По традиции Англию считают классической «страной привидений» чуть ли не их родиной, если такое понятие применимо к такого рода нематериальным явлениям. Ведь, по утверждению Словаря русского языка, привидение — это«призрак человека, отсутствующего или умершего, представляющийся людям с больным воображением». В свою очередь призрак определяется как «что-либо, только кажущееся реальным; то, что мерещится». А в Энциклопедическом словаре вообще не упоминается о таких феноменах.
Добавить в моё избранное
18 мин, 49 сек 6105
На удалении в миллион миль они так же могучи, как и в миллиметре. А потому как эти связи «игнорируют» пространство, то им так же нипочем и время. Для стороннего наблюдателя в соответствии с теорией относительности данный эффект — происходящее мгновенно, опережая свет, взаимовлияние частиц — должен казаться движением вспять по времени. Возможно предположить, что именно таким образом, буквально проходя сквозь стены, и возникают привидения, забирая для своей«материализации» энергию из нашего пространства. И свидетельство этому — падение температуры в месте их появлений.
— В «призракологии» нет твердых, устоявшихся правил, и мы в нашем клубе всегда ищем поправки для наших гипотез и представлений. Мы всегда стараемся держать наше сознание раскрепощенным и допускаем, что в мире механизации, стандартизации и автоматизации есть вещи, которые мы не можем объяснить, — рассказывает Питер Андервуд.
— И доктор Сэмюэл Джонсон, средневековый английский писатель, автор философского трактата «Расселас, принц Абиссинский» был не единственный человек, который считал, что феномен привидения является«одним из наиболее важных вопросов, который может предстать перед человеческим разумом… Вопрос этот и сейчас, по прошествии тысячелетий существования человеческого рода, все еще не решен».
Кажется все более вероятным, что граница между тем миром и нашим миром, таким знакомым и уютным, всего в одном шаге от нас. Собранные нами данные наводят на мысль о том, что в процессе каждого исследования «Клуба знатоков привидений» мы, может быть, все время идем вдоль границы неведомого…
Хотя д-р Доналд Карпентер, физик-теоретик из Америки, не был членом английского «Клуба знатоков привидений» именно труды этого общества сыграли основную роль в том, что он решил заняться столь мистической областью, как призраки. При этом дело было вовсе не в физических гипотезах Питера Андервуда, хотя в них, вероятно, и содержалось рациональное зерно. Карпентера куда больше заинтересовала приведенная в трудах статистика температурных колебаний, полученная при помощи современной измерительной аппаратуры.
Впрочем, если быть до конца откровенным, то надо заметить, что интерес к случайно увиденным на полке университетской библиотеки изысканиям английских призраковедов пробудило все-же одно детское воспоминание самого Карпентера. В возрасте 9-ти лет он вместе с матерью находился у себя дома, когда в комнате вдруг появился призрак его отца, уехавшего по делам в другой город.
В последствии они узнали, что как раз в ту ночь он скончался. Уже будучи взрослым, Карпентер однажды еще раз столкнулся с привидением. 1971 год — он беседовал с одним железнодорожником, который, как потом выяснил Карпентер, умер в результате несчастного случая несколькими часами ранее.
Задача, которую поставил перед собой этот физик, на первый взгляд может показаться абсурдной — вычислить массу привидения.
Чтобы по достоинству оценить смелость американца, надо учитывать, что, за редким исключением, ученые, а особенно физики, априори считают привидения, духи, призраки полной чепухой. Для их отношения прекрасно подходит известная формулировка: «Этого не может быть потому, что не может быть никогда». По сути дела, они заранее отказываются рассматривать все, что выходит за рамки современных научных знаний да к тому же трудно воспроизводится при помощи опытов. Причем это относится не только к привидениям, а к широкому спектру странных явлений, вроде НЛО, телепатии, полтергейста.
Кстати, можно напомнить, что в свое время Французская академия наук не допускала возможности падения на Землю метеоритов, а шаровая молния еще в 30-е годы считалась иллюзией.
Потому как проблема потустороннего мира и всего, что с этим связано, слишком обширна и противоречива, прежде чем приступать к решению поставленной задачи, Карпентер постарался четко определить условия, необходимые для этого. Штудирование трудов английского клуба заняло немало времени. Зато в итоге у него появилось несколько отправных пунктов, облегчавших предстоящую работу.
Во-первых, рассмотрению подлежали только «чистые» привидения, оставляя за скобками духов, полтергейсты, призраки животных и неодушевленных предметов. Дальше надо было исходить из того, что, раз рассматриваемые феномены однородны, они должны иметь одинаковые главные характеристики.
В конце концов, поскольку привидения по крайней мере в одном аспекте — температурный скачок при их появлении — наверняка взаимодействуют с нашим миром, к ним должны быть применимы все известные физические законы и никакие ссылки на магию и чудеса недопустимы. И последнее. Исходя из того, что по описаниям очевидцев привидения выглядели как обычные люди из крови и плоти, размеры фантомов в трехмерном пространстве в среднем должны равняться 0,07 кубического метра (именно такой объем человека весом 70 кг).
Казалось бы, сформулировать вышеприведенные 4 пункта не так уж сложно.
— В «призракологии» нет твердых, устоявшихся правил, и мы в нашем клубе всегда ищем поправки для наших гипотез и представлений. Мы всегда стараемся держать наше сознание раскрепощенным и допускаем, что в мире механизации, стандартизации и автоматизации есть вещи, которые мы не можем объяснить, — рассказывает Питер Андервуд.
— И доктор Сэмюэл Джонсон, средневековый английский писатель, автор философского трактата «Расселас, принц Абиссинский» был не единственный человек, который считал, что феномен привидения является«одним из наиболее важных вопросов, который может предстать перед человеческим разумом… Вопрос этот и сейчас, по прошествии тысячелетий существования человеческого рода, все еще не решен».
Кажется все более вероятным, что граница между тем миром и нашим миром, таким знакомым и уютным, всего в одном шаге от нас. Собранные нами данные наводят на мысль о том, что в процессе каждого исследования «Клуба знатоков привидений» мы, может быть, все время идем вдоль границы неведомого…
Хотя д-р Доналд Карпентер, физик-теоретик из Америки, не был членом английского «Клуба знатоков привидений» именно труды этого общества сыграли основную роль в том, что он решил заняться столь мистической областью, как призраки. При этом дело было вовсе не в физических гипотезах Питера Андервуда, хотя в них, вероятно, и содержалось рациональное зерно. Карпентера куда больше заинтересовала приведенная в трудах статистика температурных колебаний, полученная при помощи современной измерительной аппаратуры.
Впрочем, если быть до конца откровенным, то надо заметить, что интерес к случайно увиденным на полке университетской библиотеки изысканиям английских призраковедов пробудило все-же одно детское воспоминание самого Карпентера. В возрасте 9-ти лет он вместе с матерью находился у себя дома, когда в комнате вдруг появился призрак его отца, уехавшего по делам в другой город.
В последствии они узнали, что как раз в ту ночь он скончался. Уже будучи взрослым, Карпентер однажды еще раз столкнулся с привидением. 1971 год — он беседовал с одним железнодорожником, который, как потом выяснил Карпентер, умер в результате несчастного случая несколькими часами ранее.
Задача, которую поставил перед собой этот физик, на первый взгляд может показаться абсурдной — вычислить массу привидения.
Чтобы по достоинству оценить смелость американца, надо учитывать, что, за редким исключением, ученые, а особенно физики, априори считают привидения, духи, призраки полной чепухой. Для их отношения прекрасно подходит известная формулировка: «Этого не может быть потому, что не может быть никогда». По сути дела, они заранее отказываются рассматривать все, что выходит за рамки современных научных знаний да к тому же трудно воспроизводится при помощи опытов. Причем это относится не только к привидениям, а к широкому спектру странных явлений, вроде НЛО, телепатии, полтергейста.
Кстати, можно напомнить, что в свое время Французская академия наук не допускала возможности падения на Землю метеоритов, а шаровая молния еще в 30-е годы считалась иллюзией.
Потому как проблема потустороннего мира и всего, что с этим связано, слишком обширна и противоречива, прежде чем приступать к решению поставленной задачи, Карпентер постарался четко определить условия, необходимые для этого. Штудирование трудов английского клуба заняло немало времени. Зато в итоге у него появилось несколько отправных пунктов, облегчавших предстоящую работу.
Во-первых, рассмотрению подлежали только «чистые» привидения, оставляя за скобками духов, полтергейсты, призраки животных и неодушевленных предметов. Дальше надо было исходить из того, что, раз рассматриваемые феномены однородны, они должны иметь одинаковые главные характеристики.
В конце концов, поскольку привидения по крайней мере в одном аспекте — температурный скачок при их появлении — наверняка взаимодействуют с нашим миром, к ним должны быть применимы все известные физические законы и никакие ссылки на магию и чудеса недопустимы. И последнее. Исходя из того, что по описаниям очевидцев привидения выглядели как обычные люди из крови и плоти, размеры фантомов в трехмерном пространстве в среднем должны равняться 0,07 кубического метра (именно такой объем человека весом 70 кг).
Казалось бы, сформулировать вышеприведенные 4 пункта не так уж сложно.
Страница 4 из 6
