Охотники за привидениями существуют! Только в Англии их несколько десятков тысяч: вооружённые приборами и окрылённые идеями научных экспериментов, они неустанно ищут доказательства паранормальных явлений по замкам, пабам и особнякам. Лайф рассказывает об удачах и провалах в их «научном» поиске призраков.
Добавить в моё избранное
6 мин, 42 сек 2609
Вопрос о духах, призраках и других паранормальных явлениях в современной науке обычно объявляется малозначимым и проходит по ведомству предрассудков и борьбы с лженаукой. Исключением тут являются антропологи — исследователи, которые пытаются описать уникальные особенности человеческих культур (будь то мир каннибалов из амазонской сельвы или челябинских гопников). Антропологи выносят вопрос о реальности «духов» за скобки, их интересует скорее то, как сверхъестественные существа воспринимаются человеком, как их встраивают в политику и экономику, что они значат в жизни людей?
Один из таких антропологов, Мишель Хэнкс, много лет проводила исследования среди «охотников за привидениями» северной Англии. Она посещала многочисленные сеансы в домах, музеях и пабах«с призраками» следы которых охотники пытались уловить лично и с помощью приборов. Однако учёную интересовали не духи, а сами«исследователи паранормального» — их сомнения, поиск объективных критериев, споры о вере и знании и другие чисто научные проблемы, которые они вынуждены решать.
Параллельно в Британии и США развивалось низовое, народное движение исследователей паранормальных явлений — только в 2006 году в Англии их организаций насчитывалось 1200. Обычно такие исследователи сами пережили встречу с «призраком» или стремятся вступить в контакт с безвременно умершими близкими. Им не нравится позиция скептиков, отрицающих реальность паранормальных явлений, но и спиритистов они считают слишком наивными и легковерными. Они недаром называют себя исследователями: ведь они ищут объективные доказательства присутствия или отсутствия призраков, запротоколированные специальными приборами. Как и учёные, они не хотят принимать свидетельства очевидцев на веру. Как и среди учёных, в их сообществе кипят бурные споры по вопросам методологии исследований.
Например, только в городе Сандерленд на северо-востоке Англии действуют две исследовательские группы: «Детекторы призраков»(Specter Detectors, SD) и«Дознаватели Восточного побережья»(East Coast Investigators, ECD). В SD паранормальные явления«ловят» с помощью автоматического письма и гадания на магическом кристалле — в ECD эти методы критикуются как ненаучные и непригодные для верификации. Члены SD в ответ на это ругают ECD (где инфразвуковые следы считаются основным индикатором паранормальных явлений) за предвзятость и догматизм.
Но всех исследователей призраков объединяет убежденность в том, что интересующие их явления относятся к природному миру. «Паранормальное надо называть нормальным… Оно ничем не отличается от силы тяготения или электричества» — рассказала автору статьи одна из исследовательниц. И поэтому же они высмеивают тех, кто наивно«верит» в привидения: нет, исследователи паранормального хотят действовать рационально и получить научные доказательства существования призраков — и этим же доказать, что они не безумцы и не шарлатаны.
Именно сбор информации и составляет главную цель «охотников». Иногда речь идёт о свидетельствах медиумов и личном опыте встречи с призраками, иногда о видеозаписях и фиксации изменений в окружающей среде, осуществляемых с помощью цифровых термометров и датчиков электромагнитного поля. Последние пользуются наибольшим престижем: «охотники за привидениями» с подозрением относятся к субъективному опыту, подозревая тех, кто якобы лично встречался с паранормальными феноменами, в недобросовестном желании славы. Как и в классической науке, приборы внушают надежду на отсутствие махинаций со стороны человека.
Один из таких антропологов, Мишель Хэнкс, много лет проводила исследования среди «охотников за привидениями» северной Англии. Она посещала многочисленные сеансы в домах, музеях и пабах«с призраками» следы которых охотники пытались уловить лично и с помощью приборов. Однако учёную интересовали не духи, а сами«исследователи паранормального» — их сомнения, поиск объективных критериев, споры о вере и знании и другие чисто научные проблемы, которые они вынуждены решать.
От столов и тарелок к датчикам и приборам
Но сначала немного истории. Средневековые народные представления о духах, ведьмах и привидениях к XIX веку постепенно умирали, благодаря образованию и энергичной работе национальных элит по «расколдовыванию» мира. Затем благодаря новой религии — спиритизму — даже в высшем обществе вырос интерес к вызыванию духов умерших и якобы реальным доказательствам жизни после смерти (видным спиритистом был, например, Артур Конан Дойл, проповедующий в рассказах о Шерлоке Холмсе рационализм, материализм и дедуктивный метод). Многочисленные организации спиритистов, а также становление парапсихологии в 1930-е годы навлекли на себя критику со стороны скептиков и просветителей, разоблачающих медиумов и парапсихологов как мошенников.Параллельно в Британии и США развивалось низовое, народное движение исследователей паранормальных явлений — только в 2006 году в Англии их организаций насчитывалось 1200. Обычно такие исследователи сами пережили встречу с «призраком» или стремятся вступить в контакт с безвременно умершими близкими. Им не нравится позиция скептиков, отрицающих реальность паранормальных явлений, но и спиритистов они считают слишком наивными и легковерными. Они недаром называют себя исследователями: ведь они ищут объективные доказательства присутствия или отсутствия призраков, запротоколированные специальными приборами. Как и учёные, они не хотят принимать свидетельства очевидцев на веру. Как и среди учёных, в их сообществе кипят бурные споры по вопросам методологии исследований.
Например, только в городе Сандерленд на северо-востоке Англии действуют две исследовательские группы: «Детекторы призраков»(Specter Detectors, SD) и«Дознаватели Восточного побережья»(East Coast Investigators, ECD). В SD паранормальные явления«ловят» с помощью автоматического письма и гадания на магическом кристалле — в ECD эти методы критикуются как ненаучные и непригодные для верификации. Члены SD в ответ на это ругают ECD (где инфразвуковые следы считаются основным индикатором паранормальных явлений) за предвзятость и догматизм.
Но всех исследователей призраков объединяет убежденность в том, что интересующие их явления относятся к природному миру. «Паранормальное надо называть нормальным… Оно ничем не отличается от силы тяготения или электричества» — рассказала автору статьи одна из исследовательниц. И поэтому же они высмеивают тех, кто наивно«верит» в привидения: нет, исследователи паранормального хотят действовать рационально и получить научные доказательства существования призраков — и этим же доказать, что они не безумцы и не шарлатаны.
Именно сбор информации и составляет главную цель «охотников». Иногда речь идёт о свидетельствах медиумов и личном опыте встречи с призраками, иногда о видеозаписях и фиксации изменений в окружающей среде, осуществляемых с помощью цифровых термометров и датчиков электромагнитного поля. Последние пользуются наибольшим престижем: «охотники за привидениями» с подозрением относятся к субъективному опыту, подозревая тех, кто якобы лично встречался с паранормальными феноменами, в недобросовестном желании славы. Как и в классической науке, приборы внушают надежду на отсутствие махинаций со стороны человека.
Главное в мире — энергия
В поисках объективных следов привидений особую роль играет «энергия». Дело в том, что исторически энергию электромагнитного поля ещё в XIX веке связывали с феноменами духовного мира. А в 1985 году канадский нейрофизиолог Майкл Персингер предположил, что изменения магнитного поля Земли, воздействуя на височные доли головного мозга, вызывают ощущение присутствия сверхъестественных существ. Парапсихологи ухватились за эту идею и связали «странные» звуки и образы с высоким уровнем магнитной активности и колебаниями электромагнитного поля.
Страница 1 из 3
