Несмотря на то, что мы склонны насмехаться над историями о проклятиях и напастях, еще не до конца изучены огромные возможности нашего разума, которые позволяют привести в движение достаточно мощные энергетические потоки, чтобы манипулировать призрачным механизмом полностью сформировавшегося фантома.
Добавить в моё избранное
6 мин, 8 сек 4016
Эта история повествует о далеких днях Первой мировой войны, которая породила гораздо больше призраков, чем Вторая мировая война. Она была опубликована в 1930 году, когда г-н Эдвин Т. Вудхолл (бывший сотрудник Скотланд-Ярда и Секретной разведывательной службы) написал свои мемуары.
Призрачный фантом, получивший название «Призрак Гунна» видели далеко в тылу у англичан — к северо-востоку от Бетьюна, на участке между Лавенти и Хоплинсом. 1916 год стал годом этого фантома, а место событий — крестьянский дом — было стерто с лица земли, когда через два года немцы последний раз попытались одержать победу.
На протяжении 1916 года на многочисленных изолированных участках местности оборудовали полевые склады для взрывчатых веществ, которые могли пригодиться в экстренных случаях. Такие хранилища обычно находились в заброшенных деревенских домах, достаточно далеко от вражеской артиллерии, и охранялись одним или двумя часовыми, которые сменялись через неделю. Для часовых эта служба была почти отдыхом, несмотря на то что заброшенные развалины очень часто наводили тоску.
Один такой склад находился между населенными пунктами Лавенти и Хоплинс, а сама взрывчатка была спрятана в подвале разваленного крестьянского дома неподалеку от заброшенной деревни. Часовые получали провиант на неделю, достаточное количество дров, кухонную утварь, книги и журналы, а иногда и мишень для игры в дартс.
Солдаты обычно говорили, что днем на складе было не так уж и плохо, однако ночью нередко их охватывал страх. Откуда-то издалека доносился орудийный грохот, видны были огни сигнальных ракет, время от времени гудел аэроплан. И хотя они находились в самом центре войны — в разрушенном крестьянском доме недалеко от Лавенти, — война казалась какой-то странно далекой.
Позже об одиноком хранилище поползли разные слухи. Согласно докладам, во время полнолуния там раздавались странные звуки, а часовые были не единственными постояльцами крестьянского дома, где часто слышалось шарканье чьих-то ног.
Необъяснимые звуки шагов раздавались и на мощеной дороге, которая проходила мимо склада; а один служивый сообщил, что во время полнолуния он видел фигуру человека примерно метрах в 20—25 от себя. Часовой окликнул его и, не получив ответа, выстрелил из винтовки. Однако, к его удивлению, неизвестный исчез.
Возникло подозрение, что это работает вражеский агент, поэтому о происходящем доложили в разведывательную службу и офицер Эдвин Т. Вудхолл вместе с французским полицейским при первой же возможности отправился на склад для усиленной его охраны. Жандарм был привлечен на тот случай, если возникнет необходимость арестовать каких-либо гражданских лиц.
Первый вечер прошел без особых происшествий. У француза была хорошая походная печка, много свечей и съестных припасов, а также две колоды карт; немного позабавившись, приезжие решили по очереди стоять на часах.
А вот во вторую ночь караульной службы начали происходить странные явления. Г-н Вудхолл охранял склад в первую двухчасовую смену, а жандарм и солдат в это время отдыхали. Они быстро устроились на ночлег и крепко заснули, но примерно через час почувствовали, как Вудхолл тормошит их, чтобы они что-то послушали.
Мужчины прислушались и молча потянулись к оружию. Над потолком подвала раздавался отчетливый звук сапог с подковообразными металлическими набойками на каблуках: очевидно, кто-то шел по дороге всего в нескольких метрах от склада. — Цок. Цок. Цок.
Поступь была такой тяжелой, а шаги — такими четкими и резкими, что из-за вибрации с потолка посыпалась штукатурка и глина.
Мужчины во главе с Вудхоллом поднялись по лестнице — их озарил яркий свет полной луны. Вудхолл заметил, что какой-то силуэт стремительно движется вдоль стены, постепенно исчезая в ее сумрачной тени.
В течение часа или даже больше они прочесывали всю окрестность, но так ничего и не нашли — даже заблудшего зверька, взволнованного такой жуткой тишиной, которая окутала залитые лунным светом руины.
Когда рассвело, Вудхолл, жандарм и солдат осмотрели все еще раз — теперь уже более тщательно, — но опять не обнаружили никаких признаков незаконного проникновения на объект или в соседнюю деревню.
Следующей ночью снова были выставлены часовые, но отдыхающая смена не спала. Все были в ожидании и напряжении. В 02:25 — чуть позже, чем в предыдущую ночь, — снова послышался характерный звук:
— Цок. Цок. Цок.
Мужчины бесшумно поднялись по лестнице и, не выходя из тени, начали пристально смотреть в сторону стены, освещенной луной.
В нескольких метрах от того места, где они стояли, возле стены, с оружием наготове ползал на коленях и перебирал разбросанные кирпичи какой-то немецкий солдат.
Часовые смотрели на него, как заколдованные. У них не было ни малейшего сомнения, что перед ними такой же земной человек, как и они сами.
Призрачный фантом, получивший название «Призрак Гунна» видели далеко в тылу у англичан — к северо-востоку от Бетьюна, на участке между Лавенти и Хоплинсом. 1916 год стал годом этого фантома, а место событий — крестьянский дом — было стерто с лица земли, когда через два года немцы последний раз попытались одержать победу.
На протяжении 1916 года на многочисленных изолированных участках местности оборудовали полевые склады для взрывчатых веществ, которые могли пригодиться в экстренных случаях. Такие хранилища обычно находились в заброшенных деревенских домах, достаточно далеко от вражеской артиллерии, и охранялись одним или двумя часовыми, которые сменялись через неделю. Для часовых эта служба была почти отдыхом, несмотря на то что заброшенные развалины очень часто наводили тоску.
Один такой склад находился между населенными пунктами Лавенти и Хоплинс, а сама взрывчатка была спрятана в подвале разваленного крестьянского дома неподалеку от заброшенной деревни. Часовые получали провиант на неделю, достаточное количество дров, кухонную утварь, книги и журналы, а иногда и мишень для игры в дартс.
Солдаты обычно говорили, что днем на складе было не так уж и плохо, однако ночью нередко их охватывал страх. Откуда-то издалека доносился орудийный грохот, видны были огни сигнальных ракет, время от времени гудел аэроплан. И хотя они находились в самом центре войны — в разрушенном крестьянском доме недалеко от Лавенти, — война казалась какой-то странно далекой.
Позже об одиноком хранилище поползли разные слухи. Согласно докладам, во время полнолуния там раздавались странные звуки, а часовые были не единственными постояльцами крестьянского дома, где часто слышалось шарканье чьих-то ног.
Необъяснимые звуки шагов раздавались и на мощеной дороге, которая проходила мимо склада; а один служивый сообщил, что во время полнолуния он видел фигуру человека примерно метрах в 20—25 от себя. Часовой окликнул его и, не получив ответа, выстрелил из винтовки. Однако, к его удивлению, неизвестный исчез.
Возникло подозрение, что это работает вражеский агент, поэтому о происходящем доложили в разведывательную службу и офицер Эдвин Т. Вудхолл вместе с французским полицейским при первой же возможности отправился на склад для усиленной его охраны. Жандарм был привлечен на тот случай, если возникнет необходимость арестовать каких-либо гражданских лиц.
Первый вечер прошел без особых происшествий. У француза была хорошая походная печка, много свечей и съестных припасов, а также две колоды карт; немного позабавившись, приезжие решили по очереди стоять на часах.
А вот во вторую ночь караульной службы начали происходить странные явления. Г-н Вудхолл охранял склад в первую двухчасовую смену, а жандарм и солдат в это время отдыхали. Они быстро устроились на ночлег и крепко заснули, но примерно через час почувствовали, как Вудхолл тормошит их, чтобы они что-то послушали.
Мужчины прислушались и молча потянулись к оружию. Над потолком подвала раздавался отчетливый звук сапог с подковообразными металлическими набойками на каблуках: очевидно, кто-то шел по дороге всего в нескольких метрах от склада. — Цок. Цок. Цок.
Поступь была такой тяжелой, а шаги — такими четкими и резкими, что из-за вибрации с потолка посыпалась штукатурка и глина.
Мужчины во главе с Вудхоллом поднялись по лестнице — их озарил яркий свет полной луны. Вудхолл заметил, что какой-то силуэт стремительно движется вдоль стены, постепенно исчезая в ее сумрачной тени.
В течение часа или даже больше они прочесывали всю окрестность, но так ничего и не нашли — даже заблудшего зверька, взволнованного такой жуткой тишиной, которая окутала залитые лунным светом руины.
Когда рассвело, Вудхолл, жандарм и солдат осмотрели все еще раз — теперь уже более тщательно, — но опять не обнаружили никаких признаков незаконного проникновения на объект или в соседнюю деревню.
Следующей ночью снова были выставлены часовые, но отдыхающая смена не спала. Все были в ожидании и напряжении. В 02:25 — чуть позже, чем в предыдущую ночь, — снова послышался характерный звук:
— Цок. Цок. Цок.
Мужчины бесшумно поднялись по лестнице и, не выходя из тени, начали пристально смотреть в сторону стены, освещенной луной.
В нескольких метрах от того места, где они стояли, возле стены, с оружием наготове ползал на коленях и перебирал разбросанные кирпичи какой-то немецкий солдат.
Часовые смотрели на него, как заколдованные. У них не было ни малейшего сомнения, что перед ними такой же земной человек, как и они сами.
Страница 1 из 2
