Вичита, штат Канзас и именно в этом процветающем городе родилось нечто ужасающее. Трудно сказать точно когда это случилось и сколько времени потребовалось, чтобы оно созрело. Без сомнений это начиналось как фантазия, подпитываемая кипящей внутри смесью ненависти и фрустрации. Постепенно фантазия переросла в навязчивую идею, которая требовала воплощения. Планирование и проведение в жизнь задуманного требовало полного напряжения сил. Только один раз, сказал он себе, и ты будешь свободен от этой сводящей с ума идеи. Нет никакой необходимости так рисковать снова.
Добавить в моё избранное
91 мин, 47 сек 2471
Он был отлично физически развит, а также слыл превосходным боксером. Он нравился коллегам по работе, и никто не мог придумать мотив для его убийства.
Похожие данные были собраны и о Джулии. Она недавно была уволена по сокращению штатов из компании Coleman, но ей было обещано, что ее наймут обратно, как только бизнес снова наберет обороты. Она также была очень дружелюбным человеком и прекрасной матерью пятерых детей. Как и ее муж, она была хорошо обучена искусству самозащиты. Джулия активно занималась дзюдо.
Дети Отеро хорошо учились в школе и были симпатичны всем, кто их знал. Они также занимались дзюдо — семейным спортом, и были очень неплохо обучены приемам самозащиты.
Рисунок полицейского художника, изображающий человека, которого видели у дома Отеро, составлен со слов соседей.
Что можно сказать об этом деле? Это прекрасно спланированное и осуществленное преступление, которое потребовало широкой предварительной подготовки, прежде всего наблюдения, идеального планирования времени осуществления и способности подчинить группу людей, которые были более чем способны постоять за себя. Оно имело все признаки тщательно спланированной воинской операции, но полиция предпочитала не обсуждать это. Шеф полиции Флойд Хэннон в интервью местной газете Wichita Eagle в январе 1974 года сказал, что «метод, которым была умерщвлена семья, указывает на явную склонность к фетишизму у нападавшего».
В октябре 1974-го года, спустя девять месяцев после убийства, репортер Wichita Eagle Дон Грейнджер получил анонимный звонок, предположительно от убийцы семьи Отеро. Звонивший сказал ему заглянуть в учебник по машиностроению, который находился в публичной библиотеке Вичиты. Внутри книги Грейнджер обнаружил письмо с признанием в убийстве семьи Отеро и заверением, что убийства будут продолжаться. То, что письмо писал именно убийца, было очевидно, поскольку в нем содержались детали, которые могли быть известны только полиции и настоящему преступнику.
Письмо было адресовано в «Программу анонимных свидетелей» по которой лицо, обладающее информацией о преступлении, может передать эту информацию полиции через газету и при этом остаться анонимом. Полиция немедленно потребовала ни в коем случае не предавать письмо гласности в попытке предупредить волну ложных признаний. Wichita Eagle пошла полиции навстречу и информация не была опубликована.
Однако Кэти Хенкель, репортер свежеиспеченной (2 месяца назад) газеты Wichita Sun, которая также получила копию письма, в погоне за популярностью напечатала часть письма в статье, которую она опубликовала 11 декабря 1974 года, примерно через 11 месяцев после совершения преступления.
Неизвестный убийца утверждал, что те трое подозреваемых в убийстве семьи Отеро, которые были на примете у полиции никак в нем не замешаны. Следующие выдержки из письма с сохранением оригинальной лексики были опубликованы в Wichita Sun:
«Я пишу это письмо вам, как добросовестному налогоплательщику. Эти три чувака, что сейчас находятся в разработке, просто трепятся на публику об убийстве семьи Отеро. Они ни фига не знают. Я сделал это сам и никто мне не помогал. Тут нечего базарить. Давайте я вам четко распишу…». Далее убийца привел детали преступления и места преступления, которые никогда не публиковались, но были точны.
«Я прошу прощения у общественности за то, что это произошло. Они конечно сильно страдали. Мне тяжело себя контролировать. Возможно вы меня назовете» помешанным психотиком и сексуально извращенным человеком«. Я никогда не знаю момента, когда монстр вновь придет ко мне в голову. Но он остается тут. Разве кто-то способен самоизлечиться? Если вы попросите о помощи, сказав, что вы убили четверых, люди посмеются или в панике бросятся звонить в полицию».
«Я не могу остановить монстра, когда он приходит и делает больно мне и обществу. Общество должно быть благодарно, что существуют возможности, благодаря которым такие люди как я, могут снять с себя груз, просто представляя в мечтах, как некоторые жертвы страдают и я контролирую их. Это большая и замысловатая игра, дорогие друзья, которая уменьшает число жертв, монстр преследует их, следит за ними, ждет в темноте, ждет, ждет… Давление очень велико и иногда я позволяю ему выйти наружу. Может быть вы сумеете остановить его. Я не могу. Он уже выбрал следующую жертву или жертв. Пока я не знаю кто они. На следующий день после прочтения газеты я узнаю, но будет уже слишком поздно. Удачной охоты».
«Ваш, действительно виновный».
Несмотря на то, что письмо не было подписано, оно содержало следующий постскриптум: «P.S. Поскольку сексуальные преступники не меняют свой M. O. (Modus Operandi — с латинского» образ действия«) или по природе своей не могут этого сделать, то я не буду менять свой. Кодовым словом для меня будет… cвяжи их, пытай их, убей их (с английского — Bind them, Torture them, Kill them — B. T. K.) — Б. Т. К, вы увидите его снова.
Похожие данные были собраны и о Джулии. Она недавно была уволена по сокращению штатов из компании Coleman, но ей было обещано, что ее наймут обратно, как только бизнес снова наберет обороты. Она также была очень дружелюбным человеком и прекрасной матерью пятерых детей. Как и ее муж, она была хорошо обучена искусству самозащиты. Джулия активно занималась дзюдо.
Дети Отеро хорошо учились в школе и были симпатичны всем, кто их знал. Они также занимались дзюдо — семейным спортом, и были очень неплохо обучены приемам самозащиты.
Рисунок полицейского художника, изображающий человека, которого видели у дома Отеро, составлен со слов соседей.
Что можно сказать об этом деле? Это прекрасно спланированное и осуществленное преступление, которое потребовало широкой предварительной подготовки, прежде всего наблюдения, идеального планирования времени осуществления и способности подчинить группу людей, которые были более чем способны постоять за себя. Оно имело все признаки тщательно спланированной воинской операции, но полиция предпочитала не обсуждать это. Шеф полиции Флойд Хэннон в интервью местной газете Wichita Eagle в январе 1974 года сказал, что «метод, которым была умерщвлена семья, указывает на явную склонность к фетишизму у нападавшего».
В октябре 1974-го года, спустя девять месяцев после убийства, репортер Wichita Eagle Дон Грейнджер получил анонимный звонок, предположительно от убийцы семьи Отеро. Звонивший сказал ему заглянуть в учебник по машиностроению, который находился в публичной библиотеке Вичиты. Внутри книги Грейнджер обнаружил письмо с признанием в убийстве семьи Отеро и заверением, что убийства будут продолжаться. То, что письмо писал именно убийца, было очевидно, поскольку в нем содержались детали, которые могли быть известны только полиции и настоящему преступнику.
Письмо было адресовано в «Программу анонимных свидетелей» по которой лицо, обладающее информацией о преступлении, может передать эту информацию полиции через газету и при этом остаться анонимом. Полиция немедленно потребовала ни в коем случае не предавать письмо гласности в попытке предупредить волну ложных признаний. Wichita Eagle пошла полиции навстречу и информация не была опубликована.
Однако Кэти Хенкель, репортер свежеиспеченной (2 месяца назад) газеты Wichita Sun, которая также получила копию письма, в погоне за популярностью напечатала часть письма в статье, которую она опубликовала 11 декабря 1974 года, примерно через 11 месяцев после совершения преступления.
Неизвестный убийца утверждал, что те трое подозреваемых в убийстве семьи Отеро, которые были на примете у полиции никак в нем не замешаны. Следующие выдержки из письма с сохранением оригинальной лексики были опубликованы в Wichita Sun:
«Я пишу это письмо вам, как добросовестному налогоплательщику. Эти три чувака, что сейчас находятся в разработке, просто трепятся на публику об убийстве семьи Отеро. Они ни фига не знают. Я сделал это сам и никто мне не помогал. Тут нечего базарить. Давайте я вам четко распишу…». Далее убийца привел детали преступления и места преступления, которые никогда не публиковались, но были точны.
«Я прошу прощения у общественности за то, что это произошло. Они конечно сильно страдали. Мне тяжело себя контролировать. Возможно вы меня назовете» помешанным психотиком и сексуально извращенным человеком«. Я никогда не знаю момента, когда монстр вновь придет ко мне в голову. Но он остается тут. Разве кто-то способен самоизлечиться? Если вы попросите о помощи, сказав, что вы убили четверых, люди посмеются или в панике бросятся звонить в полицию».
«Я не могу остановить монстра, когда он приходит и делает больно мне и обществу. Общество должно быть благодарно, что существуют возможности, благодаря которым такие люди как я, могут снять с себя груз, просто представляя в мечтах, как некоторые жертвы страдают и я контролирую их. Это большая и замысловатая игра, дорогие друзья, которая уменьшает число жертв, монстр преследует их, следит за ними, ждет в темноте, ждет, ждет… Давление очень велико и иногда я позволяю ему выйти наружу. Может быть вы сумеете остановить его. Я не могу. Он уже выбрал следующую жертву или жертв. Пока я не знаю кто они. На следующий день после прочтения газеты я узнаю, но будет уже слишком поздно. Удачной охоты».
«Ваш, действительно виновный».
Несмотря на то, что письмо не было подписано, оно содержало следующий постскриптум: «P.S. Поскольку сексуальные преступники не меняют свой M. O. (Modus Operandi — с латинского» образ действия«) или по природе своей не могут этого сделать, то я не буду менять свой. Кодовым словом для меня будет… cвяжи их, пытай их, убей их (с английского — Bind them, Torture them, Kill them — B. T. K.) — Б. Т. К, вы увидите его снова.
Страница 2 из 25
