Хотите верьте, хотите нет, но привидения существуют. Особенно нравится им жить в музеях, созданных из особняков и замков. Видимо, их прежние хозяева любят вспоминать ту пору, когда они были людьми, а не призрачными существами………
Добавить в моё избранное
2 мин, 9 сек 17419
Эту историю рассказали в художественном музее имени Нестерова. Дом, в котором расположен музей, был построен в 1913 году по проекту архитектора Щербачева. В этом особняке жила семья лесопромышленника Михаила Артемьевича Лаптева. Здесь даже кирпичи именные — с надписью «Лаптевъ».
Когда к власти пришли большевики, Лаптев понял, что дом у него заберут, но мечтал, чтобы из жилища сделали не какой-нибудь штаб, а библиотеку или музей.
Приближалась страшная пора. В кровавом 1919-м году купца Лаптева и еще 500 человек вывезли на барже и утопили. У него осталась семья, которая переселилась в конюшню. По просьбе вдовы ей вернули некоторые семейные вещи. Но это только начало нашей истории…
Анна Арнольдовна Хардина — старший научный сотрудник музея, реставратор древнерусской живописи, заслуженный работник культуры РБ. Она работает в музее уже 27-й год. О привидениях знает не понаслышке:
— В начале 90-х годов многие сотрудники, чтобы как-то прожить, вынуждены были подрабатывать здесь же сторожами. Я сама восемь месяцев дежурила ночами в компании большого сенбернара.
И вот однажды ночью я услышала шаги — кто-то шел по коридору и щелкал выключателями. Но рубильник был выключен, поэтому свет не включался. Вдруг слышу — этот «кто-то» вышел на крыльцо и через некоторое время зашел обратно! И опять — шаги в коридоре и щелканье… Да, жутковато было.
Однажды моя собака вскочила среди ночи страшно испуганная. Шерсть встала дыбом, зубы оскалились. Обычно такой дружелюбный сенбернар резко залаял на пустой угол.
Шаги, вздохи, шорохи я слышала каждую ночь. В общем, дежурить мне стало страшно. И тогда мне посоветовали… подружиться с привидением! И вот во время очередного ночного дежурства я обратилась к призраку вслух, сказала что-то вроде: «Пожалуйста, не пугай меня, мне же завтра утром снова на работу!» И представляете — это помогло! Шорохи на какое-то время стихли.
Похожие истории рассказывали другие сотрудники. Зимой призрак стучал в окно, садился на диван, да так, что дремлющий на нем сторож ощущал, что сиденье под ним скрипит и прогибается.
По музею разнесся слух, что привидение — ничто иное, как душа трагически погибшего хозяина дома Лаптева.
— Я не верила этим россказням, пока сама не провела ночь в музее, — говорит главный хранитель музея Валентина Сорокина.
— Желающих подежурить больше не было. Приходилось нанимать студентов, да и они осмеливались сторожить музей парами.
Что-то надо было предпринимать. В конце 90-х в музей приехал священник и отслужил в одном из залов молебен по Михаилу Лаптеву. С тех пор привидение успокоилось навсегда.
Когда к власти пришли большевики, Лаптев понял, что дом у него заберут, но мечтал, чтобы из жилища сделали не какой-нибудь штаб, а библиотеку или музей.
Приближалась страшная пора. В кровавом 1919-м году купца Лаптева и еще 500 человек вывезли на барже и утопили. У него осталась семья, которая переселилась в конюшню. По просьбе вдовы ей вернули некоторые семейные вещи. Но это только начало нашей истории…
Анна Арнольдовна Хардина — старший научный сотрудник музея, реставратор древнерусской живописи, заслуженный работник культуры РБ. Она работает в музее уже 27-й год. О привидениях знает не понаслышке:
— В начале 90-х годов многие сотрудники, чтобы как-то прожить, вынуждены были подрабатывать здесь же сторожами. Я сама восемь месяцев дежурила ночами в компании большого сенбернара.
И вот однажды ночью я услышала шаги — кто-то шел по коридору и щелкал выключателями. Но рубильник был выключен, поэтому свет не включался. Вдруг слышу — этот «кто-то» вышел на крыльцо и через некоторое время зашел обратно! И опять — шаги в коридоре и щелканье… Да, жутковато было.
Однажды моя собака вскочила среди ночи страшно испуганная. Шерсть встала дыбом, зубы оскалились. Обычно такой дружелюбный сенбернар резко залаял на пустой угол.
Шаги, вздохи, шорохи я слышала каждую ночь. В общем, дежурить мне стало страшно. И тогда мне посоветовали… подружиться с привидением! И вот во время очередного ночного дежурства я обратилась к призраку вслух, сказала что-то вроде: «Пожалуйста, не пугай меня, мне же завтра утром снова на работу!» И представляете — это помогло! Шорохи на какое-то время стихли.
Похожие истории рассказывали другие сотрудники. Зимой призрак стучал в окно, садился на диван, да так, что дремлющий на нем сторож ощущал, что сиденье под ним скрипит и прогибается.
По музею разнесся слух, что привидение — ничто иное, как душа трагически погибшего хозяина дома Лаптева.
— Я не верила этим россказням, пока сама не провела ночь в музее, — говорит главный хранитель музея Валентина Сорокина.
— Желающих подежурить больше не было. Приходилось нанимать студентов, да и они осмеливались сторожить музей парами.
Что-то надо было предпринимать. В конце 90-х в музей приехал священник и отслужил в одном из залов молебен по Михаилу Лаптеву. С тех пор привидение успокоилось навсегда.
Кстати
Согласно городским легендам, самый знаменитый призрак Уфы обитает все-таки не в нестеровском музее, а в доме-музее имени Аксакова — в кабинете деда писателя Николая Зубова. Сергей Аксаков писал, что в детстве именно там ему привиделся дедушка в халате-шлафроке. Рассказывают, что дух живет в этой комнате до сих пор…
