«Призрак — обычай в средние века ходить вне своего тела. Ныне не существует, кроме отдельных буржуазных стран». Так сатирик А. Бухов высмеивал в 30-е годы авторскую манеру составителей комментариев и примечаний к переводам сочинений зарубежных писателей. Впрочем, это нарочито утрированное истолкование мало отличается от тех, что послужили объектом пародии. Когда дело касалось бога, души или призраков, ключевым всегда было слово «нет»: бога нет, души нет, а разных там видений — тем более…
Добавить в моё избранное
9 мин, 19 сек 10091
Но наряду с попытками осмыслить странное и необычное независимо мыслящий исследователь уже давно занят накоплением и классификацией конкретных фактов. За рамками его книг остались собранные им разнообразные свидетельства о встречах с призраками.
«Мне было неполных семь лет, — сообщил один из его корреспондентов, — и наша семья жила под городом Истра Московской области. Я с товарищами играл в прятки неподалеку от дома на пустыре, где стояла копна сена. Мне выпало» водить«. Ребята постарше разбежались по домам, я же, не догадываясь об их обмане, продолжал искать. Смеркалось, но было еще очень светло. Вдруг на небольшом расстоянии от себя я увидел группу людей, идущих по тропинке от дома соседей Архиповых. Я бросился их догонять решив, что это мои сверстники. Но когда я подбежал к ним на расстояние нескольких шагов, то буквально остолбенел, так как узнал в них недавно умерших друг за другом дядю Никиту Архипова, его жену и ребенка моего возраста. Они на меня никак не отреагировали. Через секунду мое оцепенение грошло и я бросился бежать, не оглядываясь».
Есть в коллекции Сафонова немало других историй подобного рода. Историй, по правде говоря, несколько жутковатого свойства, но не отвращал ли от них исследователей еще и глубинный подсознательный страх, наряду с опасениями за свою репутацию в научно-консервативнои среде? Наверное, уникальная коллекция исследователя не пропадет даром, а станет в будущем основой свода положительных знаний, который условно можно было бы назвать «призракологией». Ее контуры как будто уже обозначились благодаря деятельности московской ассоциации «Экология непознанного».
Эксперт ассоциации Ю. Фомин проанализировал солидный массив информации, полученной во время спиритических сеансов более чем за 100 лет, и пришел к выводу: лишь около 5 процентов ее при последующей проверке подтверждается. Все остальное — результат подсознательной деятельности человека, причем люди в зависимости от своего умственного багажа и мировоззрения ссылаются на нечистую силу, разного рода святых, инопланетян, космический разум и т. п. Эта чехарда, а также банальность получаемых сведений говорят не в пользу приверженцев спиритизма и любителей «поконтачить» с высшими силами. Зато разбор случаев, относящихся к упомянутым 5 процентам, заставил Фомина заявить:«В качестве контрагентов спиритов выступают информационные комплексы умерших людей, которые, как показывают эксперименты, продолжают существовать после смерти человека и даже сохраняют самосознание».
О каких экспериментах речь? Имеются в виду, например, опыты психолога-гипнотизера В. Райкова, получившего поистине феноменальные результаты. Его подопытные в состоянии глубокого гипноза обретали черты характера и манеру поведения давно умерших людей, хотя в жизни ничего не знали о них, а с присущими тем личностными особенностями сходства не имели. Так что принципиальная возможность считывать и использовать какую-то информацию «с того света» по видимому, существует.
В начале этого очерка я привел отрывок из пародийного текста сатирика: «Призрак — обычаи в средние века ходить вне своего тела. Ныне не существует…».
Но что-то не хотят потусторонние духи оставаться в средневековье. Или это средневековье никак не желает расстаться с людьми? Или неведомое приоткрывается нам какой-то бездонной гранью, возле которой ходят искусство, история культуры, естественные науки, а вековечная загадка так и продолжает оставаться неразгаданной. Хорошо уже, что мы меньше хихикаем над вещами труднопостижимыми и становимся более терпимыми, более внимательными к тому, что раньше в безмыслии своем готовы были отбрасывать с порога.
«Мне было неполных семь лет, — сообщил один из его корреспондентов, — и наша семья жила под городом Истра Московской области. Я с товарищами играл в прятки неподалеку от дома на пустыре, где стояла копна сена. Мне выпало» водить«. Ребята постарше разбежались по домам, я же, не догадываясь об их обмане, продолжал искать. Смеркалось, но было еще очень светло. Вдруг на небольшом расстоянии от себя я увидел группу людей, идущих по тропинке от дома соседей Архиповых. Я бросился их догонять решив, что это мои сверстники. Но когда я подбежал к ним на расстояние нескольких шагов, то буквально остолбенел, так как узнал в них недавно умерших друг за другом дядю Никиту Архипова, его жену и ребенка моего возраста. Они на меня никак не отреагировали. Через секунду мое оцепенение грошло и я бросился бежать, не оглядываясь».
Есть в коллекции Сафонова немало других историй подобного рода. Историй, по правде говоря, несколько жутковатого свойства, но не отвращал ли от них исследователей еще и глубинный подсознательный страх, наряду с опасениями за свою репутацию в научно-консервативнои среде? Наверное, уникальная коллекция исследователя не пропадет даром, а станет в будущем основой свода положительных знаний, который условно можно было бы назвать «призракологией». Ее контуры как будто уже обозначились благодаря деятельности московской ассоциации «Экология непознанного».
Эксперт ассоциации Ю. Фомин проанализировал солидный массив информации, полученной во время спиритических сеансов более чем за 100 лет, и пришел к выводу: лишь около 5 процентов ее при последующей проверке подтверждается. Все остальное — результат подсознательной деятельности человека, причем люди в зависимости от своего умственного багажа и мировоззрения ссылаются на нечистую силу, разного рода святых, инопланетян, космический разум и т. п. Эта чехарда, а также банальность получаемых сведений говорят не в пользу приверженцев спиритизма и любителей «поконтачить» с высшими силами. Зато разбор случаев, относящихся к упомянутым 5 процентам, заставил Фомина заявить:«В качестве контрагентов спиритов выступают информационные комплексы умерших людей, которые, как показывают эксперименты, продолжают существовать после смерти человека и даже сохраняют самосознание».
О каких экспериментах речь? Имеются в виду, например, опыты психолога-гипнотизера В. Райкова, получившего поистине феноменальные результаты. Его подопытные в состоянии глубокого гипноза обретали черты характера и манеру поведения давно умерших людей, хотя в жизни ничего не знали о них, а с присущими тем личностными особенностями сходства не имели. Так что принципиальная возможность считывать и использовать какую-то информацию «с того света» по видимому, существует.
В начале этого очерка я привел отрывок из пародийного текста сатирика: «Призрак — обычаи в средние века ходить вне своего тела. Ныне не существует…».
Но что-то не хотят потусторонние духи оставаться в средневековье. Или это средневековье никак не желает расстаться с людьми? Или неведомое приоткрывается нам какой-то бездонной гранью, возле которой ходят искусство, история культуры, естественные науки, а вековечная загадка так и продолжает оставаться неразгаданной. Хорошо уже, что мы меньше хихикаем над вещами труднопостижимыми и становимся более терпимыми, более внимательными к тому, что раньше в безмыслии своем готовы были отбрасывать с порога.
Страница 3 из 3
