Николай Савин считается выдающимся мошенником, который и итальянское правительств обманул, и Зимний дворец доверчивому иностранцу втюхал, и чуть было королем Болгарии не стал. Его вспоминае даже Остап Бендер в романе «Золотой теленок»: «Возьмем, наконец, корнета Савина. Аферист выдающийся. Как говорится, негде пробы ставить».
Добавить в моё избранное
5 мин, 37 сек 12456
Николай Савин считается выдающимся мошенником, который и итальянское правительств обманул, и Зимний дворец доверчивому иностранцу втюхал, и чуть было королем Болгарии не стал. Его вспоминае даже Остап Бендер в романе «Золотой теленок»: «Возьмем, наконец, корнета Савина. Аферист выдающийся. Как говорится, негде пробы ставить».
Но, вероятно, громкая слава и есть главная афера в жизни корнета Савина, распускавшего о себе байки в духе барона Мюнхгаузена. Он действительно был талантливым мошенником.
и ловким прохиндеем' но и заплатил за свои проделки немало — двадцатью пятью годами свободы. Этот внушительный срок сложился из множества маленьких мошенничеств, поскольку аферы Николая Савина в действительности не были столь уж значительными. Тем не менее Николай Герасимович Савин до глубокой старости занимался обманом.
Николай Савин родился в семье помещика Калужской губернии. Отец возлагал на него большие надежды, которым, увы, не суждено было сбыться. Взрослую жизнь Николай начал традиционно для юношей дворянскою сословия — поступил на службу в армию. В 20 лет он стал корнетом гвардейского кавалерийского полка. К периоду его военной службы относится одна из легенд, которую он позже рассказывал в Париже. Дескать в 1874 году он был адъютантом великого князя Николая Константиновича. А по совместительству — любовником любовницы великого царя — Фанни Лир.
И он самолично выковыривал бриллианты с ризы иконы, подаренной матери Николая Константиновича императором Николаем I. А деньги, вырученные от сдачи в ломбард этих бриллиантов, великий князь отдал революционерке Софье Перовской.
Поистине Николай Савин был мастаком врать. История с кражей бриллиантов в Мраморном дворце действительно имела место, после нее Николай Константинович угодил в ссылку до конца жизни, но только в материалах дела фамилия Савина не фигурирует. Если бы фигурировала, то он рассказывал бы эту историю не в Париже, а «во глубине сибирских руд».
В чем Николай Савин не лукавил, так это в том, что в 1877 году, во время Русско-турецкой войны, добровольцем записался в корпус генерала Криденера, штурмовавший занятый турками болгарский город Плевна. Там Николай получил тяжелое ранение в руку и вынужден был оставить действующую армию.
Следующая громкая история о похождениях корнета Николая Савина относится к 1886-1887 годам, когда, по его словам, он провернул свою самую крупномасштабную аферу. В роли.
богатого русского коннозаводчика он предстал перед итальянским правительством и предложил свои услуги по поставке лошадей для кавалерии и артиллерии. Документы, представленные Савиным, рассмотрела и одобрила особая комиссия при военном министерстве в Риме. По распоряжению короля Николай Герасимович стал официальным поставщиком итальянской армии.
Выгодный контракт мог бы сделать его богачом, причем фактически легальным. Но натура мошенника взяла вверх над соображениями рационализма. Прихватив весьма значительную сумму, выделенную ему на закупку лошадей, он сбежал из Рима. В эту историю можно было бы поверить, если бы не одно «но». Николая Савина не раз задерживали в Европе, о чем извещали газеты. И сообщали, что страны, где он оставил свой след, требуют его выдачи. Однако среди этих стран Италия почему-то не фигурировала.
Но, пожалуй, самая интересная история о Савине связана с его пребыванием в Болгарии в 1887 году. Он появился в этой стране после того, как ее правитель Александр Баттенберг был свергнут при содействии агентов русского правительства. По легенде, прибыв в Софию, Николай Савин представился великим князем Константином Николаевичем. Высокого гостя спешили поприветствовать высокопоставленные чиновники. На одной из встреч с членами болгарского правительства «великий князь» пообещал братьям-славянам устроить солидный заем в парижских банках.
В казне Болгарии в то время гулял ветер, поэтому заем был крайне необходим. Осчастливленные министры предложили «великому князю» в благодарность за хлопоты болгарский трон, в ту пору свободный. Такого гусарский корнет не мог себе представить даже во сне. Голова его закружилась. Стать монаршей особой — это вам не шутки! Николай взглянул на.
себя в зеркало, прикидывая, каков он будет в короне, и решил… подстричься.
Фантастическая перспектива стать князем Болгарии рассыпалась в прах из-за пустяка. Прибывший к нему лучший болгарский парикмахер, оказывается, имел честь подстригать в.
Санкт-Петербурге настоящего великого князя Константина Николаевича, поэтому сразу определил, что перед ним самозванец.
Претендент на трон успел смыться из гостиницы за полчаса до того, как туда явилась полиция. Увы, достоверность этой истории тоже вызывает большие сомнения. В своих записках Николай Савин пишет, что инициатором возведения его на трон был регент Болгарии Стефан Стамболов. Однако достоверно известно, что именно Стамболов возвел на болгарский трон в 1887 году Фердинанда Кобургского.
Но, вероятно, громкая слава и есть главная афера в жизни корнета Савина, распускавшего о себе байки в духе барона Мюнхгаузена. Он действительно был талантливым мошенником.
и ловким прохиндеем' но и заплатил за свои проделки немало — двадцатью пятью годами свободы. Этот внушительный срок сложился из множества маленьких мошенничеств, поскольку аферы Николая Савина в действительности не были столь уж значительными. Тем не менее Николай Герасимович Савин до глубокой старости занимался обманом.
Николай Савин родился в семье помещика Калужской губернии. Отец возлагал на него большие надежды, которым, увы, не суждено было сбыться. Взрослую жизнь Николай начал традиционно для юношей дворянскою сословия — поступил на службу в армию. В 20 лет он стал корнетом гвардейского кавалерийского полка. К периоду его военной службы относится одна из легенд, которую он позже рассказывал в Париже. Дескать в 1874 году он был адъютантом великого князя Николая Константиновича. А по совместительству — любовником любовницы великого царя — Фанни Лир.
И он самолично выковыривал бриллианты с ризы иконы, подаренной матери Николая Константиновича императором Николаем I. А деньги, вырученные от сдачи в ломбард этих бриллиантов, великий князь отдал революционерке Софье Перовской.
Поистине Николай Савин был мастаком врать. История с кражей бриллиантов в Мраморном дворце действительно имела место, после нее Николай Константинович угодил в ссылку до конца жизни, но только в материалах дела фамилия Савина не фигурирует. Если бы фигурировала, то он рассказывал бы эту историю не в Париже, а «во глубине сибирских руд».
В чем Николай Савин не лукавил, так это в том, что в 1877 году, во время Русско-турецкой войны, добровольцем записался в корпус генерала Криденера, штурмовавший занятый турками болгарский город Плевна. Там Николай получил тяжелое ранение в руку и вынужден был оставить действующую армию.
Следующая громкая история о похождениях корнета Николая Савина относится к 1886-1887 годам, когда, по его словам, он провернул свою самую крупномасштабную аферу. В роли.
богатого русского коннозаводчика он предстал перед итальянским правительством и предложил свои услуги по поставке лошадей для кавалерии и артиллерии. Документы, представленные Савиным, рассмотрела и одобрила особая комиссия при военном министерстве в Риме. По распоряжению короля Николай Герасимович стал официальным поставщиком итальянской армии.
Выгодный контракт мог бы сделать его богачом, причем фактически легальным. Но натура мошенника взяла вверх над соображениями рационализма. Прихватив весьма значительную сумму, выделенную ему на закупку лошадей, он сбежал из Рима. В эту историю можно было бы поверить, если бы не одно «но». Николая Савина не раз задерживали в Европе, о чем извещали газеты. И сообщали, что страны, где он оставил свой след, требуют его выдачи. Однако среди этих стран Италия почему-то не фигурировала.
Но, пожалуй, самая интересная история о Савине связана с его пребыванием в Болгарии в 1887 году. Он появился в этой стране после того, как ее правитель Александр Баттенберг был свергнут при содействии агентов русского правительства. По легенде, прибыв в Софию, Николай Савин представился великим князем Константином Николаевичем. Высокого гостя спешили поприветствовать высокопоставленные чиновники. На одной из встреч с членами болгарского правительства «великий князь» пообещал братьям-славянам устроить солидный заем в парижских банках.
В казне Болгарии в то время гулял ветер, поэтому заем был крайне необходим. Осчастливленные министры предложили «великому князю» в благодарность за хлопоты болгарский трон, в ту пору свободный. Такого гусарский корнет не мог себе представить даже во сне. Голова его закружилась. Стать монаршей особой — это вам не шутки! Николай взглянул на.
себя в зеркало, прикидывая, каков он будет в короне, и решил… подстричься.
Фантастическая перспектива стать князем Болгарии рассыпалась в прах из-за пустяка. Прибывший к нему лучший болгарский парикмахер, оказывается, имел честь подстригать в.
Санкт-Петербурге настоящего великого князя Константина Николаевича, поэтому сразу определил, что перед ним самозванец.
Претендент на трон успел смыться из гостиницы за полчаса до того, как туда явилась полиция. Увы, достоверность этой истории тоже вызывает большие сомнения. В своих записках Николай Савин пишет, что инициатором возведения его на трон был регент Болгарии Стефан Стамболов. Однако достоверно известно, что именно Стамболов возвел на болгарский трон в 1887 году Фердинанда Кобургского.
Страница 1 из 2
