В хронологическом порядке, первым должен стать Теодор Дюрран, Тео, как называли его друзья. На первый взгляд, Уильям Генри Теодор Дюрран был кротким и приятным юношей, уважаемым прихожанином церкви и студентом-медиком. Он родился в 1871 г. в Торонто, Канаде, в семье сапожника Уильяма Дюррана и Изабеллы Хатченсон Дюрран. В 1878 г. семейство Дюрран эмигрировало в Сан-Франциско, Калифорния, США.
Добавить в моё избранное
11 мин, 3 сек 343
Теодор Дюрран поступил в медицинский колледж Купера, посещал баптистскую церковь, в которой занял должность помощника воскресного учителя, а также часто помогал в хозяйственных нуждах — чинил скамьи, штукатурил трещины на стенах, менял протекающие трубы. Он вел обычную, ничем не примечательную жизнь, и никто не мог предположить, каким ужасным и удивительным образом она закончится.
Бланш Ламон, 18 лет от роду, была воплощением женственности и сексуальности, как их представляли в конце XIX века. Вероятно, она была очень рада, когда привлекательный молодой человек, 24-летний Тео Дюрран, помощник суперинтенданта воскресной школы, обратил на нее внимание. Он казался настоящим джентльменом — учтив и внимателен к дамам независимо от их возраста. Будущее студента-медика рисовалось более чем успешным.
Бланш в свою очередь также могла скрасить жизнь любого джентльмена. Современники отмечали красоту девушки. Она родилась в Монтане, но жила с дядей и тетей возле церкви в Сан-Франциско. Она была молода, но не наивна. Она сознавала, что привлекательна и старалась поддерживать себя в форме, чтобы при первой возможности воспользоваться тем, чем наделила ее природа. Она хорошо училась, и уже сама начала преподавать в средней школе, через дорогу от медицинского колледжа Купера.
Поэтому нет ничего удивительного в том, что, познакомившись на трамвайной остановке, в 3 апреля 1895 г, молодые люди обратили внимание друг на друга. Вот только Бланш не знала, что судьба свела ее со своим убийцей.
Днем Дюрран и Бланш встретились в церкви. Но их желания были далеки от отправления религиозного обряда. Среди многих молодых людей того времени церковь являлась удобным местом для свиданий.
Спустя несколько часов после этого в церковь пришел руководитель церковного хора преподобный Джордж Кинг. Он хотел настроить орган для предстоящего богослужения и немного порепетировать. Его встретил встревоженный Тео, который выглядел чуть бледнее обычного. Священник предложил ему прогуляться до аптеки и купить ему тоник, полагая, что прогулка пойдет помощнику на пользу. По возвращении Тео Дюрран казался вполне нормальным, его настроение заметно улучшилось. Кинг принял напиток и отпустил Дюррана до вечернего молебна.
Кинг продолжил музицировать, но он не догадывался, что над ним, в колокольне, лежит обнаженный труп молодой женщины. После убийства Бланш, Дюрран подпер ее голову деревянными брусками, как его учили в медицинском колледже, и сложил ее руки на груди, будто перед погребением. Он оставил колокольню через редко использовавшийся люк, оставив мертвую Бланш среди пыли и мух.
Вечером Дюрран вернулся в церковь. На молебне он видел миссис Трифену Нобл, тетю Бланш. И даже разговаривал с ней. Она была расстроена, так как племянница не вернулась с занятий и ее отсутствие очень встревожило ее. Тео сказал, что он принес для Бланш книгу, которую намеревался прочесть вместе с ней, и очень сожалеет, что «она не с нами».
По неизвестным причинам Трифена Нобл ждала три дня, прежде чем обратиться в полицию. Особой интриги не было — полицейские сразу обратили внимание на последнего знакомого девушки, Тео Дюррана. Также, не составило особого труда выяснить, что между молодыми людьми возникли близкие отношения. Более того, следователям удалось проследить путь Бланш до самой церкви в тот злополучный день — по меньшей мере три свидетеля видели ее в обществе Тео. И один из них абсолютно четко идентифицировал его с мужчиной, который открывал перед девушкой дверь в церковь.
Но незыблемый принцип «нет тела — нет дела» никто не отменял. Основания для предъявления обвинений в убийстве отсутствовали. Основной версией следствия стало исчезновение. Тео и сам поддерживал эту теорию. На допросе он заявил, что, по его мнению, Бланш могла отвернуться от Бога и сбиться с праведного пути. А в разговоре с миссис Нобл он развил свои предположения, сказав, что Бланш могли похитить и даже принудить к занятиям проституцией. И он многое отдал бы, чтобы не допустить этого.
В то же время, стало известно, что Тео пытался заложить в ломбард некоторые ювелирные украшения, которые могли принадлежать Бланш Ламон, однако он не смог сойтись в цене. Вскоре после этого, миссис Нобл получила по почте конверт, где находились три кольца ее племянницы. Они были завернуты в бумагу с вензелем преподобного Джорджа Кинга, руководителя церковного хора. И снова это ничего не доказывало, хотя и усиливало подозрения.
Между тем время шло, Тео почувствовал себя в безопасности и обратил внимание на другую прихожанку церкви, молодую леди Минни Уильямс. Вечером Страстной пятницы, 12 апреля 1895 года, она попрощалась в пансионе, где жила, с друзьями и направилась на церковную службу. Около семи часов вечера ее видели разговаривающей с Тео Дюрраном. Разговор проходил на повышенных тонах. Пара о чем-то ожесточенно спорила. Их видел человек по фамилии Ходжкин.
Бланш Ламон, 18 лет от роду, была воплощением женственности и сексуальности, как их представляли в конце XIX века. Вероятно, она была очень рада, когда привлекательный молодой человек, 24-летний Тео Дюрран, помощник суперинтенданта воскресной школы, обратил на нее внимание. Он казался настоящим джентльменом — учтив и внимателен к дамам независимо от их возраста. Будущее студента-медика рисовалось более чем успешным.
Бланш в свою очередь также могла скрасить жизнь любого джентльмена. Современники отмечали красоту девушки. Она родилась в Монтане, но жила с дядей и тетей возле церкви в Сан-Франциско. Она была молода, но не наивна. Она сознавала, что привлекательна и старалась поддерживать себя в форме, чтобы при первой возможности воспользоваться тем, чем наделила ее природа. Она хорошо училась, и уже сама начала преподавать в средней школе, через дорогу от медицинского колледжа Купера.
Поэтому нет ничего удивительного в том, что, познакомившись на трамвайной остановке, в 3 апреля 1895 г, молодые люди обратили внимание друг на друга. Вот только Бланш не знала, что судьба свела ее со своим убийцей.
Днем Дюрран и Бланш встретились в церкви. Но их желания были далеки от отправления религиозного обряда. Среди многих молодых людей того времени церковь являлась удобным местом для свиданий.
Спустя несколько часов после этого в церковь пришел руководитель церковного хора преподобный Джордж Кинг. Он хотел настроить орган для предстоящего богослужения и немного порепетировать. Его встретил встревоженный Тео, который выглядел чуть бледнее обычного. Священник предложил ему прогуляться до аптеки и купить ему тоник, полагая, что прогулка пойдет помощнику на пользу. По возвращении Тео Дюрран казался вполне нормальным, его настроение заметно улучшилось. Кинг принял напиток и отпустил Дюррана до вечернего молебна.
Кинг продолжил музицировать, но он не догадывался, что над ним, в колокольне, лежит обнаженный труп молодой женщины. После убийства Бланш, Дюрран подпер ее голову деревянными брусками, как его учили в медицинском колледже, и сложил ее руки на груди, будто перед погребением. Он оставил колокольню через редко использовавшийся люк, оставив мертвую Бланш среди пыли и мух.
Вечером Дюрран вернулся в церковь. На молебне он видел миссис Трифену Нобл, тетю Бланш. И даже разговаривал с ней. Она была расстроена, так как племянница не вернулась с занятий и ее отсутствие очень встревожило ее. Тео сказал, что он принес для Бланш книгу, которую намеревался прочесть вместе с ней, и очень сожалеет, что «она не с нами».
По неизвестным причинам Трифена Нобл ждала три дня, прежде чем обратиться в полицию. Особой интриги не было — полицейские сразу обратили внимание на последнего знакомого девушки, Тео Дюррана. Также, не составило особого труда выяснить, что между молодыми людьми возникли близкие отношения. Более того, следователям удалось проследить путь Бланш до самой церкви в тот злополучный день — по меньшей мере три свидетеля видели ее в обществе Тео. И один из них абсолютно четко идентифицировал его с мужчиной, который открывал перед девушкой дверь в церковь.
Но незыблемый принцип «нет тела — нет дела» никто не отменял. Основания для предъявления обвинений в убийстве отсутствовали. Основной версией следствия стало исчезновение. Тео и сам поддерживал эту теорию. На допросе он заявил, что, по его мнению, Бланш могла отвернуться от Бога и сбиться с праведного пути. А в разговоре с миссис Нобл он развил свои предположения, сказав, что Бланш могли похитить и даже принудить к занятиям проституцией. И он многое отдал бы, чтобы не допустить этого.
В то же время, стало известно, что Тео пытался заложить в ломбард некоторые ювелирные украшения, которые могли принадлежать Бланш Ламон, однако он не смог сойтись в цене. Вскоре после этого, миссис Нобл получила по почте конверт, где находились три кольца ее племянницы. Они были завернуты в бумагу с вензелем преподобного Джорджа Кинга, руководителя церковного хора. И снова это ничего не доказывало, хотя и усиливало подозрения.
Между тем время шло, Тео почувствовал себя в безопасности и обратил внимание на другую прихожанку церкви, молодую леди Минни Уильямс. Вечером Страстной пятницы, 12 апреля 1895 года, она попрощалась в пансионе, где жила, с друзьями и направилась на церковную службу. Около семи часов вечера ее видели разговаривающей с Тео Дюрраном. Разговор проходил на повышенных тонах. Пара о чем-то ожесточенно спорила. Их видел человек по фамилии Ходжкин.
Страница 1 из 4
