Исследователь паранормальных явлений Алексей Евтушенко знает толк в привидениях. Он может отличить миролюбивого «барабашку» от злостного полтергейста, и знает, как найти с ними общий язык. Еще Алексей утверждает, что в Рождественскую ночь неслучайно происходят мистические истории и что конца света в ближайшее время не будет…
Добавить в моё избранное
6 мин, 0 сек 10997
ТО: Как вы решили начать общаться с потусторонним миром?
Евтушенко: Я, наверное, таким родился: у меня обнаружили дар, лет в 5-6 лет. У соседки болела голова, я просто поводил руками и снял боль. Лет в 12-13 я начал понимать, что я какой-то особенный, не такой, как все. И тогда я начал изучать паранормальные явления. Во сне часто стали появляться какие-то знаки, происходить странные вещи.
ТО: Какие, например?
Евтушенко: Например, в закрытой квартире, в которой я находился, ни с того ни с чего начинал дуть ветер. Помню, мой брат сильно пугался. Один раз был такой случай: я жил в деревне, как-то встал спросонья и пошел, извините, в уборную. На пути стояла сетка. Я как-то сквозь нее прошел, а когда шел обратно, врезался в нее и проснулся. Таких случаев много, я их и не запоминаю давно уже. С тех пор я начал изучать более детально такие странные явления, в том числе и домовых, сущности, духов (призраки, привидения) и полтергейстов.
ТО: Разве это не одно и тоже?
Евтушенко: Конечно, нет! Домовые, или, как их еще называют — «барабашки» — это живые существа. Меня часто вызывают именно к домовым. Как правило, домовые пытаются доказать хозяевам, что это тоже их дом. Могут гнать людей, толкать или даже душить. Бывает, что и тарелки летают.
Сущность — это самое низшее, они не причиняют вреда, они могут быть в виде клякс каких-то, движущихся пятен. Если помните, как-то писали, что в краеведческом музее появилось привидение. Нас туда приглашали, мы это исследовали. Так там этих сущностей — огромное множество! Как правило, сущность привязана к предмету, к месту или к человеку. В музее большинство сущностей привязано к предметам. Кстати, сотрудники краеведческого музея говорили, что там часто кувшины сами по себе передвигаются или еще что-то необъяснимое происходит.
ТО: А дальше?
Евтушенко: Дальше идут духи или призраки — это нечто более сильное, то, что мы можем видеть. Если сущность — это может быть «отражение» какого-нибудь животного, то призраки — это отпечатки души человека. Они более сильные, чем сущность, и потому могут себя проявлять. А вот полтергейст — это уже буйный дух, который идет на уничтожение, на агрессию. Человек для него пища, источник энергии и он питается его страхом. Потому что страх — это великая энергия. Бывает, что полтергейст может даже убить человека, но это уже мстительный полтергейст.
ТО: И что делать с таким буйным «убийцей»?
Евтушенко: Сначала надо понять, что он хочет. Если полтергейст привязан к человеку, значит, работаем с человеком. Если он привязан к предмету, то здесь проще. Можно просто уничтожить этот предмет, и полтергейст уйдет. Полтергейстов много всяких.
ТО: И вы их всех видите?
Евтушенко: Необязательно. Иногда могу видеть, а иногда ощущаю какое-то действие, но не вижу, кто это делает. Когда я прихожу на вызов, я наблюдаю и исследую. А потом мне интересно вступить в контакт, узнать причину, почему именно с этим человеком такое происходит.
ТО: Но это же страшно — видеть призраков! Так и умом можно тронуться…
Евтушенко: Да почему страшно— то? Меня больше страшат живые люди, а не мертвые. Когда я вижу, что творят живые: убивают детей, мучают других… Какому-нибудь психу стало скучно, он пошел и кого-то убил. Ни одна сущность такого не будет делать, у них есть свои правила. Когда я жил во втором квартале, в моей квартире постоянно появлялись призраки. Я, к примеру, просыпаюсь ночью, вижу — стоит. Я перевернулся на другой бок, он ушел. Я просто не дал ему того, что он хотел, не испытал перед ним страха. Их просто не надо бояться.
ТО: Говорят, что к Рождеству духи активизируются…
Евтушенко: Не только. Рождественская ночь, Хэллоуин, ночь Ивана Купалы. В эти дни очень тонкая грань между мирами, поэтому вся «нечисть» и выходит. Сложно объяснить, но всегда должен быть вход и выход. И мне кажется, что так происходит для того, чтобы человек хоть что-то увидел и познал. Конечно, кто этого хочет. Но могу сказать одно: всем интересна тема эзотерики и мистики. Верят — не верят, это другой вопрос. Но поговорить на эту тему и любят все.
ТО: Правда, что все эти «озарения» приходят людям во сне?
Евтушенко: Во снах не всегда можно увидеть предупреждение. Если у человека голова забита мыслями, проблемами и он ложиться с этим ворохом мыслей, то, как туда пробиться? Мысли — это как барьер.
Недавно был случай, когда девочка стала видеть своих умерших родственников наяву. Сначала слышать, а потом видеть. И если она это стала слышать, значит, на нее наложена какая-то функция, миссия. Буду выяснять, какая именно.
ТО: Может, навели порчу?
Евтушенко: Порча — это детский лепет. Проклятье — вот наивысшее наказание, «лучший» способ свести человека в могилу. В это многие не верят, но до тех пор, пока человек сам не столкнётся с подобной ситуацией. И«одержимые» (бесами, дьяволом) тоже есть.
Евтушенко: Я, наверное, таким родился: у меня обнаружили дар, лет в 5-6 лет. У соседки болела голова, я просто поводил руками и снял боль. Лет в 12-13 я начал понимать, что я какой-то особенный, не такой, как все. И тогда я начал изучать паранормальные явления. Во сне часто стали появляться какие-то знаки, происходить странные вещи.
ТО: Какие, например?
Евтушенко: Например, в закрытой квартире, в которой я находился, ни с того ни с чего начинал дуть ветер. Помню, мой брат сильно пугался. Один раз был такой случай: я жил в деревне, как-то встал спросонья и пошел, извините, в уборную. На пути стояла сетка. Я как-то сквозь нее прошел, а когда шел обратно, врезался в нее и проснулся. Таких случаев много, я их и не запоминаю давно уже. С тех пор я начал изучать более детально такие странные явления, в том числе и домовых, сущности, духов (призраки, привидения) и полтергейстов.
ТО: Разве это не одно и тоже?
Евтушенко: Конечно, нет! Домовые, или, как их еще называют — «барабашки» — это живые существа. Меня часто вызывают именно к домовым. Как правило, домовые пытаются доказать хозяевам, что это тоже их дом. Могут гнать людей, толкать или даже душить. Бывает, что и тарелки летают.
Сущность — это самое низшее, они не причиняют вреда, они могут быть в виде клякс каких-то, движущихся пятен. Если помните, как-то писали, что в краеведческом музее появилось привидение. Нас туда приглашали, мы это исследовали. Так там этих сущностей — огромное множество! Как правило, сущность привязана к предмету, к месту или к человеку. В музее большинство сущностей привязано к предметам. Кстати, сотрудники краеведческого музея говорили, что там часто кувшины сами по себе передвигаются или еще что-то необъяснимое происходит.
ТО: А дальше?
Евтушенко: Дальше идут духи или призраки — это нечто более сильное, то, что мы можем видеть. Если сущность — это может быть «отражение» какого-нибудь животного, то призраки — это отпечатки души человека. Они более сильные, чем сущность, и потому могут себя проявлять. А вот полтергейст — это уже буйный дух, который идет на уничтожение, на агрессию. Человек для него пища, источник энергии и он питается его страхом. Потому что страх — это великая энергия. Бывает, что полтергейст может даже убить человека, но это уже мстительный полтергейст.
ТО: И что делать с таким буйным «убийцей»?
Евтушенко: Сначала надо понять, что он хочет. Если полтергейст привязан к человеку, значит, работаем с человеком. Если он привязан к предмету, то здесь проще. Можно просто уничтожить этот предмет, и полтергейст уйдет. Полтергейстов много всяких.
ТО: И вы их всех видите?
Евтушенко: Необязательно. Иногда могу видеть, а иногда ощущаю какое-то действие, но не вижу, кто это делает. Когда я прихожу на вызов, я наблюдаю и исследую. А потом мне интересно вступить в контакт, узнать причину, почему именно с этим человеком такое происходит.
ТО: Но это же страшно — видеть призраков! Так и умом можно тронуться…
Евтушенко: Да почему страшно— то? Меня больше страшат живые люди, а не мертвые. Когда я вижу, что творят живые: убивают детей, мучают других… Какому-нибудь психу стало скучно, он пошел и кого-то убил. Ни одна сущность такого не будет делать, у них есть свои правила. Когда я жил во втором квартале, в моей квартире постоянно появлялись призраки. Я, к примеру, просыпаюсь ночью, вижу — стоит. Я перевернулся на другой бок, он ушел. Я просто не дал ему того, что он хотел, не испытал перед ним страха. Их просто не надо бояться.
ТО: Говорят, что к Рождеству духи активизируются…
Евтушенко: Не только. Рождественская ночь, Хэллоуин, ночь Ивана Купалы. В эти дни очень тонкая грань между мирами, поэтому вся «нечисть» и выходит. Сложно объяснить, но всегда должен быть вход и выход. И мне кажется, что так происходит для того, чтобы человек хоть что-то увидел и познал. Конечно, кто этого хочет. Но могу сказать одно: всем интересна тема эзотерики и мистики. Верят — не верят, это другой вопрос. Но поговорить на эту тему и любят все.
ТО: Правда, что все эти «озарения» приходят людям во сне?
Евтушенко: Во снах не всегда можно увидеть предупреждение. Если у человека голова забита мыслями, проблемами и он ложиться с этим ворохом мыслей, то, как туда пробиться? Мысли — это как барьер.
Недавно был случай, когда девочка стала видеть своих умерших родственников наяву. Сначала слышать, а потом видеть. И если она это стала слышать, значит, на нее наложена какая-то функция, миссия. Буду выяснять, какая именно.
ТО: Может, навели порчу?
Евтушенко: Порча — это детский лепет. Проклятье — вот наивысшее наказание, «лучший» способ свести человека в могилу. В это многие не верят, но до тех пор, пока человек сам не столкнётся с подобной ситуацией. И«одержимые» (бесами, дьяволом) тоже есть.
Страница 1 из 2
