Смеющийся труп

— Это Джон Бурк, брат покойного, — сказала я.

Доктор Савиль слегка приподняла брови.

— Мои соболезнования, мистер Бурк.

— Спасибо. — Джон пожал протянутую ему руку, но взгляд его был прикован к пакетам. Сегодня ему было не до красивой докторши и не до обмена любезностями. Он пришел, чтобы увидеть вещественные доказательства. Найти ключ, который мог бы помочь полиции поймать убийцу его брата. Он относился к этому очень серьезно.

Если он не связан с Домингой Сальвадор, я должна буду принести ему извинения. Но как мне его разговорить в присутствии Мэриан? Как, скажите на милость, попросить ее удалиться? Ведь это, в сущности, ее морг.

— Я обязана проследить, чтобы все улики были в сохранности, — сказала Мэриан. — За последнее время у нас побывало несколько очень пронырливых репортеров.

— Но я же не репортер.

Она пожала плечами.

— Ты не официальное лицо, Анита. По новым указаниям сверху неофициальные лица могут осматривать вещественные доказательства только в присутствии наблюдателя.

— Я польщена, что ты взяла на себя эту заботу, Мэриан.

Она улыбнулась.

— Я все равно была здесь. И подумала, что мое навязчивое присутствие тебе будет менее неприятно, чем чье-то еще.

Она была права. Чего они боятся — что я украду тело? Если бы я захотела, я могла бы опустошить их чертов морг и заставить трупы играть в догонялки.

Возможно, именно поэтому за мной и присматривают. Возможно.

— Не хочу быть невежливым, — сказал Джон, — но может быть, перейдем к делу?

Я взглянула в красивое лицо. Оно казалось осунувшимся. Мне стало стыдно.

— Конечно, Джон. Мы забылись.

— Прошу прощения, мистер Бурк, — сказала Мэриан. Она выдала нам по паре одноразовых перчаток. Мы с ней с легкостью их натянули, но у Джона не было опыта. Я помогла ему, и он улыбнулся. Улыбка полностью изменила его лицо. Оно стало красивым, умным и ничуть не злодейским.

Доктор Савиль сняла пломбу с первого пакета. Там была одежда.

— Не надо, — сказал Джон. — Я все равно не смогу узнать его одежду. У нас с Питером случилась… Одним словом, мы не виделись больше двух лет. — В его голосе так явственно прозвучало чувство вины, что я невольно поежилась.

— Хорошо, перейдем к мелким предметам, — с улыбкой сказала Мэриан. Красивая и жизнерадостная, она упражнялась в очаровании. Ей редко выпадала такая возможность.

Она открыла пакет поменьше и аккуратно высыпала содержимое на сверкающую поверхность стола. Расческа, десятицентовик, два пенни, порванный билет в кино и амулет вуду. Гри-гри.

Он был свит из черной и красной нитей, а роль бусинок выполняли человеческие зубы. Кроме них к нему были подвязаны небольшие кости.

— Это фаланги человеческих пальцев? — спросила я.

— Да, — ответил Джон изменившимся голосом. У него был странный вид; казалось, перед глазами у него мелькнуло какое-то ужасное видение.

Это была злая вещица, но я не могла понять, почему она произвела на него такое впечатление.

Я наклонилась и потрогала амулет пальцем. Оказалось, что в него вплетены еще полоски высушенной кожи. И это была не просто черная нить — это были черные волосы.

— Человеческие волосы, зубы, кости и кожа, — сказала я тихо.

— Да, — повторил Джон.

— Вы лучше меня разбираетесь в вуду, — сказала я. — Что это значит? — Ради этого амулета кому-то пришлось умереть.

— Вы уверены?

Он наградил меня испепеляющим взглядом.

— Неужели вы думаете, что если бы можно было допустить что-то другое, я бы этого не сказал? По-вашему, мне приятно узнать, что мой брат принял участие в человеческом жертвоприношении? — Питер обязательно должен был присутствовать? Он не мог просто купить амулет? — НЕТ! — Он почти выкрикнул это слово и, отвернувшись от нас, отошел к стене. Дыхание его было прерывистым.

Я дала ему время прийти в себя и спросила о том, о чем не могла не спросить: — Для чего служит этот гри-гри?

Он повернулся; лицо его было почти спокойным, но по глазам было видно, чего ему это стоило.

— Он позволяет менее могущественному некроманту заимствовать силу более могущественного, чтобы оживить очень давно умершего человека.

— Что значит «заимствовать»?

Джон пожал плечами.

— Этот амулет содержит в себе часть силы наиболее могущественного из нас. Питер дорого заплатил за него, но обрел способность оживлять большее количество мертвых и очень старых покойников. Питер, Боже правый, как ты мог? — Насколько могущественным должен быть тот, кто поделился с ним своей силой? — Невероятно могущественным, — ответил Джон.

— Он может привести нас к тому человеку, кто сделал его? — Вы не понимаете, Анита. Эта вещь — часть чьего-то могущества. Часть души того, кто им делится. Это можно сделать только от великого отчаяния или от великой жадности.