Было это два года назад, когда я заканчивал интернатуру в соседнем городе и готовился к самостоятельной работе…
3 мин, 56 сек 96
Однажды зимой, перед самым Новым годом помер в нашем отделении старичок. Старичок был самый обычный, не выделявшийся ничем подозрительным. Его привез сын, который нашел престарелого отца лежащим в собственной бане — у того то ли сердце от жара прихватило, то ли давление подскочило и старик, потеряв сознание, свалился с банного полога, вдобавок, сломав еще и ногу. Его положили в наше отделение, старик полежал пару дней и тихо скончался посреди ночи. Достаточно типичная история для пожилых людей в травматологическом отделении. Но вот что произошло дальше, я не могу объяснить до сих пор.
Первым труп обнаружил сосед по палате и тут же позвал медсестру. Медсестра позвала дежурного доктора, тот — реанимационную бригаду, которая для порядка потолкалась возле мертвого тела и реаниматолог констатировала биологическую смерть больного. Санитарки погрузили старика на каталку и отвезли на второй этаж, в реанимационное отделение, где обычно находятся покойники, прежде чем их увезут на вскрытие в морг.
Дежурный доктор выругался от такой неожиданной радости и принялся оформлять документы, которые полагается предъявлять при смерти больного. Тут поступил звонок из приемного отделения на первом этаже — привезли очередного пострадавшего. Так как дежурный доктор был занят гораздо более важными делами, нежели лечение людей, в приемник пришлось спускаться мне.
По пути я увидел санитарок, которые везли на каталке умершего старичка туда же, куда направлялся и я — в приемное отделение. Я спросил их, зачем они это делают. Они ответили, что на пост позвонил доктор и велел срочно везти труп умершего на первый этаж.
С делами в приемнике я разобрался быстро и обратил внимание, что каталка с трупом старичка стоит прямо возле входной двери. Тогда я как-то не обратил на это внимания.
Следующий час мы провели в унылой писанине. Внезапно раздался звонок и заспанный врач приемного отделения в самых нецензурных выражениях спросил у нас, чего у них делает мертвое тело и вообще пусть его забирают обратно. На вопрос, а зачем он приказал тащить его к себе, он ответил, чтобы мы не маялись ерундой и вообще он никому на пост не звонил и никому ничего не приказывал. Его слова я передал санитаркам. Те выглядели озадаченными, но, тем не менее, отправились на первый этаж.
Спустя какое-то время опять поступил вызов из приемника. По пути туда я встретил санитарок уже из реанимации — труп старичка каким-то образом свалился с каталки и они затаскивали его обратно. Попутно они обсуждали, как это вообще могло произойти — каталка была хоть и старая, но исправная и скинуть кого-то с себя не могла.
Из приемного отделения я вернулся обратно в нашу ординаторскую. Доктор доделал всю бумажную работу и, мы, наконец, легли спать.
Меня разбудили чьи-то быстрые шаги. Внезапно к нам в кабинет ворвалась реаниматолог, бледная и с круглыми глазами. На вопрос, что случилась, она заикаясь, сказала, что тело того старика исчезло. Тут уж всем резко стало не сна — шутка ли, потеря человека, хоть и мертвого. Наше отделение подняли на уши — все, кто был в отделении, бросились искать этот труп. Или того сатаниста, который своровал труп для каких-то своих темных ритуалов. Мы облазили все этажи, все закоулки в нашем больничном корпусе — старика нигде не было. Никто из пациентов ничего не видел. Больничная каталка, на которой лежал старик, осталась на своем месте — простынь, которой покрыли мертвеца, лежала рядом. Окна повсюду были закрыты и покинуть помещение через окно никто не мог. Медсестры и санитарки приемного отделения божились, что не видели ничего подозрительного, что могло выйти через входную дверь. То же самое говорил и охранник, который дежурил в тот день с нами. Больше всех был озадачен врач приемного отделения — когда ему сказали, что именно он приказал отправить старика в приемник. Только замок у входа в подвал был вырван. Именно вырван, а не срезан или выломан, как это бывает при квартирных кражах. Дверь из подвала в больничный двор была распахнута настежь, хотя ее закрывают на ночь. Но ни на пыльном полу подвала, ни на снегу больничного двора не было абсолютно никаких следов. Будто старик с нечеловеческой силой сорвал замок, проник в подвал, взлетел и, не оставляя следов, выбрался на улицу и так же бесследно улетел на свободу.
До самого утра продолжались поиски без каких-либо результатов. Утром пришел завотделения и принял решение вызвать милицию. Те для вида походили по больнице, но ничего не нашли. А потому поспрашивали пациентов, взяли у присутствовавших той ночью объяснительные и отправились восвояси.
К полудню пришел сын умершего. Завотделения завел его с дежурным врачом к себе в кабинет, где они очень долго о чем-то беседовали. Когда они вышли, вид у них был очень встревоженный.
А вот что же было дальше — я не могу сказать, так как подошел срок окончания моей интернатуры и вскоре я уехал обратно в родной город.
Первым труп обнаружил сосед по палате и тут же позвал медсестру. Медсестра позвала дежурного доктора, тот — реанимационную бригаду, которая для порядка потолкалась возле мертвого тела и реаниматолог констатировала биологическую смерть больного. Санитарки погрузили старика на каталку и отвезли на второй этаж, в реанимационное отделение, где обычно находятся покойники, прежде чем их увезут на вскрытие в морг.
Дежурный доктор выругался от такой неожиданной радости и принялся оформлять документы, которые полагается предъявлять при смерти больного. Тут поступил звонок из приемного отделения на первом этаже — привезли очередного пострадавшего. Так как дежурный доктор был занят гораздо более важными делами, нежели лечение людей, в приемник пришлось спускаться мне.
По пути я увидел санитарок, которые везли на каталке умершего старичка туда же, куда направлялся и я — в приемное отделение. Я спросил их, зачем они это делают. Они ответили, что на пост позвонил доктор и велел срочно везти труп умершего на первый этаж.
С делами в приемнике я разобрался быстро и обратил внимание, что каталка с трупом старичка стоит прямо возле входной двери. Тогда я как-то не обратил на это внимания.
Следующий час мы провели в унылой писанине. Внезапно раздался звонок и заспанный врач приемного отделения в самых нецензурных выражениях спросил у нас, чего у них делает мертвое тело и вообще пусть его забирают обратно. На вопрос, а зачем он приказал тащить его к себе, он ответил, чтобы мы не маялись ерундой и вообще он никому на пост не звонил и никому ничего не приказывал. Его слова я передал санитаркам. Те выглядели озадаченными, но, тем не менее, отправились на первый этаж.
Спустя какое-то время опять поступил вызов из приемника. По пути туда я встретил санитарок уже из реанимации — труп старичка каким-то образом свалился с каталки и они затаскивали его обратно. Попутно они обсуждали, как это вообще могло произойти — каталка была хоть и старая, но исправная и скинуть кого-то с себя не могла.
Из приемного отделения я вернулся обратно в нашу ординаторскую. Доктор доделал всю бумажную работу и, мы, наконец, легли спать.
Меня разбудили чьи-то быстрые шаги. Внезапно к нам в кабинет ворвалась реаниматолог, бледная и с круглыми глазами. На вопрос, что случилась, она заикаясь, сказала, что тело того старика исчезло. Тут уж всем резко стало не сна — шутка ли, потеря человека, хоть и мертвого. Наше отделение подняли на уши — все, кто был в отделении, бросились искать этот труп. Или того сатаниста, который своровал труп для каких-то своих темных ритуалов. Мы облазили все этажи, все закоулки в нашем больничном корпусе — старика нигде не было. Никто из пациентов ничего не видел. Больничная каталка, на которой лежал старик, осталась на своем месте — простынь, которой покрыли мертвеца, лежала рядом. Окна повсюду были закрыты и покинуть помещение через окно никто не мог. Медсестры и санитарки приемного отделения божились, что не видели ничего подозрительного, что могло выйти через входную дверь. То же самое говорил и охранник, который дежурил в тот день с нами. Больше всех был озадачен врач приемного отделения — когда ему сказали, что именно он приказал отправить старика в приемник. Только замок у входа в подвал был вырван. Именно вырван, а не срезан или выломан, как это бывает при квартирных кражах. Дверь из подвала в больничный двор была распахнута настежь, хотя ее закрывают на ночь. Но ни на пыльном полу подвала, ни на снегу больничного двора не было абсолютно никаких следов. Будто старик с нечеловеческой силой сорвал замок, проник в подвал, взлетел и, не оставляя следов, выбрался на улицу и так же бесследно улетел на свободу.
До самого утра продолжались поиски без каких-либо результатов. Утром пришел завотделения и принял решение вызвать милицию. Те для вида походили по больнице, но ничего не нашли. А потому поспрашивали пациентов, взяли у присутствовавших той ночью объяснительные и отправились восвояси.
К полудню пришел сын умершего. Завотделения завел его с дежурным врачом к себе в кабинет, где они очень долго о чем-то беседовали. Когда они вышли, вид у них был очень встревоженный.
А вот что же было дальше — я не могу сказать, так как подошел срок окончания моей интернатуры и вскоре я уехал обратно в родной город.