Если верить самой Мэри Ранкл, то она жила печальной жизнью, усугубленной ложными обвинениями.
Добавить в моё избранное
5 мин, 24 сек 9583
Штат изложил факты и представил выводы коронера, а Мэри Ранкл рассказала свою версию истории. Дело было передано в суд присяжных 21 сентября, и после обсуждения в течении менее трех часов.
Большинство наблюдателей считали (в то время на это даже ставки делались), что миссис Ранкл, в худшем случае, будет признана виновной в убийстве второй степени.
Но присяжные признали её виновной в убийстве первой степени, приговорив к смертной казни.
В период между осуждением и казнью Мэри опубликовала свою историю в брошюре на восьми страницах под названием «Жизнь и исповедь Марии Ранкл».
«Моя чаша скорби наполнилась, — писала она, — одурманенная горьким приливом желчи, заставив меня задуматься о том, что я скоро должна умереть… Я постаралась выдохнуть свое горе безучастным ветрам, и пролить в тишине горькие слезы, которые потоками текли друг по другу из моих глаз…».
Однако любой, кто ожидал прочесть там признание в убийстве мужа (или сына, или дочерей, или торговца, или в любом другом убийстве), был сильно сильно разочарован.
В брошюре Мэри придерживалась своей оригинальной историй — Джон умер в результате приступа, дочери случайно утонули оставшись без присмотра, сын умер от кори, и она ничего не знает о смерти торговца.
Мэри Ранкл призналась только в нескольких мелких кражах, но и эти преступления были, по её словам, совершены неохотно, только по настоянию мужа.
Считается что она опубликовала брошюру в попытке вызвать симпатию населения. Причём в то же время её адвокаты обратились к губернатору с просьбой смягчить приговор.
Но губернатор не смягчился.
Мэри Ранкл была казнена 9 ноября 1847-го года, с использованием нового для того времени метода повешения, который будет применяться по всему штату Нью-Йорк в течение большей части XIX века.
Вместо того, чтобы провалиться в люк, заключенный вздёргивается вверх при падении противовеса.
Так что Мэри Ранкл сидела на стуле, в специальной камере тюрьмы Уайтсборо, с петлей на шее, чья веревка проходила через дыру в потолке.
Через несколько минут после полудня шериф спросил Мэри, желает ли она что-нибудь сказать. Та не ответила.
А затем зазвонил колокол. Шнур был обрезан Мэри Ранкл оказалась в вечности. То ли как не раскаявшаяся убийца, то ли как редчайшая неудачница.
Большинство наблюдателей считали (в то время на это даже ставки делались), что миссис Ранкл, в худшем случае, будет признана виновной в убийстве второй степени.
Но присяжные признали её виновной в убийстве первой степени, приговорив к смертной казни.
В период между осуждением и казнью Мэри опубликовала свою историю в брошюре на восьми страницах под названием «Жизнь и исповедь Марии Ранкл».
«Моя чаша скорби наполнилась, — писала она, — одурманенная горьким приливом желчи, заставив меня задуматься о том, что я скоро должна умереть… Я постаралась выдохнуть свое горе безучастным ветрам, и пролить в тишине горькие слезы, которые потоками текли друг по другу из моих глаз…».
Однако любой, кто ожидал прочесть там признание в убийстве мужа (или сына, или дочерей, или торговца, или в любом другом убийстве), был сильно сильно разочарован.
В брошюре Мэри придерживалась своей оригинальной историй — Джон умер в результате приступа, дочери случайно утонули оставшись без присмотра, сын умер от кори, и она ничего не знает о смерти торговца.
Мэри Ранкл призналась только в нескольких мелких кражах, но и эти преступления были, по её словам, совершены неохотно, только по настоянию мужа.
Считается что она опубликовала брошюру в попытке вызвать симпатию населения. Причём в то же время её адвокаты обратились к губернатору с просьбой смягчить приговор.
Но губернатор не смягчился.
Мэри Ранкл была казнена 9 ноября 1847-го года, с использованием нового для того времени метода повешения, который будет применяться по всему штату Нью-Йорк в течение большей части XIX века.
Вместо того, чтобы провалиться в люк, заключенный вздёргивается вверх при падении противовеса.
Так что Мэри Ранкл сидела на стуле, в специальной камере тюрьмы Уайтсборо, с петлей на шее, чья веревка проходила через дыру в потолке.
Через несколько минут после полудня шериф спросил Мэри, желает ли она что-нибудь сказать. Та не ответила.
А затем зазвонил колокол. Шнур был обрезан Мэри Ранкл оказалась в вечности. То ли как не раскаявшаяся убийца, то ли как редчайшая неудачница.
Страница 2 из 2
