Прошлой весной исполнилось в аккурат десять лет, как мы окончили университет, став дипломированными специалистами в области телевизионной режиссуры и операторского мастерства. Если вы спросите, кто такие «мы» то я отвечу, что«мы» — это девятнадцать вполне симпатичных людей, обучавшихся в одной группе с первого по пятый курс. Впрочем, в начале нас было чуть больше, — но кто-то отсеялся по причине академических задолженностей, кто-то«уволился» по собственному желанию, а ещё одного выгнали пинком под зад с предпоследнего курса за систематическое нарушение ВУЗовской дисциплины.
Добавить в моё избранное
13 мин, 29 сек 8178
— А не то съем, — старик со знакомым голосом отвёл воротник от лица, и мои уже привыкшие к темноте глаза разглядели-таки знакомые черты. Я обмер — на расстоянии пары шагов от меня стоял покойный сторож Пётр, которого я лично зарыл в землю несколько часов назад. Я не помню, как я захлопнул дверь и задвинул тяжёлый засов, я не помню, как добежал по чёрному коридору до своей обшарпанной комнатушки с погасшей печкой. Я не помню ничего, кроме жуткого смеха трёх кадавров, до рассвета бродивших вокруг старого сельсовета. Утром, когда холодное зимнее солнце вошло в зенит, я навесил замок на хлипкую дверь и поплёлся домой. Если я скажу, что меня взяла оторопь, то это будет не правдой, — скорее это был морок, умопомешательство, из которого меня вывел громкий плач тёти Веры, кинувшейся мне на шею у самой калитки.
— Эдичка, Эдичка, — Вера брызгала мне на лицо и шею крупными слезами, цепляясь за рукава моей куртки. — Умер он ночью, Дима, перед самым утром умер! Эдичка мой.
— Во сне? — непонятно зачем спросил я.
— Нет, не спал он. И в разуме был, Дима, — тётя отстранилась от меня и даже перестала плакать. — Он велел тебе сказать, что…
— Что? — Я даже не поняла. Ну, как-то так, что если ты не перестанешь, если выпьешь хотя бы раз, то они вернутся и заберут тебя с собой. О ком он говорил, Дима? Про что? Вопросы тётки я оставил без ответа… Оказав помощь с похоронами, уже на следующий день я собрал свои пожитки в спортивную сумку и уехал. Вот и всё. Дима сложил руки в замок, уставив глаза во что-то за моим плечом: — Только не говори, что ты мне не веришь.
— Не скажу, Дима, потому что я верю. Я верю в то, что ты допился до белой горячки и чего-то очень сильно испугался, а потом…
— А потом я поинтересовался у тётки о соседе Михаиле. Догадываешься, что она мне ответила? Мол, да, был такой, но помер лет пять назад. Но и это не всё: вернувшись в город, я проявил фотографии с похорон деда Петра. На двадцати фото я не нашёл ничего особенного, а вот на последнем было то, что окончательно утвердило меня в абсолютной реальности событий той ночи, а ещё в том, что послание Эдика не было совпадением или бредом агонизирующего паралитика.
— И что же там было? Дима вздохнул: — Уж лучше тебе и не знать. Помнишь, ты обещала мне не задавать никаких вопросов?
— Эдичка, Эдичка, — Вера брызгала мне на лицо и шею крупными слезами, цепляясь за рукава моей куртки. — Умер он ночью, Дима, перед самым утром умер! Эдичка мой.
— Во сне? — непонятно зачем спросил я.
— Нет, не спал он. И в разуме был, Дима, — тётя отстранилась от меня и даже перестала плакать. — Он велел тебе сказать, что…
— Что? — Я даже не поняла. Ну, как-то так, что если ты не перестанешь, если выпьешь хотя бы раз, то они вернутся и заберут тебя с собой. О ком он говорил, Дима? Про что? Вопросы тётки я оставил без ответа… Оказав помощь с похоронами, уже на следующий день я собрал свои пожитки в спортивную сумку и уехал. Вот и всё. Дима сложил руки в замок, уставив глаза во что-то за моим плечом: — Только не говори, что ты мне не веришь.
— Не скажу, Дима, потому что я верю. Я верю в то, что ты допился до белой горячки и чего-то очень сильно испугался, а потом…
— А потом я поинтересовался у тётки о соседе Михаиле. Догадываешься, что она мне ответила? Мол, да, был такой, но помер лет пять назад. Но и это не всё: вернувшись в город, я проявил фотографии с похорон деда Петра. На двадцати фото я не нашёл ничего особенного, а вот на последнем было то, что окончательно утвердило меня в абсолютной реальности событий той ночи, а ещё в том, что послание Эдика не было совпадением или бредом агонизирующего паралитика.
— И что же там было? Дима вздохнул: — Уж лучше тебе и не знать. Помнишь, ты обещала мне не задавать никаких вопросов?
Страница 4 из 4
