Картинг

— Может, и не погоняем, — сказал Стас. — И правильно говорить — «на картах».

Костик оторвался от окна «Мазды» от рябинового подлеска за ним, и беспокойно глянул на отца.

— Почему не погоняем? — А вдруг закрыто.

— Или тебя за руль не пустят, малявка, — с превосходством сказал Макс.

— Тогда и тебя не пустят!

— Мне двенадцать. — Макс лыбился, обернувшись к младшему брату с переднего пассажирского сиденья. — Меня даже за болид пустят.

— Не пустят!

— Так, — успокоила всех Катя, — без паники. Разберемся на месте.

— Ты на дорогу смотри, — сказал жене Стас.

— Получишь права — вот тогда и будешь советы давать. Лучше указатель ищи, а то проедем.

В зеркале заднего вида Стас встретился взглядом с Катей и примирительно поднял руки.

— Вас понял, капитан. Есть искать указатель. — Похлопал Костика по колену. — Все будет хорошо. Ты уже большой молодец, что не боишься кататься.

— А ты боишься? — Есть немного. — Стас улыбнулся: ему нравилось признаваться сыну в своих слабостях — никто не идеален. — Ты же знаешь, что у папы не сложилось с машинами.

— Ничего, ничего, — прогнозируемо влезла Катя. — Папа соберется и в следующем году пойдет на вождение.

— Не-а, — сказал Стас, — папа как Хазанов.

Это была его любимая отговорка. Он где-то читал интервью с Геннадием Хазановым, в котором артист рассказал, как впервые сел за руль, проехал сто метров, заглушил мотор и вышел: «Не мое».

— Еще бы папа зарабатывал, как Хазанов, — уколола Катя.

— А ты знаешь, сколько он зарабатывает? — А я, когда вырасту, куплю себе «Мустанг»! — разрядил обстановку Костик.

Стас потрепал сына по волосам.

— Будешь катать папу.

— Или Хазанова, — добавила Катя.

— А у меня «Хаммер» будет, — сообщил Макс.

— А у меня поворот. — Катя свернула на грунтовку. — Спасибо за помощь.

Стас успел заметить указатель «Картинговый стадион»: красные буквы и стрелка на белом фоне, выпуклые, как шрам.

— Ты у нас самая лучшая, — сказал он.

— Ага. Когда кручу баранку и не бубню.

Мальчики весело рассмеялись.

Большое белое солнце оторвалось от прервавшегося, скатившегося назад леса и встало над проснувшимся днем. Дорога бежала по краю голого осеннего поля, справа тянулся бетонный «с ромбиками» забор, таблички«Пейнтбол» и«Лазертаг» за оградой — ветхозаветные склады. Грунтовка вильнула вправо. За березовой рощей просматривался небольшой лоснящийся на солнце водоем, крутой берег карьера, несколько машин — вряд ли приехали купаться, холодновато уже, но субботний шашлык никто не отменял.

Катя притормозила на развилке.

— И куда сейчас? — Прямо! — скомандовал Костик.

— Направо! — в пику брату сказал Макс.

— Ты же здесь была… — начал было Стас.

— И что? — огрызнулась Катя. — Не помню. Давно это было.

— И неправда.

— Мог бы и погуглить. Я же просила.

— Давай пока прямо. — Стас достал смартфон. — Справа, похоже, пейнтбольщики окопались.

Катя поехала прямо.

— Мам, а там большая трасса? — Большая. Полтора километра.

— Ух ты!

Слева подступил ельник, узкая полоса, пронизанная солнечными лучами.

— Нашел, — сказал Макс и поднял смартфон, чтобы в который раз напомнить Костику, что у того нет телефона. Стал читать с экрана:

— Спортивный клуб «Батос» приглашает получить заряд адреналина… Прокатный и спортивный картинг… Катание на квадроциклах и мотовездеходах…

— Проехать как? — спросила Катя.

— Сейчас… Расположен в районе Черного двора. Добраться можно на автобусе городского маршрута номер…

— Все. Добрались без автобуса.

Перелесок закончился, и они увидели трибуну для зрителей — металлический каркас с рядами красных и синих пластиковых сидений. Кусочек извилистого русла трассы в красно-белых берегах и наносах из автомобильных покрышек. Густой лес на заднем плане.

— Ура! — обрадовался Костик, хотя трасса издалека показалась ему маленькой.

Стас пытался рассмотреть движущиеся карты, людей на трибуне, но ничего и никого не увидел. Принял это с постыдным облегчением: наверное, и в самом деле закрыто… и не придется демонстрировать сыновьям лихой настрой, которого нет. «Не мое». Автомобиль это или приземистый, детский с виду карт — один черт средство повышенной опасности, так ведь? Но отец, даже неидеальный, должен быть примером, учителем. Правда, его, Стаса, отец особо не заморачивался — научил разве что в бадминтон играть. Плавать, кататься на велосипеде Стаса натаскивали дворовые друзья.

Катя нашла в заборе из сетки Рабица ворота и зарулила на стоянку. На большой асфальтированной площадке скучало — Костик посчитал (ему хорошо давалась математика, в отличие от письма) — четыре машины.