У одного путешественника и охотника на слонов можно прочесть следующий мрачный ответ «В результате погони человека за слоновой костью вся Африка — это сплошное кладбище слонов».
Добавить в моё избранное
5 мин, 15 сек 1279
В апреле или мае он отправляется к какому-нибудь пруду, который находится над горным ущельем.
Зеленого корма еще хватает вдоволь. Но пруд с каждым днем высыхает и под конец превращается в илистую яму. Слон, стоя посередине нее, опускает хобот в мокрый песок и посыпает им себя. Но вот в один прекрасный день разражается сильная гроза. С гор низвергаются бурные потоки воды, несущие гальку и вырванные с корнем деревья. Этим силам природы одряхлевший слон уже больше не может противостоять. Он подгибает колени и скоро испускает дух. Волны уносят его труп и сбрасывают в ущелье…«.»
Однако то, что описывает Уильямс, все же представляется частным случаем, а не правилом. Не всегда пруд, до которого добирается умирающий слон, находится над пропастью, и не всегда в решающий момент разражается гроза.
Но в общих чертах данные Уильямса все же совпадают с мнением зоологической науки. Когда слон стареет, говорит наука, мускулы отказываются служить ему. Он уже не в состоянии поднимать хобот, и поэтому ему грозит опасность погибнуть от жажды. В столь томительном положении ему не остается ничего иного, как выискивать глубокие места, чтобы добраться до воды.
Но при этом он легко увязает в иле и уже не может из него выбраться. Его обгладывают крокодилы, и половодье уносит его скелет. Водопой становится могилой слона, и так как сюда приходит в дни старости в надежде утолить жажду отнюдь не он один, го этот водопой действительно может стать кладбищем слонов.
При выяснении вопроса о существовании кладбищ слонов нельзя игнорировать исключительную способность девственного леса поглощать без остатка всевозможные трупы, в том числе и такие гигантские, как слоновые. Большие и малые пожиратели падали набрасываются на труп, причем такие птицы, как коршун и марабу, для которых кожа слона слишком прочна, проникают внутрь его тела через пасть или же через прямую кишку.
Имеются даже любители костного мозга, содержащегося в бивнях слона. Это дикобразы. Чтобы добраться до любимых ими «лакомств» они истачивают слоновую кость так же, как бобр — дерево.
Унтервельц был однажды свидетелем того, как целая стая гиен с воем набросилась на труп убитого слона. В трупе кишели миллионы белых личинок насекомых, а миллионы мясных мух придавали его коже синеватый отблеск. Вскоре на удобренном месте буйно разрослась растительность…
Зеленого корма еще хватает вдоволь. Но пруд с каждым днем высыхает и под конец превращается в илистую яму. Слон, стоя посередине нее, опускает хобот в мокрый песок и посыпает им себя. Но вот в один прекрасный день разражается сильная гроза. С гор низвергаются бурные потоки воды, несущие гальку и вырванные с корнем деревья. Этим силам природы одряхлевший слон уже больше не может противостоять. Он подгибает колени и скоро испускает дух. Волны уносят его труп и сбрасывают в ущелье…«.»
Однако то, что описывает Уильямс, все же представляется частным случаем, а не правилом. Не всегда пруд, до которого добирается умирающий слон, находится над пропастью, и не всегда в решающий момент разражается гроза.
Но в общих чертах данные Уильямса все же совпадают с мнением зоологической науки. Когда слон стареет, говорит наука, мускулы отказываются служить ему. Он уже не в состоянии поднимать хобот, и поэтому ему грозит опасность погибнуть от жажды. В столь томительном положении ему не остается ничего иного, как выискивать глубокие места, чтобы добраться до воды.
Но при этом он легко увязает в иле и уже не может из него выбраться. Его обгладывают крокодилы, и половодье уносит его скелет. Водопой становится могилой слона, и так как сюда приходит в дни старости в надежде утолить жажду отнюдь не он один, го этот водопой действительно может стать кладбищем слонов.
При выяснении вопроса о существовании кладбищ слонов нельзя игнорировать исключительную способность девственного леса поглощать без остатка всевозможные трупы, в том числе и такие гигантские, как слоновые. Большие и малые пожиратели падали набрасываются на труп, причем такие птицы, как коршун и марабу, для которых кожа слона слишком прочна, проникают внутрь его тела через пасть или же через прямую кишку.
Имеются даже любители костного мозга, содержащегося в бивнях слона. Это дикобразы. Чтобы добраться до любимых ими «лакомств» они истачивают слоновую кость так же, как бобр — дерево.
Унтервельц был однажды свидетелем того, как целая стая гиен с воем набросилась на труп убитого слона. В трупе кишели миллионы белых личинок насекомых, а миллионы мясных мух придавали его коже синеватый отблеск. Вскоре на удобренном месте буйно разрослась растительность…
Страница 2 из 2
