В горном массиве Татры — Бескиды, часть которого находится на польской территории, а часть — на словацкой, есть зоны, где на протяжении десятков, а может, и сотен лет регулярно происходят загадочные, подчас трагические события. Там без видимых причин гибнут или бесследно исчезают люди, иногда целыми группами, а с появлением авиации также самолеты и вертолеты. Одним из таких «гиблых мест» слывут окрестности«королевы Бескидов» — горы Бабьей высотой 1725 метров, которая высится как раз на границе между Польшей и Словакией. Местное население издавна считает это место прибежищем нечистой силы, а в последнее время — еще и базой, устроенной в недрах гор таинственными внеземными существами.
Добавить в моё избранное
9 мин, 12 сек 13868
Исследованием феномена Бабьей горы занимается видный польский уфолог и специалист по аномальным явлениям Роберт Леснякевич. В поисках информации о событиях, происходивших в этой зоне в прежние времена, Леснякевич связался с другим польским специалистом по такого рода проблемам, доктором Яном Пайонком, ныне профессором университета в новозеландском городе Данидин.
Профессор Пайонк написал Леснякевичу, что в середине 60-х годов XX века, будучи подростком и учеником выпускного класса лицея, он услышал от одного пожилого человека по имени Винсент, который много знал и много повидал на своем веку, вот такой рассказ:
«Много лет тому назад, когда мне было столько же лет, сколько тебе сейчас, как-то вечером мой отец сказал, что завтра рано утром нам предстоит дальняя дорога. Я подумал, что мы опять поедем в город на ярмарку, но, к моему удивлению, наутро отец взял с собой только запас еды, коробку спичек и керосиновый фонарь. Я удивился еще больше, когда понял, что мы отправимся в путь пешком, а не поедем, как обычно, на телеге.»
Когда мы вышли за деревню, отец повернулся ко мне и сказал, что пришла пора узнать мне тайну, которую жители наших мест издавна передают от отца к сыну. А тайной этой является скрытый вход в подземелье. И еще он сказал, чтобы я хорошо запоминал дорогу, потому что покажет он мне ее только один раз.
После этого мы молча пошли дальше. Когда мы подошли к подножию Бабьей горы со словацкой стороны, отец снова остановился и указал мне на небольшую скалу, выступавшую из горного склона на высоте около 600 метров.
— Посмотри внимательно на ту скалу, Вицек, — сказал он.
— Она закрывает вход под землю.
Оказавшись у скалы, я, к своему удивлению, не увидел около нее никакого входа. Но еще больше меня удивил поступок отца. Он прислонился спиной к боковому выступу скалы, уперся ногами в землю и весь напрягся, как будто хотел сдвинуть скалу в сторону. Разумеется, скала не шелохнулась, что, на мой взгляд, было вполне естественным. А поведение отца продолжало меня удивлять все больше.
— Псякрев! — выругался он.
— Ну, чего уставился? Лучше помоги! Видно, давно не открывали, заело.
Когда мы навалились на скалу вместе, она вдруг дрогнула и неожиданно легко сдвинулась в сторону. Открылся проем, в который свободно могла бы въехать телега вместе с запряженной в нее лошадью. Мы вошли внутрь, отец зажег фонарь и передвинул скалу на прежнее место.
Перед нами открылся тоннель, уходящий довольно круто вниз. Отец двинулся вперед, я — за ним, ошеломленный произошедшим. Тоннель, похожий в сечении на слегка приплюснутый круг, был прямым, как стрела, и таким широким и высоким, что в нем мог бы свободно поместиться целый поезд. Гладкая и блестящая поверхность стен и пола казалась покрытой стеклом, но когда мы шли, наши ноги не скользили, и шагов почти не было слышно. Присмотревшись, я заметил на полу и стенах во многих местах глубокие царапины. Внутри было совершенно сухо.
Наш долгий путь по наклонному тоннелю продолжался до тех пор, пока не привел в просторную залу, похожую на внутренность огромной бочки. В ней сходились еще несколько тоннелей, некоторые из них были треугольного сечения, другие — округлого. В зале находилось много различных, незнакомых мне предметов, а также большое количество старинного оружия.
Мы присели на большой, окованный медными полосами сундук, и отец снова заговорил:
— По тоннелям, которые расходятся отсюда, можно попасть в разные страны и на разные континенты. Вот тот, что слева.
в Германию, затем в Англию, и дальше, на американский континент. Правый.
тоннель тянется в Россию, на Кавказ, потом в Китай и Японию, а оттуда — в Америку, где соединяется с левым. Попасть в Америку можно и по другим тоннелям, проложенным под полюсами Земли — Северным и Южным. На пути каждого тоннеля есть «узловые станции» подобные той, в которой мы сейчас находимся. Так что, не зная точного маршрута, в них легко заблудиться…
Рассказ отца прервал отдаленный звук, похожий одновременно на низкий гул и металлический лязг. Такой звук издает тяжело груженый поезд, трогаясь с места или резко тормозя.
Отец быстро поднялся на ноги и сказал:
— Остальное доскажу по дороге домой, а сейчас нам надо быстро уходить отсюда.
Мы быстро пошли вверх по наклонному тоннелю к выходу, а звук между тем становился все громче. Собрав остатки сил, мы выбрались наружу и опустились на землю, чтобы отдышаться и немного передохнуть.
— Тоннели, которые ты видел, — продолжил свой рассказ отец, — построили не люди, а могущественные существа, живущие под землей. Это их дороги для передвижения с одного конца подземного мира на другой. А передвигаются они на летающих огненных машинах. Если бы мы оказались на пути такой машины, то сгорели бы заживо. К счастью, звук в тоннеле слышен на большом расстоянии, и у нас было достаточно времени, чтобы избежать такой встречи.
Профессор Пайонк написал Леснякевичу, что в середине 60-х годов XX века, будучи подростком и учеником выпускного класса лицея, он услышал от одного пожилого человека по имени Винсент, который много знал и много повидал на своем веку, вот такой рассказ:
«Много лет тому назад, когда мне было столько же лет, сколько тебе сейчас, как-то вечером мой отец сказал, что завтра рано утром нам предстоит дальняя дорога. Я подумал, что мы опять поедем в город на ярмарку, но, к моему удивлению, наутро отец взял с собой только запас еды, коробку спичек и керосиновый фонарь. Я удивился еще больше, когда понял, что мы отправимся в путь пешком, а не поедем, как обычно, на телеге.»
Когда мы вышли за деревню, отец повернулся ко мне и сказал, что пришла пора узнать мне тайну, которую жители наших мест издавна передают от отца к сыну. А тайной этой является скрытый вход в подземелье. И еще он сказал, чтобы я хорошо запоминал дорогу, потому что покажет он мне ее только один раз.
После этого мы молча пошли дальше. Когда мы подошли к подножию Бабьей горы со словацкой стороны, отец снова остановился и указал мне на небольшую скалу, выступавшую из горного склона на высоте около 600 метров.
— Посмотри внимательно на ту скалу, Вицек, — сказал он.
— Она закрывает вход под землю.
Оказавшись у скалы, я, к своему удивлению, не увидел около нее никакого входа. Но еще больше меня удивил поступок отца. Он прислонился спиной к боковому выступу скалы, уперся ногами в землю и весь напрягся, как будто хотел сдвинуть скалу в сторону. Разумеется, скала не шелохнулась, что, на мой взгляд, было вполне естественным. А поведение отца продолжало меня удивлять все больше.
— Псякрев! — выругался он.
— Ну, чего уставился? Лучше помоги! Видно, давно не открывали, заело.
Когда мы навалились на скалу вместе, она вдруг дрогнула и неожиданно легко сдвинулась в сторону. Открылся проем, в который свободно могла бы въехать телега вместе с запряженной в нее лошадью. Мы вошли внутрь, отец зажег фонарь и передвинул скалу на прежнее место.
Перед нами открылся тоннель, уходящий довольно круто вниз. Отец двинулся вперед, я — за ним, ошеломленный произошедшим. Тоннель, похожий в сечении на слегка приплюснутый круг, был прямым, как стрела, и таким широким и высоким, что в нем мог бы свободно поместиться целый поезд. Гладкая и блестящая поверхность стен и пола казалась покрытой стеклом, но когда мы шли, наши ноги не скользили, и шагов почти не было слышно. Присмотревшись, я заметил на полу и стенах во многих местах глубокие царапины. Внутри было совершенно сухо.
Наш долгий путь по наклонному тоннелю продолжался до тех пор, пока не привел в просторную залу, похожую на внутренность огромной бочки. В ней сходились еще несколько тоннелей, некоторые из них были треугольного сечения, другие — округлого. В зале находилось много различных, незнакомых мне предметов, а также большое количество старинного оружия.
Мы присели на большой, окованный медными полосами сундук, и отец снова заговорил:
— По тоннелям, которые расходятся отсюда, можно попасть в разные страны и на разные континенты. Вот тот, что слева.
в Германию, затем в Англию, и дальше, на американский континент. Правый.
тоннель тянется в Россию, на Кавказ, потом в Китай и Японию, а оттуда — в Америку, где соединяется с левым. Попасть в Америку можно и по другим тоннелям, проложенным под полюсами Земли — Северным и Южным. На пути каждого тоннеля есть «узловые станции» подобные той, в которой мы сейчас находимся. Так что, не зная точного маршрута, в них легко заблудиться…
Рассказ отца прервал отдаленный звук, похожий одновременно на низкий гул и металлический лязг. Такой звук издает тяжело груженый поезд, трогаясь с места или резко тормозя.
Отец быстро поднялся на ноги и сказал:
— Остальное доскажу по дороге домой, а сейчас нам надо быстро уходить отсюда.
Мы быстро пошли вверх по наклонному тоннелю к выходу, а звук между тем становился все громче. Собрав остатки сил, мы выбрались наружу и опустились на землю, чтобы отдышаться и немного передохнуть.
— Тоннели, которые ты видел, — продолжил свой рассказ отец, — построили не люди, а могущественные существа, живущие под землей. Это их дороги для передвижения с одного конца подземного мира на другой. А передвигаются они на летающих огненных машинах. Если бы мы оказались на пути такой машины, то сгорели бы заживо. К счастью, звук в тоннеле слышен на большом расстоянии, и у нас было достаточно времени, чтобы избежать такой встречи.
Страница 1 из 3
