Два брата, отлично сыгранный старший Андрей (Владимир Гарин), и мычащее, отвратное чудовище Иван (Иван Добронравов), отпущены непутёвыми тряпичными бабами на природу вместе с только-только откинувшимся отцом (Константин Лавроненко уровнем своей деревянности сделал бы честь любому «ментовскому» сериалу«).»
Добавить в моё избранное
0 мин, 42 сек 5619
Но вместо отдыха, новоявленный батя принимается учить братьев жизни по методу тяжёлого молчания, от чего Иван злится, и мычит всё больше и гаже.
А в конце они папку мочат, что на самом деле приятно, и возвращаются угрюмо к непутёвым бабам… Всё.
В набор так же входят: Унылая затянутость каждой сцены, понапиханная куда только влезло христианская символика и синюшный фильтр для провинциальных эстетов. Короче всё по учебнику, дабы у критиков вскипела жидкость в мочевых пузырях, и у них не возникло бы мысли о том, что все «режиссёрские находки» данной ленты, свиснуты у Бергмана и Тарковского.
И если кто-то тут и достоин похвалы, то только оператор.
В последствии Владимир Гарин ещё и нелепо погиб. От этого становится ещё грустнее. Как бы хотелось, что бы на его месте оказался Добронравов, или Лавроненко, а ещё лучше Андрей Звягинцев — несмываемый позор российского кинематографа.
А в конце они папку мочат, что на самом деле приятно, и возвращаются угрюмо к непутёвым бабам… Всё.
В набор так же входят: Унылая затянутость каждой сцены, понапиханная куда только влезло христианская символика и синюшный фильтр для провинциальных эстетов. Короче всё по учебнику, дабы у критиков вскипела жидкость в мочевых пузырях, и у них не возникло бы мысли о том, что все «режиссёрские находки» данной ленты, свиснуты у Бергмана и Тарковского.
И если кто-то тут и достоин похвалы, то только оператор.
В последствии Владимир Гарин ещё и нелепо погиб. От этого становится ещё грустнее. Как бы хотелось, что бы на его месте оказался Добронравов, или Лавроненко, а ещё лучше Андрей Звягинцев — несмываемый позор российского кинематографа.
