Дорогая, может ты все-таки приедешь? Двадцать лет прожив со своей супругой Еленой, Иван уже заранее знал, какую реакцию ему от неё ждать.
Добавить в моё избранное
7 мин, 43 сек 4502
А ну-ка успокоился» — Иван глубоко вдохнул воздух, провонявший сырой землей:«Успокоился, слышишь? Иди дальше».
Он посмотрел наверх, в надежде увидеть мерцающий свет звезд, но кроны елей полностью закрыли собой все небо. Успокоившись, сдержав панику, Иван пошёл вперёд, но сразу же наткнулся на дерево и почувствовал, как по его рукам поползли насекомые. Вновь раздался хруст ветки. Но не под ногой Ивана. Где-то в темноте. Мужчина замер, затаив дыхание, прислушался к наступившей тишине.
Что-то заскреблось о ствол дерева, в считанных метрах от него.
Иван сделал пару шагов вперед, выставив перед собой руки, но снова наткнулся на дерево. В темноте кто-то, совсем рядом с ним тяжело вздохнул. Сжав зубы, Иван обошел дерево и пошёл вперёд, пытаясь думать о чем-то позитивном, ведь никто ему ничего плохого делать не собирается…
Ведь так, да?
Мужчина замер, услышав донесшийся из темноты звук, сильно похожий на тихий стон.
— Кто здесь? — спросил Иван, пытаясь придать своему голосу строгость.
У него за спиной кто-то зашептался. Иван пытался прислушаться, но не смог разобрать ни одного слова. Те, кто прятались в темноте словно говорили на неизвестном ему языке.
Потом раздались шаги, ломающие ветки и шуршащие по траве. Они то удалялись от Ивана, то приближались.
— Кто здесь! Ответьте! — теперь в голосе мужчины читались истерические нотки.
И вновь шаги. В темноте Иван различил несколько теней… настолько неестественных и скрюченных, что он поневоле, от наступившего ужаса, начал перебирать в голове все молитвы, которые помнил.
Но не обращая внимания на тени, Иван продолжил идти по лесу, в надежде вскоре дойти до его опушки, вновь увидеть звездное небо и вдохнуть свежий воздух…
… не пропитанный запахом сырой, свежевскопанной земли.
А те, кто таились в темноте продолжали идти за ним по пятам, но при этом держа определённую дистанцию. Он чувствовал, как под этими шагами мнутся земля и ковёр из опавшей хвои. Иван ощущал на себе их хриплое дыхание, веющее холодом и смертью, смешавшееся с ветром, воющим над головой.
— Уходите! Оставьте меня в покое! — уже в истерике закричал Иван. У него заболело сердце: словно оно застряло между ребер. Их шаги продолжали доноситься до Ивана. Силуэты продолжали перешептываться и стонать… или это ветер?
Иван потерял счёт времени: он не знал сколько часов прошло. Он просто шёл вперёд, в надежде, что незнакомцы не сделают ему ничего плохого. «Ведь они просто идут за мной. Если бы хотели мне зла, то напали бы сразу, как только погас фонарик» — эта мысль сейчас утешала больше всего.
И вот, наконец-то, он вышел из леса. На смену деревьям и затхлому воздуху пришли бескрайние поля и свежий ветерок. Вдалеке, на склоне холма мигали огоньки в окнах домов. Этот свет приносил Ивану в то мгновение самое большое счастье.
В глаза ударил яркий свет. Заработал фонарик. Взяв его в руки, Иван резко повернулся к лесу, в надежде увидеть своих преследователей. Но услышал только торопливые, удаляющиеся от него шаги. Незнакомцы убегали обратно в лес.
Прошёл месяц. Иван с Еленой вновь приехали к сватам, в надежде повидаться с внуком Егоркой. Обычно в таком возрасте внуки — единственное, что доставляет нам настоящую радость.
Тем более, супруги жили в городе. В любом случае деревенский воздух и природа пойдёт им на пользу.
И вот, как-то раз, отправившись со сватом на рыбалку и сидя на каменистом берегу бурлящей, широкой реки, Иван собрался с силами, чтобы задать вопрос, который уже месяц мучил его: — Слушай, Антон, я вот чего спросить хотел…
— Ну, выкладывай, Иваныч, — кивнул Антон, докуривая сигарету. Он был в одной майке и шортах. Иван никак не мог понять: почему его комары не трогают? Их тут кишмя кишит… и все бросаются на Ивана. А он, как на зло забыл защитный спрей.
— У вас тут ельник есть… ну неподалеку… вон там… нет, стоп… — он оглянулся, пытаясь точно вспомнить, в какой стороне находится еловый лес.
— Ну понял я, понял. У нас тут только один ельник. И? …
— У вас там случайно, никакого крупного зверья не обитает? — Да нет конечно, — Антон выкинул сигаретный бычок в воду, — звери всегда чувствуют гиблые места.
У Ивана сердце подскочило к самому горлу. Гиблое? — А… что там гиблого-то? — А че ты так интересуешься? — не успел Иван придумать отговорку, как сват сам за него ответил — а, ну да. Ты ведь историк… ну что ты хочешь знать-то? Искусственный этот ельник. Деревья ещё во время Гражданской войны посадили… Вырастили… Ну не важно. Там столько пленных порастреляли, что просто ужас… а их прям там и закопали всех, в общие ямы. В большинстве это японцы были одни. Эх… жалко все равно ребят, хоть они и узкоглазые… ни могилы, ни воспоминаний у них нет. А ты ведь не забывай, что многие из них даже виновны ни в чем не были… а с ними вот так вот поступили.
Он посмотрел наверх, в надежде увидеть мерцающий свет звезд, но кроны елей полностью закрыли собой все небо. Успокоившись, сдержав панику, Иван пошёл вперёд, но сразу же наткнулся на дерево и почувствовал, как по его рукам поползли насекомые. Вновь раздался хруст ветки. Но не под ногой Ивана. Где-то в темноте. Мужчина замер, затаив дыхание, прислушался к наступившей тишине.
Что-то заскреблось о ствол дерева, в считанных метрах от него.
Иван сделал пару шагов вперед, выставив перед собой руки, но снова наткнулся на дерево. В темноте кто-то, совсем рядом с ним тяжело вздохнул. Сжав зубы, Иван обошел дерево и пошёл вперёд, пытаясь думать о чем-то позитивном, ведь никто ему ничего плохого делать не собирается…
Ведь так, да?
Мужчина замер, услышав донесшийся из темноты звук, сильно похожий на тихий стон.
— Кто здесь? — спросил Иван, пытаясь придать своему голосу строгость.
У него за спиной кто-то зашептался. Иван пытался прислушаться, но не смог разобрать ни одного слова. Те, кто прятались в темноте словно говорили на неизвестном ему языке.
Потом раздались шаги, ломающие ветки и шуршащие по траве. Они то удалялись от Ивана, то приближались.
— Кто здесь! Ответьте! — теперь в голосе мужчины читались истерические нотки.
И вновь шаги. В темноте Иван различил несколько теней… настолько неестественных и скрюченных, что он поневоле, от наступившего ужаса, начал перебирать в голове все молитвы, которые помнил.
Но не обращая внимания на тени, Иван продолжил идти по лесу, в надежде вскоре дойти до его опушки, вновь увидеть звездное небо и вдохнуть свежий воздух…
… не пропитанный запахом сырой, свежевскопанной земли.
А те, кто таились в темноте продолжали идти за ним по пятам, но при этом держа определённую дистанцию. Он чувствовал, как под этими шагами мнутся земля и ковёр из опавшей хвои. Иван ощущал на себе их хриплое дыхание, веющее холодом и смертью, смешавшееся с ветром, воющим над головой.
— Уходите! Оставьте меня в покое! — уже в истерике закричал Иван. У него заболело сердце: словно оно застряло между ребер. Их шаги продолжали доноситься до Ивана. Силуэты продолжали перешептываться и стонать… или это ветер?
Иван потерял счёт времени: он не знал сколько часов прошло. Он просто шёл вперёд, в надежде, что незнакомцы не сделают ему ничего плохого. «Ведь они просто идут за мной. Если бы хотели мне зла, то напали бы сразу, как только погас фонарик» — эта мысль сейчас утешала больше всего.
И вот, наконец-то, он вышел из леса. На смену деревьям и затхлому воздуху пришли бескрайние поля и свежий ветерок. Вдалеке, на склоне холма мигали огоньки в окнах домов. Этот свет приносил Ивану в то мгновение самое большое счастье.
В глаза ударил яркий свет. Заработал фонарик. Взяв его в руки, Иван резко повернулся к лесу, в надежде увидеть своих преследователей. Но услышал только торопливые, удаляющиеся от него шаги. Незнакомцы убегали обратно в лес.
Прошёл месяц. Иван с Еленой вновь приехали к сватам, в надежде повидаться с внуком Егоркой. Обычно в таком возрасте внуки — единственное, что доставляет нам настоящую радость.
Тем более, супруги жили в городе. В любом случае деревенский воздух и природа пойдёт им на пользу.
И вот, как-то раз, отправившись со сватом на рыбалку и сидя на каменистом берегу бурлящей, широкой реки, Иван собрался с силами, чтобы задать вопрос, который уже месяц мучил его: — Слушай, Антон, я вот чего спросить хотел…
— Ну, выкладывай, Иваныч, — кивнул Антон, докуривая сигарету. Он был в одной майке и шортах. Иван никак не мог понять: почему его комары не трогают? Их тут кишмя кишит… и все бросаются на Ивана. А он, как на зло забыл защитный спрей.
— У вас тут ельник есть… ну неподалеку… вон там… нет, стоп… — он оглянулся, пытаясь точно вспомнить, в какой стороне находится еловый лес.
— Ну понял я, понял. У нас тут только один ельник. И? …
— У вас там случайно, никакого крупного зверья не обитает? — Да нет конечно, — Антон выкинул сигаретный бычок в воду, — звери всегда чувствуют гиблые места.
У Ивана сердце подскочило к самому горлу. Гиблое? — А… что там гиблого-то? — А че ты так интересуешься? — не успел Иван придумать отговорку, как сват сам за него ответил — а, ну да. Ты ведь историк… ну что ты хочешь знать-то? Искусственный этот ельник. Деревья ещё во время Гражданской войны посадили… Вырастили… Ну не важно. Там столько пленных порастреляли, что просто ужас… а их прям там и закопали всех, в общие ямы. В большинстве это японцы были одни. Эх… жалко все равно ребят, хоть они и узкоглазые… ни могилы, ни воспоминаний у них нет. А ты ведь не забывай, что многие из них даже виновны ни в чем не были… а с ними вот так вот поступили.
Страница 2 из 3
