Согласно многочисленным рассказам рыболовов и охотников, на самом севере Урала, где тайга сменяется голой тундрой, неподалеку от ледяной реки Усы стоит круг из 15 огромных каменных столбов высотой около 8 м, чем-то напоминающий знаменитый британский Стоунхендж.
Добавить в моё избранное
8 мин, 28 сек 18205
Неужели «те самые мегалиты»? Но новое место отстояло от берега Усы примерно на три километра, в то время как, по описаниям очевидцев, оно должно быть «где-то здесь» на расстоянии 500-700 метров от берега. На следующий день группа отправилась по болотам в направлении камней.
Наконец, приблизились настолько, что камни уже было видно без бинокля. Никто не сомневался, что перед нами — круг диаметром около 20 метров примерно из десятка прямоугольных камней, каждый из которых — ростом с человека. Они были настолько близко, что, казалось, до них осталась пара минут ходьбы. Но искать тропу в болотах пришлось еще полчаса.
И только когда трясина стала заканчиваться, стало заметно, что «мегалиты» не совсем обычные.
То, что издали все приняли за камни, вблизи оказалось огромными тюками на нартах, накрытыми темной влагонепроницаемой тканью.
Стало ясно, что тюки принадлежат какому-нибудь оленеводу, из них в нескольких местах торчали оленьи шкуры, рога, кости, лыжи и прочий нехитрый скарб.
Одним словом, зимние вещи, отложенные до холодов в самом труднодоступном месте тундры. По понятным причинам аборигены намеренно выбрали подобное место, наверняка они ежегодно меняют «пункт» складирования своего добра.
В общем, этим и объяснилась загадка «кочующих» объектов, которые каждый год, как призраки, появляются то там, то сям и издалека выглядят, как камни, но к которым далеко не каждый сможет подойти близко.
Ну, скажите, какой грибник или охотник потратит несколько часов в болотах ради сомнительного удовольствия потрогать «обыкновенные» камни! Разве что те, кто и приехал в тундру ради этих самых камней! А такая попытка, как мы теперь знаем, была сделана впервые… На всякий случай, фотографируем стоянку и засекаем ее координаты по GPS.
— Этим и закончились ваши находки?
— Нет. Возвращаясь к лагерю, мы прошли мимо замеченного ранее холмика. Своими формами он напомнил курганы, так распространенные на юге России. Но одно дело копать мягкий, податливый грунт чернозема, и совсем другое — долбить и перетаскивать куски вечной мерзлоты. Чтобы разрешить сомнения, сделали геологический шурф.
На глубине полметра в шурфе оказались древесная зола и следы человеческой деятельности. Так и есть, курган! Здесь, в Заполярье! Раскапывать захоронения не входит в наши планы — осторожно зарываем шурф. Эта тайна пока подождет своего часа… Еще несколько дней поисков в остывающей на осенних ветрах тундре приносят новые находки.
В академических справочниках и картах археологических находок Республики Коми указаны места раскопок так называемых сакральных пещер, мест со следами древних стоянок, самые северо-восточные из них заканчиваются в десятках километров ниже по течению Усы. Мы были выше на полсотню километров, когда удалось найти несколько небольших гротов, а чуть позже еще одну пещеру, достаточную по своему объему для проживания небольшого племени.
— Ну а сами-то мегалиты вы нашли? Или это все вымысел?
— И все-таки мегалиты есть! Не «кочующие» а обычные. Найденный нами зимний схрон повлек за собой неожиданные последствия. В безлюдной тундре словно сработало не видимое глазу и не слышимое уху сигнальное устройство. То, что возле схрона побывали чужие, стало известно хозяину едва ли не мгновенно. Вскоре он появился на горизонте на оленьих нартах.
Встреча с аборигенами в холодной пустыне — говорят, что в данное время года это почти невозможное событие, но оно — состоялось. Ненец Николай был удивлен встрече не меньше нашего. Разговор и катание на оленях затянулись надолго. Коля был удивлен, что мы интересуемся не драгоценными, а обычными камнями, поэтому назвал и места, где встречал такие «стоящие камни» и людей, которые знают больше.
Поговорили о житье-бытье, Николай пожаловался на медведя, который недавно «разорвал напополам двух оленей»! При упоминании про чучуну не удивился. «Нет» — говорит, — чучуна живет дальше, за рекой«.»
— Что за чучуна такая?
— Это вторая цель нашей экспедиции. «Чучуна» — это местное название снежного человека, упоминание про которого у многих вызывает скептическую улыбку. У многих, но не у ненцев… Мы были как раз в тех местах, где когда-то при весьма загадочных обстоятельствах пропал без вести криптозоолог Владимир Пушкарев.
В 1978 году он приехал, как он считал, на встречу с чучуной, и… больше никто и никогда не видел самого исследователя. Все что нашли поисковая группа, — сложенную палатку, брошенную на берегу реки. Попытки найти тело ни к чему не привели. Пушкарев считается с тех пор пропавшим без вести. Как раз там, куда нам надо идти в поисках указанных Николаем мегалитов.
По словам местных жителей, составляем карту «настоящих» не«бегающих» мегалитов. Большинство — на юго-восточном берегу или еще ближе к горам. Самые северные пики Полярного Урала отсюда как на ладони! Как не вспомнить, что в местных легендах фигурирует«кольцо, наброшенное на землю».
Наконец, приблизились настолько, что камни уже было видно без бинокля. Никто не сомневался, что перед нами — круг диаметром около 20 метров примерно из десятка прямоугольных камней, каждый из которых — ростом с человека. Они были настолько близко, что, казалось, до них осталась пара минут ходьбы. Но искать тропу в болотах пришлось еще полчаса.
И только когда трясина стала заканчиваться, стало заметно, что «мегалиты» не совсем обычные.
То, что издали все приняли за камни, вблизи оказалось огромными тюками на нартах, накрытыми темной влагонепроницаемой тканью.
Стало ясно, что тюки принадлежат какому-нибудь оленеводу, из них в нескольких местах торчали оленьи шкуры, рога, кости, лыжи и прочий нехитрый скарб.
Одним словом, зимние вещи, отложенные до холодов в самом труднодоступном месте тундры. По понятным причинам аборигены намеренно выбрали подобное место, наверняка они ежегодно меняют «пункт» складирования своего добра.
В общем, этим и объяснилась загадка «кочующих» объектов, которые каждый год, как призраки, появляются то там, то сям и издалека выглядят, как камни, но к которым далеко не каждый сможет подойти близко.
Ну, скажите, какой грибник или охотник потратит несколько часов в болотах ради сомнительного удовольствия потрогать «обыкновенные» камни! Разве что те, кто и приехал в тундру ради этих самых камней! А такая попытка, как мы теперь знаем, была сделана впервые… На всякий случай, фотографируем стоянку и засекаем ее координаты по GPS.
— Этим и закончились ваши находки?
— Нет. Возвращаясь к лагерю, мы прошли мимо замеченного ранее холмика. Своими формами он напомнил курганы, так распространенные на юге России. Но одно дело копать мягкий, податливый грунт чернозема, и совсем другое — долбить и перетаскивать куски вечной мерзлоты. Чтобы разрешить сомнения, сделали геологический шурф.
На глубине полметра в шурфе оказались древесная зола и следы человеческой деятельности. Так и есть, курган! Здесь, в Заполярье! Раскапывать захоронения не входит в наши планы — осторожно зарываем шурф. Эта тайна пока подождет своего часа… Еще несколько дней поисков в остывающей на осенних ветрах тундре приносят новые находки.
В академических справочниках и картах археологических находок Республики Коми указаны места раскопок так называемых сакральных пещер, мест со следами древних стоянок, самые северо-восточные из них заканчиваются в десятках километров ниже по течению Усы. Мы были выше на полсотню километров, когда удалось найти несколько небольших гротов, а чуть позже еще одну пещеру, достаточную по своему объему для проживания небольшого племени.
— Ну а сами-то мегалиты вы нашли? Или это все вымысел?
— И все-таки мегалиты есть! Не «кочующие» а обычные. Найденный нами зимний схрон повлек за собой неожиданные последствия. В безлюдной тундре словно сработало не видимое глазу и не слышимое уху сигнальное устройство. То, что возле схрона побывали чужие, стало известно хозяину едва ли не мгновенно. Вскоре он появился на горизонте на оленьих нартах.
Встреча с аборигенами в холодной пустыне — говорят, что в данное время года это почти невозможное событие, но оно — состоялось. Ненец Николай был удивлен встрече не меньше нашего. Разговор и катание на оленях затянулись надолго. Коля был удивлен, что мы интересуемся не драгоценными, а обычными камнями, поэтому назвал и места, где встречал такие «стоящие камни» и людей, которые знают больше.
Поговорили о житье-бытье, Николай пожаловался на медведя, который недавно «разорвал напополам двух оленей»! При упоминании про чучуну не удивился. «Нет» — говорит, — чучуна живет дальше, за рекой«.»
— Что за чучуна такая?
— Это вторая цель нашей экспедиции. «Чучуна» — это местное название снежного человека, упоминание про которого у многих вызывает скептическую улыбку. У многих, но не у ненцев… Мы были как раз в тех местах, где когда-то при весьма загадочных обстоятельствах пропал без вести криптозоолог Владимир Пушкарев.
В 1978 году он приехал, как он считал, на встречу с чучуной, и… больше никто и никогда не видел самого исследователя. Все что нашли поисковая группа, — сложенную палатку, брошенную на берегу реки. Попытки найти тело ни к чему не привели. Пушкарев считается с тех пор пропавшим без вести. Как раз там, куда нам надо идти в поисках указанных Николаем мегалитов.
По словам местных жителей, составляем карту «настоящих» не«бегающих» мегалитов. Большинство — на юго-восточном берегу или еще ближе к горам. Самые северные пики Полярного Урала отсюда как на ладони! Как не вспомнить, что в местных легендах фигурирует«кольцо, наброшенное на землю».
Страница 2 из 3
