В то время, когда несостоявшийся серийный убийца Теодор Дюрран был уже арестован, а его адвокаты, после первого судебного процесса, начали затяжную борьбу за спасение подзащитного от виселицы, за много миль от Сан-Франциско, в Берлине, его родная сестра, урожденная Мод Дюрран, задумалась о том, чтобы сменить имя и взять сценический псевдоним. Она любила своего брата и считала его невиновным, однако дело «Призрака с колокольни» как окрестила его пресса, получило известность далеко за пределами Сан-Франциско. К 1898 году Мод приближалась к пику карьеры танцовщицы и хореографа. Приходилось задумываться о репутации. Впрочем, как показало будущее, сомнительная слава брата все же настигла ее.
Добавить в моё избранное
9 мин, 3 сек 7685
Он говорил о том, что немцы планировали «истребление мужского достоинства Великобритании, заманивая людей в гомосексуальные отношения». Доставалось от Пембертона и женщинам. Он публично нападал на жену бывшего премьер-министра Великобритании Марго Асквит, обвиняя ее в покровительстве лесбиянкам, и ее саму в принадлежности к ним. «В экстазе лесбиянок — угроза священным тайнам государства» — говорил он.
Разумеется, как кость в горле для Пембертона, было творчество Оскара Уайльда, не скрывавшего при жизни свои нетрадиционные сексуальные предпочтения. Поэтому, когда на горизонте вспыхнула звезда Мод Аллан, собиравшая полные залы, исполняя полуобнаженной чувственные эротичные танцы в постановке по мотивам пьесы ненавистного Уайльда, Ноэль Пембертон решил убить двух зайцев.
В своем «Линчевателе» он опубликовал статью собственного сочинения под вызывающим заголовком«Культ клитора» в которой обвинил Мод Аллан в том, что она не только является лесбиянкой, но еще и немецкой шпионкой. Как тут не провести аналогии с Матой Хари. Даже по фотографиям видно, насколько были похожи они внешне, их наряды и танцы, которые они исполняли. И сравнение с Айседорой Дункан, которое им обеим не нравилось, также роднит их. И обвинения в шпионаже им были предъявлены аналогичные. Вот только мы помним, чем закончилась история Маты Хари. Ее расстрелом 15 октября 1917 года на военном полигоне в Венсене. Тем понятнее станет тот выбор, который пришлось сделать Мод Аллан.
Пембертон обвинял танцовщицу разврате, но не только. Он упоминал в своей статье «Черную книгу» некий документ, которым располагали немецкие спецслужбы, и в которую были внесены имена высокопоставленных британских чиновников и членов их семей, замеченных в нетрадиционных сексуальных отношениях. Утверждается, что в этом таинственном«манускрипте» содержалась информация ни много ни мало о 47 000 британских подданных, замеченных в неподобающих отношениях. Все они, по мнению Пембертона, потенциальные объекты шантажа с целью контроля и влияния на британскую политику, а также глубоко законспирированные шпионы, так называемая«невидимая рука» британские граждане управляемые германской разведкой. И Мод Аллан одна из них.
Мод оказалась перед выбором, что делать дальше. Промолчать или сопротивляться. Она избрала второй путь, и подала в суд иск о клевете.
Судебные слушания начались в мае 1918 г. Если для Аллан главным было защитить свою честь и репутацию, то Ноэль Пембертон рассматривал процесс, как еще одну возможность выступить с политическими заявлениями. Мод Аллан по большому счету его мало интересовала. Ему нужна была высокая публичная трибуна.
Так и вышло. Все речи Пембертона были полны обличительного пафоса. Дошло до того, что, по словам парламентария, не только жена британского премьер-министра Марго Асквит являлась любовницей Мод Аллан, но даже председательствующий на процессе судья Чарльз Дарлинг оказался фигурантом пресловутой «Черной книги».
Пембертон постоянно шел в наступление. Он раскопал историю казненного брата Мод, и заставил публично признать их родственную связь. Ей пришлось отвечать на неудобные вопросы и адвокаты Пембертона повернули дело так, что у суда и, главным образом, общественности должно было возникнуть мнение о «порочной» наследственности обвинительницы. Припомнил он и первую книгу Аллан о сексе для дам, изданной в Берлине, и даже суд по обвинению ее в нападении на горничную.
Вторым фронтом для Пембертона вместе с юристами стало обсуждение «безнравственного» творчества танцовщицы, которое закономерно перешло на обсуждение личности драматурга Оскара Уайльда. В отсутствии поэта, который прошел обличающий его суд в 1895 г, тюремное заключение, эмиграцию и скорую смерть в 1900 г, Пембертон вытащил на нынешнее судилище предполагаемого любовника Уайльда, лорда Альфреда Дугласа. Тот сыграл на руку стороне защиты не только тем, что в очередной раз отрекся от своих отношений с Уайльдом, но также тем, что назвал имя важного свидетеля, Эйлин Вильерс-Стюарт, которую сразу же вызвали в зал для дачи показаний. Пембертон хорошо знал эту женщину, но не мог назвать ее имя сам. Для этого ему понадобился Дуглас.
Биография Вильерс-Стюарт и ее роль в тайнах британской политики начала XX века заслуживает отдельного большого рассказа. Пока можно упомянуть, что она, будучи любовницей Пембертона и многих других политических деятелей, была нанята правительством Дэвида Ллойд Джорджа в качестве провокатора для контроля и возможного шантажа на случай, если тот или иной деятель начнет доставлять проблемы. Молодая привлекательная 25-летняя женщина не случайно оказалась в окружении члена парламента Ноэля Пембертона. Он увлекся ею и, как многие другие, не раз уединялся с ней в отдельном кабинете ее заведения, где его сексуальные развлечения методично фиксировались на фотопленку. Борец за чистоту нации прочно сидел на крючке секретной службы Ллойд Джорджа. Но в деле Мод Аллан их интересы совпали.
Разумеется, как кость в горле для Пембертона, было творчество Оскара Уайльда, не скрывавшего при жизни свои нетрадиционные сексуальные предпочтения. Поэтому, когда на горизонте вспыхнула звезда Мод Аллан, собиравшая полные залы, исполняя полуобнаженной чувственные эротичные танцы в постановке по мотивам пьесы ненавистного Уайльда, Ноэль Пембертон решил убить двух зайцев.
В своем «Линчевателе» он опубликовал статью собственного сочинения под вызывающим заголовком«Культ клитора» в которой обвинил Мод Аллан в том, что она не только является лесбиянкой, но еще и немецкой шпионкой. Как тут не провести аналогии с Матой Хари. Даже по фотографиям видно, насколько были похожи они внешне, их наряды и танцы, которые они исполняли. И сравнение с Айседорой Дункан, которое им обеим не нравилось, также роднит их. И обвинения в шпионаже им были предъявлены аналогичные. Вот только мы помним, чем закончилась история Маты Хари. Ее расстрелом 15 октября 1917 года на военном полигоне в Венсене. Тем понятнее станет тот выбор, который пришлось сделать Мод Аллан.
Пембертон обвинял танцовщицу разврате, но не только. Он упоминал в своей статье «Черную книгу» некий документ, которым располагали немецкие спецслужбы, и в которую были внесены имена высокопоставленных британских чиновников и членов их семей, замеченных в нетрадиционных сексуальных отношениях. Утверждается, что в этом таинственном«манускрипте» содержалась информация ни много ни мало о 47 000 британских подданных, замеченных в неподобающих отношениях. Все они, по мнению Пембертона, потенциальные объекты шантажа с целью контроля и влияния на британскую политику, а также глубоко законспирированные шпионы, так называемая«невидимая рука» британские граждане управляемые германской разведкой. И Мод Аллан одна из них.
Мод оказалась перед выбором, что делать дальше. Промолчать или сопротивляться. Она избрала второй путь, и подала в суд иск о клевете.
Судебные слушания начались в мае 1918 г. Если для Аллан главным было защитить свою честь и репутацию, то Ноэль Пембертон рассматривал процесс, как еще одну возможность выступить с политическими заявлениями. Мод Аллан по большому счету его мало интересовала. Ему нужна была высокая публичная трибуна.
Так и вышло. Все речи Пембертона были полны обличительного пафоса. Дошло до того, что, по словам парламентария, не только жена британского премьер-министра Марго Асквит являлась любовницей Мод Аллан, но даже председательствующий на процессе судья Чарльз Дарлинг оказался фигурантом пресловутой «Черной книги».
Пембертон постоянно шел в наступление. Он раскопал историю казненного брата Мод, и заставил публично признать их родственную связь. Ей пришлось отвечать на неудобные вопросы и адвокаты Пембертона повернули дело так, что у суда и, главным образом, общественности должно было возникнуть мнение о «порочной» наследственности обвинительницы. Припомнил он и первую книгу Аллан о сексе для дам, изданной в Берлине, и даже суд по обвинению ее в нападении на горничную.
Вторым фронтом для Пембертона вместе с юристами стало обсуждение «безнравственного» творчества танцовщицы, которое закономерно перешло на обсуждение личности драматурга Оскара Уайльда. В отсутствии поэта, который прошел обличающий его суд в 1895 г, тюремное заключение, эмиграцию и скорую смерть в 1900 г, Пембертон вытащил на нынешнее судилище предполагаемого любовника Уайльда, лорда Альфреда Дугласа. Тот сыграл на руку стороне защиты не только тем, что в очередной раз отрекся от своих отношений с Уайльдом, но также тем, что назвал имя важного свидетеля, Эйлин Вильерс-Стюарт, которую сразу же вызвали в зал для дачи показаний. Пембертон хорошо знал эту женщину, но не мог назвать ее имя сам. Для этого ему понадобился Дуглас.
Биография Вильерс-Стюарт и ее роль в тайнах британской политики начала XX века заслуживает отдельного большого рассказа. Пока можно упомянуть, что она, будучи любовницей Пембертона и многих других политических деятелей, была нанята правительством Дэвида Ллойд Джорджа в качестве провокатора для контроля и возможного шантажа на случай, если тот или иной деятель начнет доставлять проблемы. Молодая привлекательная 25-летняя женщина не случайно оказалась в окружении члена парламента Ноэля Пембертона. Он увлекся ею и, как многие другие, не раз уединялся с ней в отдельном кабинете ее заведения, где его сексуальные развлечения методично фиксировались на фотопленку. Борец за чистоту нации прочно сидел на крючке секретной службы Ллойд Джорджа. Но в деле Мод Аллан их интересы совпали.
Страница 2 из 3
