Наша планета, несмотря на довольно таки большие размеры, отнюдь не везде подходит для обитания человечества. Почти три четверти поверхности планеты покрыто жидкостью, и из оставшихся примерно 30% для жизни непригодны. Получается, что семи миллиардам человек приходится «ютиться» на каких-то 110 миллионах квадратных километрах. То есть, на каждого из нас приходится порядка 15 тысяч квадратных метров суши или, говоря более простым языком, квадрат 120 на 120 м.
Добавить в моё избранное
5 мин, 25 сек 18623
Казалось-бы, таких огромных площадей более чем достаточно для комфортной жизни не только 7, а почти 200 миллиардов человек, однако, в силу различных факторов, достичь таких цифр не получится. И дело тут не только в условиях климата или каких-то особенностях рельефа. Существуют ещё один фактор, весьма серьёзно ограничивающий использование этих пространств — присутствие огромного количества аномалий, на территории которых человечеству жить не рекомендуется.
Интересным является то, что обнаруживать подобные аномалии или геопатогенные зоны стали относительно недавно, не более 100 лет назад, да и то, анализируя последствия их влияния на людей постфактум. И, в принципе, в этом нет ничего удивительного: только в начале 20 века начался бурный рост населения; с 1.5 миллиарда человек в его начале и до 6 в конце. Кроме того, в это же время появилась такая наука, как медицинская статистика. Именно она вела учёт заболеваний этой массы народа в зависимости от его места обитания; раньше на это просто никто не обращал внимания.
Рассмотрев огромное количество массовых заболеваний и смертей, учёные пришли к довольно интересным выводам. Примерно 75% случаев ухудшения жизни населения факторы обнаруживались достаточно легко — это были либо климатические условия, либо влияние биосферы или же техногенных факторов. Однако, оставшиеся 25% не объяснялись абсолютно ничем. То есть, четверть случаев массовых болезней или смертей объяснить было невозможно! Во всяком случае, по официальным данным.
Впрочем, консервативность науки всегда была препятствием для её развития. Научный метод весьма скептичен по своей сути и требует очень скрупулёзного подхода к качеству собираемого материала и его подтверждению. И, тем не менее, нашлись энтузиасты, не побоявшиеся бросить вызов консервативному подходу.
Первым из исследователей геопатогенных зон был Густав Поль, исследовавший случаи массовых заболеваний онкологией в одном из немецких городов. Жители одного из районов слишком уж часто заболевали раком, причём, вероятность его появления была примерно раз в 20 выше, чем в соседних городах. Всесторонне исследовав их условия жизни (состав атмосферы, геологию почв, материалы из которых сделаны их дома, уровни радиации и химический состав воды и прочее), он не нашел никаких различий у этого района города и какого-либо другого. Однако, статистика упрямо утверждала, что какие-то отличия всё-таки есть, весь вопрос заключался в том, что никакими современными средствами они не регистрировались. Кроме того, Поль указал в своих исследованиях, что практически все жители этого района указывали на частые беспричинные случаи плохого сна, однако, стоило им поменять место жительства и эта проблема, как и множество других, уходила.
Настоящей же сенсацией стала книга Эрнста Хартмана о взаимосвязи места жительства с хроническими заболеваниями, в которой автор рассматривает более полутысячи случаев, когда в одних и тех же местах обитания люди заболевали одними и теми же болезнями без каких бы то ни было объективных причин.
Но и это было ещё не всё. Карл Бахлер, основываясь на первых картах этих зон, провёл исследования на других представителях живой природы — от деревьев до домашних животных, населявших эти территории. Его выводы также были неутешительны: практически у всех живых существ, обитающих в них, были обнаружены патологии, происхождение которых не имело объяснений.
Весь этот материал был использован в первых систематизированных исследованиях геопатогенных зон. Эти исследования позволили выработать критерии оценки пригодности тех или иных районов для жизни в них людей. В результате выяснилось, что достаточно большой процент населения проживает в местности, представляющей собой зоны потенциального риска. Появилось даже несколько карт расположения этих зон в зависимости от их негативного влияния. И уже первые сопоставления этих карт с физической картой Земли показали весьма интересные взаимосвязи.
Во-первых, выяснилось, что большинство геопатогенных районов находится над стыками тектонических плит. Во-вторых, большое количество аномалий расположено над месторождениями полезных ископаемых, в частности, металлических руд. И, в-третьих, самое интересное — многие такие зоны находились над подземными водоёмами и реками. Впрочем, существовали районы, где не было никаких особенностей геологического строения или каких бы то ни было отклонений, и всё равно, они были тем, что часто в простонародной речи называют «гиблым местом».
Что является причиной подобных проявлений, какие силы и явления могут влиять на физиологию существ, проживающих в этих районах? На сегодня однозначный ответ отсутствует, однако, исследования активно проводятся. Уже на сегодняшний день выяснено, что в районах всех аномальных зон присутствуют незначительные искажения магнитного поля Земли. Причем, несмотря на то, что эти искажения относительно малы и никак не влияют на жизненные процессы, происходящие в живых организмах, они присутствуют во всех геопатогенных зонах.
Интересным является то, что обнаруживать подобные аномалии или геопатогенные зоны стали относительно недавно, не более 100 лет назад, да и то, анализируя последствия их влияния на людей постфактум. И, в принципе, в этом нет ничего удивительного: только в начале 20 века начался бурный рост населения; с 1.5 миллиарда человек в его начале и до 6 в конце. Кроме того, в это же время появилась такая наука, как медицинская статистика. Именно она вела учёт заболеваний этой массы народа в зависимости от его места обитания; раньше на это просто никто не обращал внимания.
Рассмотрев огромное количество массовых заболеваний и смертей, учёные пришли к довольно интересным выводам. Примерно 75% случаев ухудшения жизни населения факторы обнаруживались достаточно легко — это были либо климатические условия, либо влияние биосферы или же техногенных факторов. Однако, оставшиеся 25% не объяснялись абсолютно ничем. То есть, четверть случаев массовых болезней или смертей объяснить было невозможно! Во всяком случае, по официальным данным.
Впрочем, консервативность науки всегда была препятствием для её развития. Научный метод весьма скептичен по своей сути и требует очень скрупулёзного подхода к качеству собираемого материала и его подтверждению. И, тем не менее, нашлись энтузиасты, не побоявшиеся бросить вызов консервативному подходу.
Первым из исследователей геопатогенных зон был Густав Поль, исследовавший случаи массовых заболеваний онкологией в одном из немецких городов. Жители одного из районов слишком уж часто заболевали раком, причём, вероятность его появления была примерно раз в 20 выше, чем в соседних городах. Всесторонне исследовав их условия жизни (состав атмосферы, геологию почв, материалы из которых сделаны их дома, уровни радиации и химический состав воды и прочее), он не нашел никаких различий у этого района города и какого-либо другого. Однако, статистика упрямо утверждала, что какие-то отличия всё-таки есть, весь вопрос заключался в том, что никакими современными средствами они не регистрировались. Кроме того, Поль указал в своих исследованиях, что практически все жители этого района указывали на частые беспричинные случаи плохого сна, однако, стоило им поменять место жительства и эта проблема, как и множество других, уходила.
Настоящей же сенсацией стала книга Эрнста Хартмана о взаимосвязи места жительства с хроническими заболеваниями, в которой автор рассматривает более полутысячи случаев, когда в одних и тех же местах обитания люди заболевали одними и теми же болезнями без каких бы то ни было объективных причин.
Но и это было ещё не всё. Карл Бахлер, основываясь на первых картах этих зон, провёл исследования на других представителях живой природы — от деревьев до домашних животных, населявших эти территории. Его выводы также были неутешительны: практически у всех живых существ, обитающих в них, были обнаружены патологии, происхождение которых не имело объяснений.
Весь этот материал был использован в первых систематизированных исследованиях геопатогенных зон. Эти исследования позволили выработать критерии оценки пригодности тех или иных районов для жизни в них людей. В результате выяснилось, что достаточно большой процент населения проживает в местности, представляющей собой зоны потенциального риска. Появилось даже несколько карт расположения этих зон в зависимости от их негативного влияния. И уже первые сопоставления этих карт с физической картой Земли показали весьма интересные взаимосвязи.
Во-первых, выяснилось, что большинство геопатогенных районов находится над стыками тектонических плит. Во-вторых, большое количество аномалий расположено над месторождениями полезных ископаемых, в частности, металлических руд. И, в-третьих, самое интересное — многие такие зоны находились над подземными водоёмами и реками. Впрочем, существовали районы, где не было никаких особенностей геологического строения или каких бы то ни было отклонений, и всё равно, они были тем, что часто в простонародной речи называют «гиблым местом».
Что является причиной подобных проявлений, какие силы и явления могут влиять на физиологию существ, проживающих в этих районах? На сегодня однозначный ответ отсутствует, однако, исследования активно проводятся. Уже на сегодняшний день выяснено, что в районах всех аномальных зон присутствуют незначительные искажения магнитного поля Земли. Причем, несмотря на то, что эти искажения относительно малы и никак не влияют на жизненные процессы, происходящие в живых организмах, они присутствуют во всех геопатогенных зонах.
Страница 1 из 2
