышать? — Надо полагать, многое, — ответил Пакстон.
Кларк поглядел на него, потом на министра, и понял, что до них не достучишься.
Джордан просматривал досье на убитых девушек. Его заинтересовал отчет по делу Пенни. Думая о своем, он спросил: — Гарри, тебе известно, что тело Пенни было найдено в саду у ограды замка? — Да, — нахмурился Гарри. — Это важно? — Возможно. Там, в замке, расквартировано несколько небольших спецподразделений. А наш приятель, как мы знаем, поставлял мясо для разных кухонь и столовых той ночью, поэтому, когда поблизости никого не было, он мог перебросить Пенни через ограду.
Гарри кивнул.
— Я осмотрел то место, где ее нашли. И ограду тоже. Там есть травянистые холмики и довольно высокие насыпи. Так что нетрудно было бы перебросить труп, чтобы он соскользнул вниз и не получил никаких повреждений. На ее теле не было никаких увечий, кроме тех, что нанес он.
Его худое лицо окаменело от ярости, когда он вспомнил, как выглядела Пенни там, в морге. Тряхнув головой, чтобы освободиться от воспоминаний, Гарри прорычал.
— Короче, я еще раз посмотрю там. Это вполне вероятно. И тогда поле наших поисков сужается. Спасибо, Тревор. — И грустно добавил: — Видишь, из меня вышел плохой детектив…
— Слушай, — предложил Джордан. — Переправь меня в Эдинбург прямо сейчас, дай мне проверить все это. Ты же понимаешь, тебя там могут помнить, но меня-то они не знают. Я возьму с собой это досье. У меня сохранилось старое удостоверение отдела, я захватил его из дома. При расспросах это действует не хуже, чем форма полицейского. Я разберусь с этим делом, а ты пока продолжишь работу со списками складов.
Гарри показалось это разумным.
— Ладно, — сказал он. — Встретимся здесь ночью. А до тех пор мы можем периодически связываться. Только имей в виду, что солнце мне вредит. Это может помешать нам связаться. С другой стороны, если днем ничего не произойдет, это тоже неплохо. Только вот что… — Он нерешительно умолк.
— Да? — Ты должен действовать сам по себе, — продолжал некроскоп. — Если отдел возьмется за меня, они не пощадят и моих друзей.
— Да, не пощадят, — согласился Джордан. — Но и не выбросят на свалку! И потом, Дарси сказал, что возьмет это на себя.
Гарри кивнул.
— Но он не возьмет на себя тот факт, что я стал вампиром. И ты сам знаешь, Тревор, что отдел не оставит мне ни малейшего шанса. Держу пари, приговор уже подписан, и они сейчас затыкают все дыры. Возможно, они еще держатся подальше отсюда, потому что это мой дом. Я здесь лучше ориентируюсь. Но рано или поздно даже тут станет небезопасно. Черт возьми, это будет западня для меня. Они уберут меня тихо и незаметно.
— Не каркай, Гарри, — сказал Тревор. — Давай сейчас попытаемся поймать этого Джонни, ладно? А потом будет время подумать об остальном.
«Он прав почти во всем, подумал некроскоп. — Почти — потому что потом времени не будет»
На следующее утро министр вызвал Дарси Кларка в штаб-квартиру отдела. Когда Кларк пришел в свой бывший кабинет, министр сидел за его столом… а в углу стоял Джеффри Пакстон, скрестив на груди руки и подпирая спиной бронированное оконное стекло. Кларк предпочел бы обойтись без Пакстона, копающегося у него в мозгу, но в его положении жаловаться не стоило.
После обычного обмена любезностями министр отметил, что Кларк неважно выглядит.
— Я поздно лег, — ответил тот. — Я поспал только пару часов, как меня сюда позвали. Ладно, все к лучшему. Я пришел бы в любом случае. Знаете, прошедшей ночью у меня была пара визитеров. Сомневаюсь, что вы поверите мне, когда я скажу, кто был одним из них.
— Мы знаем, кто это был, Кларк, — вдруг вмешался Пакстон. — Гарри Киф и Тревор Джордан — вампиры!
Кларк был готов к этому. Он вздохнул и повернулся к министру.
— Этот слизняк обязательно должен присутствовать? Если эта извивающаяся дрянь должна непременно ковыряться в чужих мозгах, нельзя ли это делать на расстоянии? Например, за дверью?
Министр нахмурился.
— Вы хотите сказать, что Пакстон ошибается?
Кларк опять вздохнул.
— Я видел Гарри и Тревора минувшей ночью.
— Тогда, значит, вы утверждаете, что Гарри Киф и Джордан — не вампиры? — очень тихо произнес министр.
Кларк посмотрел на него, отвернулся и закусил нижнюю губу. Министр повторил: — Они вампиры или нет?
Кларк повернул к нему лицо: — Джордан — нет.
— А Киф — да? — Вы ведь и так знаете об этом, верно? — огрызнулся Кларк. — Благодаря вот этому, — он обжег взглядом Пакстона, — этому скользкому червяку! Да, Гарри заразился. Он подцепил эту дрянь, защищая нас — всех нас — в Греции, когда я просил его помочь нам. Но он, как я себе представляю, не собирается стать убийцей. Что еще вы хотите от меня услышать? — Надо полагать, многое, — ответил Пакстон.
Кларк поглядел на него, потом на министра, и понял, что до них не достучишься.
Страница 88 из 187
