Я проснулся в четыре утра и первый час просто валялся, пытаясь удержать в памяти обрывки сновидений. За окном снова шёл дождь, но с каждой минутой он явно терял силу.
Добавить в моё избранное
95 мин, 58 сек 10962
Протяжно выла сирена, а на низко висящих мрачных тучах плясали огненные пятна горевшего где-то пожара. Под моими ногами хрустел серый снег, который не успели убрать, и вытекающие из набитых разным хламом сугробов грязные ручейки собирались в глубокие лужи. Почерневшие от холода ветви деревьев раскачивались на тихом ветру, будто костлявые руки. В городе ещё теплилась жизнь, со временем он наверняка мог исцелиться, однако сейчас выглядел, как призрак из ночного кошмара.
Тем не менее, до дома я добрался без приключений, и на сердце у меня полегчало. Возможно, я просто нафантазировал лишнего — мне никогда раньше не доводилось видеть столь апокалиптичных пейзажей, разве что в фильмах или видеоиграх. Реальность, конечно, в корне отличалась от творений режиссёров и дизайнеров, так что моё состояние было совершенно естественным для такой ситуации. Осознание этого помогло мне взбодриться, и, открыв входную дверь, я устремился наверх. Лифт давно был отключён ради экономии энергии, но я был даже рад лишнему поводу размять ноги — после нескольких суток в тесной камере организм требовал хоть какого-то движения. Спустя минуту или две я уже стоял на пороге своей квартиры, испытывая странную смесь счастья, тоски и ностальгии.
Внутри было так же холодно, как и снаружи — неудивительно для помещения, которое не отапливалось столько времени. Моему взору предстал настоящий бардак. Повсюду валялись пустые бутылки, осколки стекла, упаковки из-под разных продуктов, давно начавшие гнить и плесневеть объедки, засиженные неистребимыми мухами… Я понимал, что сотворил всё это сам, однако поверить в то, что можно так загадить собственное жилище, было довольно трудно. На полу отчётливо виднелись следы той драки — засохшие отпечатки грязной обуви, опрокинутые стулья и сорванная со стены краска. Тем не менее, свидетельств проведённого обыска тоже было предостаточно, а какие-то вещи пропали, но я так и не смог определить, что именно было изъято или украдено. Телескоп мирно покоился на диване — его никто не забрал, хотя явно изучали и, наверное, даже развинчивали. Вздохнув, я взял из шкафа пыльную куртку, безуспешно пощёлкал пультом телевизора, включил радио, нашёл средства для уборки и принялся наводить порядок.
Бестелесный голос приёмника поведал мне много интересного. Во-первых, ситуация в колонии, как ни странно, постепенно налаживалась или, по крайней мере, перестала ухудшаться дальше. Люди попросту начали уставать от своих страхов, которые при более внимательном взгляде оказались беспочвенными — аномалия Сатурна сама по себе никому не навредила, кроме давления на слабую человеческую психику. Тем не менее, газдайверные и ближайшие к газовому гиганту орбитальные станции пустовали — всех эвакуировали оттуда почти неделю назад. Во-вторых, загадочные взрывы также замерли на нынешнем уровне активности, оставаясь такими уже третьи сутки. Их не стало меньше, однако уже то, что интенсивность вспышек перестала расти, позволило горожанам немного привыкнуть к новому жутковатому освещению. И кроме того, в конце месяца пассажирские корабли снова должны были появиться в наших небесах! Там говорилось ещё что-то про спасённые из едва не погибшего парка фауну и флору, приводились списки новых растений, которые должны были появиться после реставрации колонии, но такую информацию я пропускал мимо ушей. В общем-то, на важные новости я тоже почти не обращал внимания — мне нужен был какой-то шумовой фон, чтобы не чувствовать себя песчинкой посреди урагана.
Наконец, квартира была отчищена до относительно приличного состояния, и я без сил рухнул на диван, едва не сломав забытый там телескоп. Пусть сейчас всё было хуже, чем кто-то мог предполагать — но жизнь продолжалась, и я серьёзно намеревался воспользоваться этим. Поискав блокнот, я засел за составление планов на будущее. В конце концов, право мечтать у меня не отнял бы никакой конец света.
<h3 id=«hmenu-2»>Глава вторая — ПолденьНа следующий день я принялся решительно менять свою жизнь, прекрасно осознавая, что даже в лучшем случае она уже не станет такой, как прежде. Начать я решил с соседей — за время моего отсутствия их пыл поумерился, однако атмосфера в доме по-прежнему была невыносимой. Я рассмотрел несколько вариантов действий и остановился на том, который почти не требовал усилий с моей стороны и в теории мог стать очень эффективным. А именно — сочинил легенду о том, как наладил контакт с тюремщиками и произвёл на них хорошее впечатление, благодаря чему теперь мог без труда вызвать наряд полиции к любому, кто будет портить моё имущество или ещё как-то меня потревожит. Не просто же так меня отпустили всего через пару дней, тогда как большинство арестованных до сих пор где-то сидело! Кроме того, вернулся я в гораздо лучшем состоянии, чем даже раньше — а разве можно было ожидать снисхождения к простому смертному от тех грубых солдат, что патрулировали улицы и стреляли по толпам людей, ищущих спасения от катаклизма?
Тем не менее, до дома я добрался без приключений, и на сердце у меня полегчало. Возможно, я просто нафантазировал лишнего — мне никогда раньше не доводилось видеть столь апокалиптичных пейзажей, разве что в фильмах или видеоиграх. Реальность, конечно, в корне отличалась от творений режиссёров и дизайнеров, так что моё состояние было совершенно естественным для такой ситуации. Осознание этого помогло мне взбодриться, и, открыв входную дверь, я устремился наверх. Лифт давно был отключён ради экономии энергии, но я был даже рад лишнему поводу размять ноги — после нескольких суток в тесной камере организм требовал хоть какого-то движения. Спустя минуту или две я уже стоял на пороге своей квартиры, испытывая странную смесь счастья, тоски и ностальгии.
Внутри было так же холодно, как и снаружи — неудивительно для помещения, которое не отапливалось столько времени. Моему взору предстал настоящий бардак. Повсюду валялись пустые бутылки, осколки стекла, упаковки из-под разных продуктов, давно начавшие гнить и плесневеть объедки, засиженные неистребимыми мухами… Я понимал, что сотворил всё это сам, однако поверить в то, что можно так загадить собственное жилище, было довольно трудно. На полу отчётливо виднелись следы той драки — засохшие отпечатки грязной обуви, опрокинутые стулья и сорванная со стены краска. Тем не менее, свидетельств проведённого обыска тоже было предостаточно, а какие-то вещи пропали, но я так и не смог определить, что именно было изъято или украдено. Телескоп мирно покоился на диване — его никто не забрал, хотя явно изучали и, наверное, даже развинчивали. Вздохнув, я взял из шкафа пыльную куртку, безуспешно пощёлкал пультом телевизора, включил радио, нашёл средства для уборки и принялся наводить порядок.
Бестелесный голос приёмника поведал мне много интересного. Во-первых, ситуация в колонии, как ни странно, постепенно налаживалась или, по крайней мере, перестала ухудшаться дальше. Люди попросту начали уставать от своих страхов, которые при более внимательном взгляде оказались беспочвенными — аномалия Сатурна сама по себе никому не навредила, кроме давления на слабую человеческую психику. Тем не менее, газдайверные и ближайшие к газовому гиганту орбитальные станции пустовали — всех эвакуировали оттуда почти неделю назад. Во-вторых, загадочные взрывы также замерли на нынешнем уровне активности, оставаясь такими уже третьи сутки. Их не стало меньше, однако уже то, что интенсивность вспышек перестала расти, позволило горожанам немного привыкнуть к новому жутковатому освещению. И кроме того, в конце месяца пассажирские корабли снова должны были появиться в наших небесах! Там говорилось ещё что-то про спасённые из едва не погибшего парка фауну и флору, приводились списки новых растений, которые должны были появиться после реставрации колонии, но такую информацию я пропускал мимо ушей. В общем-то, на важные новости я тоже почти не обращал внимания — мне нужен был какой-то шумовой фон, чтобы не чувствовать себя песчинкой посреди урагана.
Наконец, квартира была отчищена до относительно приличного состояния, и я без сил рухнул на диван, едва не сломав забытый там телескоп. Пусть сейчас всё было хуже, чем кто-то мог предполагать — но жизнь продолжалась, и я серьёзно намеревался воспользоваться этим. Поискав блокнот, я засел за составление планов на будущее. В конце концов, право мечтать у меня не отнял бы никакой конец света.
<h3 id=«hmenu-2»>Глава вторая — ПолденьНа следующий день я принялся решительно менять свою жизнь, прекрасно осознавая, что даже в лучшем случае она уже не станет такой, как прежде. Начать я решил с соседей — за время моего отсутствия их пыл поумерился, однако атмосфера в доме по-прежнему была невыносимой. Я рассмотрел несколько вариантов действий и остановился на том, который почти не требовал усилий с моей стороны и в теории мог стать очень эффективным. А именно — сочинил легенду о том, как наладил контакт с тюремщиками и произвёл на них хорошее впечатление, благодаря чему теперь мог без труда вызвать наряд полиции к любому, кто будет портить моё имущество или ещё как-то меня потревожит. Не просто же так меня отпустили всего через пару дней, тогда как большинство арестованных до сих пор где-то сидело! Кроме того, вернулся я в гораздо лучшем состоянии, чем даже раньше — а разве можно было ожидать снисхождения к простому смертному от тех грубых солдат, что патрулировали улицы и стреляли по толпам людей, ищущих спасения от катаклизма?
Страница 9 из 27
