Историй о появлении в зеркалах призраков умерших накопилось столько, что вряд ли сыщется человек, который не слыхал хотя бы одну из них. Целую коллекцию подобных случаев оставило после себя Общество психических исследований, активно работавшее в Англии в конце XIX — начале ХХ века.
Добавить в моё избранное
15 мин, 48 сек 3515
А с наступлением сумерек его отводили в «камеру видений» предлагали расслабиться, освободить свой мозг от всего, кроме мыслей об умершем, и лишь после этого начать пристально вглядываться в зеркало. Время пребывания в«камере» не ограничивалось, но в соседней комнате всегда находился ассистент, готовый оказать любую помощь. После сеанса с подопытным долго и подробно беседовали.
До начала исследований Моуди полагал, что привидения увидят очень немногие — возможно, один из десяти, — да и те будут сомневаться, произошло ли свидание в их уме или в действительности. Однако из десяти участников ровно половина увидели умерших родственников.
Что же явилось в «зеркальной комнате» тем, кто рискнул проникнуть в«мир, откуда ни один не возвращался»?
Одним из первых добровольцев был мужчина, занимавший высокий пост в нью-йоркском «Сити-Банке» чуть старше сорока лет, никогда не страдавший психическими расстройствами. Он хотел увидеть свою мать, умершую год назад, по которой очень тосковал. Выйдя из«комнаты видений» примерно через час, он сказал Моуди:«Вне всякого сомнения, личность, которую я видел в зеркале, — моя мать! Я не знаю, откуда она пришла, но уверен, что видел реальную личность. Она смотрела на меня из зеркала… Выглядит она более здоровой и счастливой, чем в конце своей жизни. Ее губы не двигались, но она говорила со мной, и я ясно слышал ее слова. Она сказала:» У меня все прекрасно«.»
А вот что рассказал хирург, желавший увидеть мать, умершую в 1968 году: «Когда я взглянул в зеркало, по нему прошла как бы пелена, дымчатая субстанция. Затем из этой пелены стала формироваться фигура, сидящая на какой-то софе. Вначале я видел лишь общий контур, никаких деталей. Затем, может быть, через минуту, стали проявляться некоторые черты. Они не появлялись сразу целиком. Они больше походили на компьютерные картинки, которые вы видите по телевизору. Лицо как бы наполнялось сверху вниз, и скоро я понял — это мама.» Как ты?» — спросил я. Ее губы не двигались, но ментально мы были связаны.» У меня все хорошо, и я люблю тебя» — ответила она. Я задал еще вопрос:» Было больно, когда ты умерла?«,» Вовсе нет. Переход к смерти легок«… Я задал ей, наверное, вопросов десять, а затем она растаяла… Я был очень растроган».
Подобных рассказов немало. Они во многом схожи. И главное, что их объединяет, — это твердая убежденность «психонавтов» в реальности встреч с умершими. Вот типичные высказывания.«Я не знаю, чем это вызвано, но знаю точно, что видел свою маму»; «Случившееся не было воображением. Оно было реальностью»; «Он был в комнате со мной, я знаю это точно. Я видела его голову, грудь, верхнюю часть живота так, как вижу вас!» Зачастую умерший человек, явившийся к живому во время сеанса, выглядел не совсем таким, каким помнился. Он не был простым«слепком памяти»: «Я ее не сразу узнала. Она умерла очень старой. А здесь была еще молодой». Подчас создавалось впечатление, что покинувшие наш мир не только продолжают свое существование, но и развиваются, эволюционируют, приобретают какой-то новый опыт. «Казалось, они знают что-то такое, чего не знаем мы, живые»; «Он изменился внутренне в лучшую сторону».
Все участники экспериментов утверждали, что активно общались с умершими. Правда, в этом общении были довольно любопытные различия. Одни говорят, что разговаривали без слов, мысленно. Другие — их было около пятнадцати процентов — слышали голос. «Я слышала очень четко, как он разговаривал со мной…»; «Голос его не был точно таким, как когда-то…» Некоторые явственно чувствовали прикосновение.«Я чувствовала ее. Я ощущала ее поцелуи в щеку».
Эти индивидуальные моменты психологами, в том числе и Моуди, пока не исследованы, но некоторые предположения напрашиваются сами. Скорее всего, зрительные образы более свойственны так называемым визуалистам — людям, мышление которых «специализируется» в основном на зрительном внутреннем опыте. Их ведущая модальность дает знать о себе даже в речи. Они чаще употребляют слова типа«посмотри!», «видишь?», «блестящие перспективы», «радужные воспоминания», «точка зрения» и т. п. Соответственно слуховые феномены, видимо, характерны для так называемых аудалистов («послушайте!», «слышишь?», «говорить», «оглушительный успех» и т. п.). А прикосновения ощущают кинестетики, в мышлении которых доминирует опыт движений и прикосновений («почувствуйте!», «чуешь?», «теплая встреча», «тесное общение» и т. п.).
Есть и другие различия. Так, кто-то был уверен, что наблюдал умерших за зеркальной плоскостью. Кто-то чувствовал, что сам на какое-то время уходил в зазеркалье. Примерно десять процентов участников были уверены, что призраки выходили к ним в комнату из зеркала. (Можно предположить, что эта разница вызвана разным психотипом людей: интраверсивным или экстраверсивным.).
Прослышав об экспериментах Моуди, к нему стали приходить самые разные люди. И большинство из них на самом деле побывали там, куда стремились, — в «мире ином».
До начала исследований Моуди полагал, что привидения увидят очень немногие — возможно, один из десяти, — да и те будут сомневаться, произошло ли свидание в их уме или в действительности. Однако из десяти участников ровно половина увидели умерших родственников.
Что же явилось в «зеркальной комнате» тем, кто рискнул проникнуть в«мир, откуда ни один не возвращался»?
Одним из первых добровольцев был мужчина, занимавший высокий пост в нью-йоркском «Сити-Банке» чуть старше сорока лет, никогда не страдавший психическими расстройствами. Он хотел увидеть свою мать, умершую год назад, по которой очень тосковал. Выйдя из«комнаты видений» примерно через час, он сказал Моуди:«Вне всякого сомнения, личность, которую я видел в зеркале, — моя мать! Я не знаю, откуда она пришла, но уверен, что видел реальную личность. Она смотрела на меня из зеркала… Выглядит она более здоровой и счастливой, чем в конце своей жизни. Ее губы не двигались, но она говорила со мной, и я ясно слышал ее слова. Она сказала:» У меня все прекрасно«.»
А вот что рассказал хирург, желавший увидеть мать, умершую в 1968 году: «Когда я взглянул в зеркало, по нему прошла как бы пелена, дымчатая субстанция. Затем из этой пелены стала формироваться фигура, сидящая на какой-то софе. Вначале я видел лишь общий контур, никаких деталей. Затем, может быть, через минуту, стали проявляться некоторые черты. Они не появлялись сразу целиком. Они больше походили на компьютерные картинки, которые вы видите по телевизору. Лицо как бы наполнялось сверху вниз, и скоро я понял — это мама.» Как ты?» — спросил я. Ее губы не двигались, но ментально мы были связаны.» У меня все хорошо, и я люблю тебя» — ответила она. Я задал еще вопрос:» Было больно, когда ты умерла?«,» Вовсе нет. Переход к смерти легок«… Я задал ей, наверное, вопросов десять, а затем она растаяла… Я был очень растроган».
Подобных рассказов немало. Они во многом схожи. И главное, что их объединяет, — это твердая убежденность «психонавтов» в реальности встреч с умершими. Вот типичные высказывания.«Я не знаю, чем это вызвано, но знаю точно, что видел свою маму»; «Случившееся не было воображением. Оно было реальностью»; «Он был в комнате со мной, я знаю это точно. Я видела его голову, грудь, верхнюю часть живота так, как вижу вас!» Зачастую умерший человек, явившийся к живому во время сеанса, выглядел не совсем таким, каким помнился. Он не был простым«слепком памяти»: «Я ее не сразу узнала. Она умерла очень старой. А здесь была еще молодой». Подчас создавалось впечатление, что покинувшие наш мир не только продолжают свое существование, но и развиваются, эволюционируют, приобретают какой-то новый опыт. «Казалось, они знают что-то такое, чего не знаем мы, живые»; «Он изменился внутренне в лучшую сторону».
Все участники экспериментов утверждали, что активно общались с умершими. Правда, в этом общении были довольно любопытные различия. Одни говорят, что разговаривали без слов, мысленно. Другие — их было около пятнадцати процентов — слышали голос. «Я слышала очень четко, как он разговаривал со мной…»; «Голос его не был точно таким, как когда-то…» Некоторые явственно чувствовали прикосновение.«Я чувствовала ее. Я ощущала ее поцелуи в щеку».
Эти индивидуальные моменты психологами, в том числе и Моуди, пока не исследованы, но некоторые предположения напрашиваются сами. Скорее всего, зрительные образы более свойственны так называемым визуалистам — людям, мышление которых «специализируется» в основном на зрительном внутреннем опыте. Их ведущая модальность дает знать о себе даже в речи. Они чаще употребляют слова типа«посмотри!», «видишь?», «блестящие перспективы», «радужные воспоминания», «точка зрения» и т. п. Соответственно слуховые феномены, видимо, характерны для так называемых аудалистов («послушайте!», «слышишь?», «говорить», «оглушительный успех» и т. п.). А прикосновения ощущают кинестетики, в мышлении которых доминирует опыт движений и прикосновений («почувствуйте!», «чуешь?», «теплая встреча», «тесное общение» и т. п.).
Есть и другие различия. Так, кто-то был уверен, что наблюдал умерших за зеркальной плоскостью. Кто-то чувствовал, что сам на какое-то время уходил в зазеркалье. Примерно десять процентов участников были уверены, что призраки выходили к ним в комнату из зеркала. (Можно предположить, что эта разница вызвана разным психотипом людей: интраверсивным или экстраверсивным.).
Прослышав об экспериментах Моуди, к нему стали приходить самые разные люди. И большинство из них на самом деле побывали там, куда стремились, — в «мире ином».
Страница 2 из 5
