Антонио Агостини, итальянский иммигрант, работавший в Сиднее. Агостини в 1930 году женился на Линде Плат, пьющей англичанке. Пара вела скудное существование на маленькую зарплату Агостини. Он промышлял случайными заработками, главным образом, в ресторанах как официант, и из-за вечной нехватки денег его жена не выходила из запоя. В надежде улучшить положение, а заодно избавиться от сиднейских приятелей Линды, семейная пара перебралась в Мельбурн, где Линду Платт в последний раз видели в августе 1934.
Добавить в моё избранное
5 мин, 58 сек 16667
После этого она исчезла. Когда ее друзья или родственники спрашивали о ней, Агостини пожимал плечами, говоря, что она убежала с любовником. Это было похоже на Линду, привлекательную чувственную женщину, на чью страсть к новым ощущениям, как всем было известно, не смогло повлиять даже замужество.
1 сентября 1934 года, фермер Том Гриффит, проходя мимо трубопровода, проложенного под дорогой в шести милях от Альбари (местечко, расположенное между Мельбурном и Сиднеем), нашел тело молодой женщины. Тело было сильно обожжено, лицо и вся голова были изранены. Она была одета в пижаму, с вышитым китайским драконом. Когда коронеры исследовали труп, они сразу же обнаружили пулевое ранение чуть ниже правого глаза. Кости черепа были раздроблены ударами чем-то тяжелым. Тело было облито нефтью, обнаруженной поблизости и подожжено.
Не менее шести человек опознали труп, как тело миссис Анны Филомены Морган Кутс, жены сиднейского писателя, пропавшей без вести. Медицинских экспертов и полицию это удовлетворило и они констатировали убийство миссис Кутс. Но некоторые сомнения относительно опознания мертвой женщины все же оставались, особенно когда мать миссис Кутс, госпожа Жанетт Ротледж осмотрела труп и заявила, «я уверена, что это не моя дочь». Но бабушка госпожи Кутс, домовладелица, и несколько близких друзей настаивали, что, тело принадлежало Анне Кутс. В связи с сомнениями властями было принято решение не хоронить жертву в ожидании событий, которые бы прояснили ситуацию. Тело было положено в металлический контейнер, заполненный специальным консервантом, формалином, водным раствором формальдегида, который обеспечивал длительную сохранность органических тканей. Контейнер поместили в подвале Музея патологии сиднейского университета и должен был оставаться там до распоряжения полиции о захоронении. Ожидание это продлилось десять лет.
В 1938 году полицейский сержант по фамилии Кинг из любопытства посетил подвал, где хранилось тело и внимательно рассмотрел его. Кинг сообщил своему начальству, что по его мнению, женщина была подругой его жены, Линдой Платт, которую он не видел с начала 1931 года. Он был в этом уверен и объяснял свою уверенность необычной формой ушей погибшей. Они были заострены и не имели мочек. Такие же уши были у Линды, когда Кинг с ней познакомился. Медик-криминалист, доктор Палмер Бенбоу решил заняться расследованием. Он добился от властей позволения осмотреть труп и ознакомиться с протоколами полиции, составленными при его обнаружении.
Для анализа осталось немногое — труп пропитанный формалином, сумка, испачканная нефтью и несколько полотенец. Рассматривая полотенца под микроскопом, Бенбоу заметил нечто, что полиция или не обнаружила или не придала этому значения. На полотенце были метки прачечной. Эти метки привели доктора в лачугу за пределами Альбари, где он нашел старую кровать с металлической сеткой, которая была окрашена. Краска соответствовала пятнам найденным Бенбоу на трупе, кроме того, шерстяное одеяло, содержало ворсинки, которые он нашел в волосах мертвой женщины. Он стал расспрашивать жителей этого района, но внезапно частное расследование д-ра Бенбоу было прекращено. Позже он утверждал, что полиция обошла возможных свидетелей, которые вдруг перестали отвечать на его вопросы. Как ни странно, незавершенное рассследование Бенбоу утвердило полицию в мысли, что труп принадлежит Анне Могран Кутс, а не Линде Платт Агостини.
С Эдит Флемингтон, матерью Линды, уже связывались в 1935 году, когда ее дочь, якобы, убежала с неизвестным любовником. В течение почти десяти лет миссис Флемингтон обращалась к властям в Литлхэмптоне, Суссекс, Англия, умоляя найти ее дочь. Сиднейская полиция послала ей фотографию трупа в формалине, но она отрицала, что тело может принадлежать ее дочери. (Формалин обычно заставляет тело сжиматься и способствует появлению морщин, довольно сильно искажая все тело, в том числе и лицо). Однако миссис Флемингтон опознала пижаму, которую была на мертвой женщине, желтую шелковую пижаму с вышитым на спине зеленым драконом, которая, по словам миссис Флемингтон, была свадебным подарком Линде от ее сестры.
Госпожа Флемингтон подробно написала сиднейской полиции, как выглядела ее дочь, как она работала в лондонских магазинах продавцом-консультантом и парикмахером в «Red Star Line» и как она оказалась в Австралии. О своем зяте, Агостини она сообщила, что он не был«надежным человеком» то торговал шелком, то подрабатывал официантом. В последнем письме к сиднейской полиции госпожа Флемингтон написала, что, хотя она была не может утверждать, что тело, плавающее в формалине принадлежит ее дочери, она видела странные сны, где ее дочь«плавала» в темном, маленьком пространстве.
В марте 1944 года Антонио Агостини, который находился в лагере для интернированных граждан в Оранже (Новый Южный Уэльс) попал под подозрение в причастности к исчезновению своей жены.
1 сентября 1934 года, фермер Том Гриффит, проходя мимо трубопровода, проложенного под дорогой в шести милях от Альбари (местечко, расположенное между Мельбурном и Сиднеем), нашел тело молодой женщины. Тело было сильно обожжено, лицо и вся голова были изранены. Она была одета в пижаму, с вышитым китайским драконом. Когда коронеры исследовали труп, они сразу же обнаружили пулевое ранение чуть ниже правого глаза. Кости черепа были раздроблены ударами чем-то тяжелым. Тело было облито нефтью, обнаруженной поблизости и подожжено.
Не менее шести человек опознали труп, как тело миссис Анны Филомены Морган Кутс, жены сиднейского писателя, пропавшей без вести. Медицинских экспертов и полицию это удовлетворило и они констатировали убийство миссис Кутс. Но некоторые сомнения относительно опознания мертвой женщины все же оставались, особенно когда мать миссис Кутс, госпожа Жанетт Ротледж осмотрела труп и заявила, «я уверена, что это не моя дочь». Но бабушка госпожи Кутс, домовладелица, и несколько близких друзей настаивали, что, тело принадлежало Анне Кутс. В связи с сомнениями властями было принято решение не хоронить жертву в ожидании событий, которые бы прояснили ситуацию. Тело было положено в металлический контейнер, заполненный специальным консервантом, формалином, водным раствором формальдегида, который обеспечивал длительную сохранность органических тканей. Контейнер поместили в подвале Музея патологии сиднейского университета и должен был оставаться там до распоряжения полиции о захоронении. Ожидание это продлилось десять лет.
В 1938 году полицейский сержант по фамилии Кинг из любопытства посетил подвал, где хранилось тело и внимательно рассмотрел его. Кинг сообщил своему начальству, что по его мнению, женщина была подругой его жены, Линдой Платт, которую он не видел с начала 1931 года. Он был в этом уверен и объяснял свою уверенность необычной формой ушей погибшей. Они были заострены и не имели мочек. Такие же уши были у Линды, когда Кинг с ней познакомился. Медик-криминалист, доктор Палмер Бенбоу решил заняться расследованием. Он добился от властей позволения осмотреть труп и ознакомиться с протоколами полиции, составленными при его обнаружении.
Для анализа осталось немногое — труп пропитанный формалином, сумка, испачканная нефтью и несколько полотенец. Рассматривая полотенца под микроскопом, Бенбоу заметил нечто, что полиция или не обнаружила или не придала этому значения. На полотенце были метки прачечной. Эти метки привели доктора в лачугу за пределами Альбари, где он нашел старую кровать с металлической сеткой, которая была окрашена. Краска соответствовала пятнам найденным Бенбоу на трупе, кроме того, шерстяное одеяло, содержало ворсинки, которые он нашел в волосах мертвой женщины. Он стал расспрашивать жителей этого района, но внезапно частное расследование д-ра Бенбоу было прекращено. Позже он утверждал, что полиция обошла возможных свидетелей, которые вдруг перестали отвечать на его вопросы. Как ни странно, незавершенное рассследование Бенбоу утвердило полицию в мысли, что труп принадлежит Анне Могран Кутс, а не Линде Платт Агостини.
С Эдит Флемингтон, матерью Линды, уже связывались в 1935 году, когда ее дочь, якобы, убежала с неизвестным любовником. В течение почти десяти лет миссис Флемингтон обращалась к властям в Литлхэмптоне, Суссекс, Англия, умоляя найти ее дочь. Сиднейская полиция послала ей фотографию трупа в формалине, но она отрицала, что тело может принадлежать ее дочери. (Формалин обычно заставляет тело сжиматься и способствует появлению морщин, довольно сильно искажая все тело, в том числе и лицо). Однако миссис Флемингтон опознала пижаму, которую была на мертвой женщине, желтую шелковую пижаму с вышитым на спине зеленым драконом, которая, по словам миссис Флемингтон, была свадебным подарком Линде от ее сестры.
Госпожа Флемингтон подробно написала сиднейской полиции, как выглядела ее дочь, как она работала в лондонских магазинах продавцом-консультантом и парикмахером в «Red Star Line» и как она оказалась в Австралии. О своем зяте, Агостини она сообщила, что он не был«надежным человеком» то торговал шелком, то подрабатывал официантом. В последнем письме к сиднейской полиции госпожа Флемингтон написала, что, хотя она была не может утверждать, что тело, плавающее в формалине принадлежит ее дочери, она видела странные сны, где ее дочь«плавала» в темном, маленьком пространстве.
В марте 1944 года Антонио Агостини, который находился в лагере для интернированных граждан в Оранже (Новый Южный Уэльс) попал под подозрение в причастности к исчезновению своей жены.
Страница 1 из 2
