Эта история, случившаяся в 1881 году в Соединенных Штатах, в свое время взволновала многих людей. В ночь на 28 декабря на восточном побережье США бушевала метель. Температура была чуть ниже нуля, липкий снег, подхваченный сильным ветром, быстро превращался на дорогах в ледяную корку.
Добавить в моё избранное
5 мин, 57 сек 7216
Обыватели старались не высовывать носа из дому. Но даже жуткая непогода не могла стать помехой для работы железнодорожных компаний, соревновавшихся друг с другом в пунктуальности отправки поездов по расписанию.
Машинист Дэвид Гарнет вышел из дому с большой неохотой. Два дня назад он обвенчался с молодой и красивой Мэри Уоррен. Дома было тепло и уютно, топилась печь, хлопотала по хозяйству жена. Но работа есть работа — через несколько часов ему предстояло вести курьерский поезд на запад.
То ли из-за ненастной погоды, то ли после грустного расставания с Мэри, на душе у Дэвида было тревожно. Хотя он не являлся новичком в своей профессии и знал, какие сюрпризы можно ожидать в такую ночь, когда под колесами не рельсы, а лед и видимость близка к нулю.
В депо Гарнет вместе с помощником тщательно осмотрел паровоз, проверил тормоза. Помощник наполнил песком ящик и взял еще несколько мешков про запас — при такой гололедице его придется постоянно сыпать под колеса во время торможения.
И вот наконец пары разведены. Пассажиры заняли места в 16 вагонах, трижды прозвенел колокол, паровоз дал свисток, и курьерский поезд, пыхтя, начал набирать скорость. В застекленной кабине локомотива было тепло, но скоро оконца плотно залепило снегом, и машинисту с помощником приходилось ежеминутно высовываться наружу, чтоб хоть что-то увидеть впереди.
Снег вперемешку с дождем и бешеным ветром больно бил в лицо, до слез резал глаза. Было уже темно, и хотя перед трубой паровоза горел яркий фонарь, ему удавалось отвоевывать у ночи и метели лишь несколько метров впереди мчащегося поезда. Железнодорожники вели состав, больше полагаясь на интуицию и Божью помощь.
Вдруг Дэвид от неожиданности вздрогнул. Ему показалось, что в снопе света фонаря мелькнуло что-то живое. Он смахнул с лица снег, вытер слезящиеся глаза и… понял, что клубы пара, освещенные фонарем, явно складывались в женскую фигуру. Она двигалась вместе с поездом, то приближаясь к нему, то удаляясь.
Временами таинственная фигура терялась во тьме, но через мгновение снова выныривала из снежной мглы. Женщина, казалось, бежала по воздуху. Когда она приближалась к кабине, можно было даже рассмотреть черты ее лица.
«О Боже! Это же Мэри!» — воскликнул пораженный Дэвид.«Неужели у меня галлюцинации?» — подумал он, но тут выяснилось, что и помощник машиниста тоже рассмотрел в снежной пелене женскую фигуру. Кочегар, покинув свой пост у топки, высунулся в окно и… увидел то же самое!
Теперь они внимательно наблюдали за видением. Когда женщина оказывалась совсем близко, на ее лице читался то ли испуг, то ли страдание. Дэвид совсем потерял самообладание. «Наверное, Мэри сейчас умерла, и ее дух прощается со мной» — сказал он помощнику.
Коллега пытался успокоить Дэвида: ничего, мол, страшного с Мэри не случилось, она спокойно спит в тепле, разве что тоскует по муженьку. Мерещится, вот и все, в этакую ночь и не такое привидится. Словно услышав его, образ Мэри исчез и больше не появлялся и Дэвид благополучно довел поезд до промежуточной станции, где узнал, что и кондуктор из окна вагона тоже видел призрак женщины. Вот только пассажиры ничего подтвердить не смогли — они мирно спали в теплых вагонах.
Мужчины пришли к выводу, что этот знак послан им неспроста: тайные силы предупреждают их об опасности. Впрочем, долго раздумывать было некогда — настала пора отправляться дальше. Погода не улучшилась. Снег с дождем сменился холодным ливнем, ветер усилился. Навстречу прогрохотал товарный поезд. Приближался мост через реку Элкхорн.
В этот самый миг перед паровозом вдруг снова появился образ Мэри Уоррен! Но теперь ее взгляд был полон ужаса. Вытянув руки вперед, она будто пыталась остановить поезд. Глаза молили: «Дэвид, послушайся меня! Неужели ты не понимаешь, чего я хочу!».
А поезд несся на всех парах — сигнальные огни сообщали, что путь впереди свободен. Несчастная Мэри сделала последнюю попытку остановить состав — и внезапно растворилась в ночной тьме. Через несколько мгновений машинист и его помощник одновременно воскликнули: «Красный!» Прямо на их глазах сигнал светофора изменил цвет.
«Срочное торможение!» — закричал Гарнет, и под колеса паровоза посыпался песок. Тормозные колодки заблокировали колеса, но тяжелый поезд продолжал катиться по обледеневшим рельсам.
«Полный назад!» — прозвучала команда Дэвида, и колеса закрутились в обратную сторону. Теперь, когда до моста оставались считанные метры, все трое — и машинист, и его помощник, и кочегар — отчетливо видели, что моста уже не существует: рельсы вели в пропасть, наполненную бушующей водой…
Песок и реверс хода наконец возымели действие: поезд остановился в трех-четырех шагах от разрушенного моста. В потрясении машинист поднял глаза на светофор и замер: там горел не красный, а зеленый сигнал!
В то время, заметим, светофоров с дистанционным управлением не было — сигнал менялся вручную специальным служащим.
Машинист Дэвид Гарнет вышел из дому с большой неохотой. Два дня назад он обвенчался с молодой и красивой Мэри Уоррен. Дома было тепло и уютно, топилась печь, хлопотала по хозяйству жена. Но работа есть работа — через несколько часов ему предстояло вести курьерский поезд на запад.
То ли из-за ненастной погоды, то ли после грустного расставания с Мэри, на душе у Дэвида было тревожно. Хотя он не являлся новичком в своей профессии и знал, какие сюрпризы можно ожидать в такую ночь, когда под колесами не рельсы, а лед и видимость близка к нулю.
В депо Гарнет вместе с помощником тщательно осмотрел паровоз, проверил тормоза. Помощник наполнил песком ящик и взял еще несколько мешков про запас — при такой гололедице его придется постоянно сыпать под колеса во время торможения.
И вот наконец пары разведены. Пассажиры заняли места в 16 вагонах, трижды прозвенел колокол, паровоз дал свисток, и курьерский поезд, пыхтя, начал набирать скорость. В застекленной кабине локомотива было тепло, но скоро оконца плотно залепило снегом, и машинисту с помощником приходилось ежеминутно высовываться наружу, чтоб хоть что-то увидеть впереди.
Снег вперемешку с дождем и бешеным ветром больно бил в лицо, до слез резал глаза. Было уже темно, и хотя перед трубой паровоза горел яркий фонарь, ему удавалось отвоевывать у ночи и метели лишь несколько метров впереди мчащегося поезда. Железнодорожники вели состав, больше полагаясь на интуицию и Божью помощь.
Вдруг Дэвид от неожиданности вздрогнул. Ему показалось, что в снопе света фонаря мелькнуло что-то живое. Он смахнул с лица снег, вытер слезящиеся глаза и… понял, что клубы пара, освещенные фонарем, явно складывались в женскую фигуру. Она двигалась вместе с поездом, то приближаясь к нему, то удаляясь.
Временами таинственная фигура терялась во тьме, но через мгновение снова выныривала из снежной мглы. Женщина, казалось, бежала по воздуху. Когда она приближалась к кабине, можно было даже рассмотреть черты ее лица.
«О Боже! Это же Мэри!» — воскликнул пораженный Дэвид.«Неужели у меня галлюцинации?» — подумал он, но тут выяснилось, что и помощник машиниста тоже рассмотрел в снежной пелене женскую фигуру. Кочегар, покинув свой пост у топки, высунулся в окно и… увидел то же самое!
Теперь они внимательно наблюдали за видением. Когда женщина оказывалась совсем близко, на ее лице читался то ли испуг, то ли страдание. Дэвид совсем потерял самообладание. «Наверное, Мэри сейчас умерла, и ее дух прощается со мной» — сказал он помощнику.
Коллега пытался успокоить Дэвида: ничего, мол, страшного с Мэри не случилось, она спокойно спит в тепле, разве что тоскует по муженьку. Мерещится, вот и все, в этакую ночь и не такое привидится. Словно услышав его, образ Мэри исчез и больше не появлялся и Дэвид благополучно довел поезд до промежуточной станции, где узнал, что и кондуктор из окна вагона тоже видел призрак женщины. Вот только пассажиры ничего подтвердить не смогли — они мирно спали в теплых вагонах.
Мужчины пришли к выводу, что этот знак послан им неспроста: тайные силы предупреждают их об опасности. Впрочем, долго раздумывать было некогда — настала пора отправляться дальше. Погода не улучшилась. Снег с дождем сменился холодным ливнем, ветер усилился. Навстречу прогрохотал товарный поезд. Приближался мост через реку Элкхорн.
В этот самый миг перед паровозом вдруг снова появился образ Мэри Уоррен! Но теперь ее взгляд был полон ужаса. Вытянув руки вперед, она будто пыталась остановить поезд. Глаза молили: «Дэвид, послушайся меня! Неужели ты не понимаешь, чего я хочу!».
А поезд несся на всех парах — сигнальные огни сообщали, что путь впереди свободен. Несчастная Мэри сделала последнюю попытку остановить состав — и внезапно растворилась в ночной тьме. Через несколько мгновений машинист и его помощник одновременно воскликнули: «Красный!» Прямо на их глазах сигнал светофора изменил цвет.
«Срочное торможение!» — закричал Гарнет, и под колеса паровоза посыпался песок. Тормозные колодки заблокировали колеса, но тяжелый поезд продолжал катиться по обледеневшим рельсам.
«Полный назад!» — прозвучала команда Дэвида, и колеса закрутились в обратную сторону. Теперь, когда до моста оставались считанные метры, все трое — и машинист, и его помощник, и кочегар — отчетливо видели, что моста уже не существует: рельсы вели в пропасть, наполненную бушующей водой…
Песок и реверс хода наконец возымели действие: поезд остановился в трех-четырех шагах от разрушенного моста. В потрясении машинист поднял глаза на светофор и замер: там горел не красный, а зеленый сигнал!
В то время, заметим, светофоров с дистанционным управлением не было — сигнал менялся вручную специальным служащим.
Страница 1 из 2
