Мужчина рисовал на надгробиях и сам погиб.
Добавить в моё избранное
5 мин, 9 сек 3069
Зуб так сверкает, что больно смотреть. Я спрашиваю:
— А почему челюсть каменная, ведь ее носить будет тяжело! Думаю, что моему мужу не нужен такой протез. И вообще, когда он успел его заказать?
И тут гость в черном говорит голосом моего мужа:
— Заказал 24 июня 1999 года, в семь часов вечера, а готов заказ был вчера около трех часов дня.
От этой фразы я и проснулась. У меня было такое чувство, будто кто-то только что передал мне ужасную весть. Трясясь от страха, я стала бегать по квартире и везде включать свет. Потом я бросилась в мастерскую и, перерыв там все, нашла дневник мужа, куда он вносил записи о ходе работ. Пока я лихорадочно листала страницы, руки у меня дрожали так, что я чуть было несколько раз не выронила тетрадь. Наконец я нашла нужную страницу, где значилась дата начала работ над памятником. Ту же дату назвал мне во сне покойный родственник — 24 июня 1999 года, семь часов вечера.
Днем мне позвонили из милиции. В три часа дня мой муж погиб в автокатастрофе.
Когда мы приехали на дачу за памятником, на нем не было покрывала: оно лежало на земле. А ведь я лично видела, как мой муж закреплял его бельевой веревкой. Войти в сарай никто не мог, так как он был заперт и замок никто не трогал.
Теперь я стараюсь не думать, отчего же на самом деле погиб мой муж, — боюсь сойти с ума…
— А почему челюсть каменная, ведь ее носить будет тяжело! Думаю, что моему мужу не нужен такой протез. И вообще, когда он успел его заказать?
И тут гость в черном говорит голосом моего мужа:
— Заказал 24 июня 1999 года, в семь часов вечера, а готов заказ был вчера около трех часов дня.
От этой фразы я и проснулась. У меня было такое чувство, будто кто-то только что передал мне ужасную весть. Трясясь от страха, я стала бегать по квартире и везде включать свет. Потом я бросилась в мастерскую и, перерыв там все, нашла дневник мужа, куда он вносил записи о ходе работ. Пока я лихорадочно листала страницы, руки у меня дрожали так, что я чуть было несколько раз не выронила тетрадь. Наконец я нашла нужную страницу, где значилась дата начала работ над памятником. Ту же дату назвал мне во сне покойный родственник — 24 июня 1999 года, семь часов вечера.
Днем мне позвонили из милиции. В три часа дня мой муж погиб в автокатастрофе.
Когда мы приехали на дачу за памятником, на нем не было покрывала: оно лежало на земле. А ведь я лично видела, как мой муж закреплял его бельевой веревкой. Войти в сарай никто не мог, так как он был заперт и замок никто не трогал.
Теперь я стараюсь не думать, отчего же на самом деле погиб мой муж, — боюсь сойти с ума…
Страница 2 из 2
