Молодая женщина лежит в гробу. Ее голова покоится на высокой подушке и мотке нарядной ткани, шея уютно завернута в любимый при жизни шарф. Рядом, рыдая и убиваясь, вышагивает молодой вдовец — для него столь безвременная утрата — неиссякаемый источник скорби. Встречный прохожий посочувствует, а женщины невольно вздохнут: «Ах, надо же, такой красавчик и так страдает! Наверное, он ее сильно любил»!
Добавить в моё избранное
6 мин, 37 сек 13307
На самом деле, не впервые овдовевший молодой кузнец Эрасмус Стрибблинг Траут Шу, так горевавший возле гроба молодой жены, уже примеривался снова найти себе красивую, а может и богатую, невесту. Но, как вы помните, «человек предполагает, а бог располагает».
Так начинается история о роковом призраке, более известном как «Приведение из Гринбрир».
Мистер Шу, которого, так же, часто звали Эдвард (видимо не все могли выговорить все его три имени подряд) появился в Гринбрир Каунти (Западная Виржиния) в 1896 году. Бывший бродяга решил начать новую жизнь в Гринбрир, так как здесь было много скота и кузнец не остался бы без работы. Вскоре он положил глаз на Элву Зону Хестер, даму нетяжелого поведения, уже имевшую внебрачного ребенка. Зона полюбила красавца кузнеца и охотно согласилась быть его женой. Правда, мать красавицы, тоже женщина очень привлекательной внешности, выбора дочери не одобряла. В сельской местности, где все друг другу родня и соседи, выбрать себе в мужья приблудного мужика, без роду, без племени, вдобавок, дважды женатого в прошлом — Мэри-Джейн Хестер никогда не испытывала ни малейшей симпатии к зятю.
Несколько месяцев Зона Шу прожила в безмятежной любви, как вдруг, 23 января 1897 года с ней произошло несчастье. В это утро мистер Шу послал из кузницы домой соседского мальчишку Энди Джонса, чтобы тот спросил миссис Шу, все ли продукты у нее есть и не надо ли чего купить. Мальчик обнаружил Зону лежащей под лестницей без признаков жизни. Тело ее лежало на полу, одна рука откинута в сторону, другая — прижата к животу. Глаза были широко открыты. Перепуганный мальчишка побежал к себе домой и рассказал матери о том, что миссис Шу умерла.
Мать мальчика вызвала местного врача, по совместительству следователя, доктора Джорджа Кнаппа. Но тот задержался и прибыл на место трагедии только спустя час.
За это время мистер Шу поднял тело жены на второй этаж, одел ее в платье с высоким воротничком-стойкой и положил на кровать. Когда мистер Кнапп прибыл по вызову, Эдвард Шу горячо обнимал голову покойной и рыдал так, что у стойкого служителя Фемиды не было сил выносить страдания вдовца. Небрежно проведя осмотр, доктор Кнап вынес вердикт о смерти «по естественным причинам» так как покойная имела слабое здоровье, и поспешил оставить дом мистера Шу, дабы вдовец мог предаваться скорби без посторонних.
Какое-то время спустя по деревне (и в местной газете) пошел слух, что причиной смерти стала проблемная беременность, что, для конца 19 века, было вещью достаточно обыденной.
И только мать Зоны Хестер-Шу была уверена в том, что дело не чисто!
К ним, на отдаленную ферму, весть о смерти Зоны пришла уже в конце дня. «Этот дьявол убил ее!» — прокричала мать, услышав известие о том, что ее дочь скончалась.
Двое друзей Зоны, привезших новость о ее смерти, опешили от того, сколько ненависти вложила эта хрупкая женщина в свои слова.
На похоронах, увидев, сколько ткани положил зять в изголовье покойной, и как тщательно он замотал ей шею, она спросила, к чему такие старания.
«Чтобы ей удобнее было спать!» — пробормотал убитый горем вдовец, а про шарф сказал, что покойная его очень любила.
Гроб уже стали накрывать крышкой, когда Мэри-Джейн решила взять лоскут ткани на память о дочери. В последний момент она вынула кусок материи, который только что лежал под головой покойной, и вдруг, поднеся его к лицу, чтобы утереть слезы, застилавшие взор, почувствовала странный «кислый» запах, исходящий от ткани.
Материнское сердце подсказало что-то недоброе, но в тот момент Мэри-Джейн могла только с тоскою смотреть в могилу, которая постепенно заполнялась землей и молиться богу о том, чтобы выяснить, как же, действительно, умерла ее дочь.
Вернувшись домой с похорон мать Зоны решила выстирать лоскут, и положила его в корыто с горячей водой. В этот момент вода в нем окрасилась в цвет крови, а на ткани отчетливо проступило бурое пятно. Как Мэри-Джейн не старалась — пятно не сходило с материи ни при каких условиях. «Это кровь моей дочери взывает к отмщению!» — поняла женщина, и стала усердно молиться о том, чтобы Господь помог ей открыть правду. Четыре недели миссис Хестер провела в непрестанных молитвах. И господь ответил на ее призыв — едва настала ночь, как темнота заполнилась сперва светящимся туманом, а потом из него проступила фигура Зоны Шу. Она поведала матери то, что та уже подозревала в глубине сердца: Эдвард Шу был подлым убийцей, а вся его напускная скорбь не стоила ломанного гроша.
Мистер Шу был грубым человеком, он дурно обходился с супругой и постоянно срывал на ней свой необузданный гнев. В тот день он так взбесился от того, что Зона не приготовила ему мясо, что от злости задушил жену, попросту свернув ей шею огромными ручищами кузнеца. В доказательство, призрак Зоны повернул голову вокруг шеи на 180 градусов.
Так начинается история о роковом призраке, более известном как «Приведение из Гринбрир».
Мистер Шу, которого, так же, часто звали Эдвард (видимо не все могли выговорить все его три имени подряд) появился в Гринбрир Каунти (Западная Виржиния) в 1896 году. Бывший бродяга решил начать новую жизнь в Гринбрир, так как здесь было много скота и кузнец не остался бы без работы. Вскоре он положил глаз на Элву Зону Хестер, даму нетяжелого поведения, уже имевшую внебрачного ребенка. Зона полюбила красавца кузнеца и охотно согласилась быть его женой. Правда, мать красавицы, тоже женщина очень привлекательной внешности, выбора дочери не одобряла. В сельской местности, где все друг другу родня и соседи, выбрать себе в мужья приблудного мужика, без роду, без племени, вдобавок, дважды женатого в прошлом — Мэри-Джейн Хестер никогда не испытывала ни малейшей симпатии к зятю.
Несколько месяцев Зона Шу прожила в безмятежной любви, как вдруг, 23 января 1897 года с ней произошло несчастье. В это утро мистер Шу послал из кузницы домой соседского мальчишку Энди Джонса, чтобы тот спросил миссис Шу, все ли продукты у нее есть и не надо ли чего купить. Мальчик обнаружил Зону лежащей под лестницей без признаков жизни. Тело ее лежало на полу, одна рука откинута в сторону, другая — прижата к животу. Глаза были широко открыты. Перепуганный мальчишка побежал к себе домой и рассказал матери о том, что миссис Шу умерла.
Мать мальчика вызвала местного врача, по совместительству следователя, доктора Джорджа Кнаппа. Но тот задержался и прибыл на место трагедии только спустя час.
За это время мистер Шу поднял тело жены на второй этаж, одел ее в платье с высоким воротничком-стойкой и положил на кровать. Когда мистер Кнапп прибыл по вызову, Эдвард Шу горячо обнимал голову покойной и рыдал так, что у стойкого служителя Фемиды не было сил выносить страдания вдовца. Небрежно проведя осмотр, доктор Кнап вынес вердикт о смерти «по естественным причинам» так как покойная имела слабое здоровье, и поспешил оставить дом мистера Шу, дабы вдовец мог предаваться скорби без посторонних.
Какое-то время спустя по деревне (и в местной газете) пошел слух, что причиной смерти стала проблемная беременность, что, для конца 19 века, было вещью достаточно обыденной.
И только мать Зоны Хестер-Шу была уверена в том, что дело не чисто!
К ним, на отдаленную ферму, весть о смерти Зоны пришла уже в конце дня. «Этот дьявол убил ее!» — прокричала мать, услышав известие о том, что ее дочь скончалась.
Двое друзей Зоны, привезших новость о ее смерти, опешили от того, сколько ненависти вложила эта хрупкая женщина в свои слова.
На похоронах, увидев, сколько ткани положил зять в изголовье покойной, и как тщательно он замотал ей шею, она спросила, к чему такие старания.
«Чтобы ей удобнее было спать!» — пробормотал убитый горем вдовец, а про шарф сказал, что покойная его очень любила.
Гроб уже стали накрывать крышкой, когда Мэри-Джейн решила взять лоскут ткани на память о дочери. В последний момент она вынула кусок материи, который только что лежал под головой покойной, и вдруг, поднеся его к лицу, чтобы утереть слезы, застилавшие взор, почувствовала странный «кислый» запах, исходящий от ткани.
Материнское сердце подсказало что-то недоброе, но в тот момент Мэри-Джейн могла только с тоскою смотреть в могилу, которая постепенно заполнялась землей и молиться богу о том, чтобы выяснить, как же, действительно, умерла ее дочь.
Вернувшись домой с похорон мать Зоны решила выстирать лоскут, и положила его в корыто с горячей водой. В этот момент вода в нем окрасилась в цвет крови, а на ткани отчетливо проступило бурое пятно. Как Мэри-Джейн не старалась — пятно не сходило с материи ни при каких условиях. «Это кровь моей дочери взывает к отмщению!» — поняла женщина, и стала усердно молиться о том, чтобы Господь помог ей открыть правду. Четыре недели миссис Хестер провела в непрестанных молитвах. И господь ответил на ее призыв — едва настала ночь, как темнота заполнилась сперва светящимся туманом, а потом из него проступила фигура Зоны Шу. Она поведала матери то, что та уже подозревала в глубине сердца: Эдвард Шу был подлым убийцей, а вся его напускная скорбь не стоила ломанного гроша.
Мистер Шу был грубым человеком, он дурно обходился с супругой и постоянно срывал на ней свой необузданный гнев. В тот день он так взбесился от того, что Зона не приготовила ему мясо, что от злости задушил жену, попросту свернув ей шею огромными ручищами кузнеца. В доказательство, призрак Зоны повернул голову вокруг шеи на 180 градусов.
Страница 1 из 2
