Сейчас его полотна выставляются в самых престижных выставочных залах, и оцениваются экспертами в сотни тысяч долларов. Имя этого художника, Томас Джон Томсон, знакомо любому ценителю живописи, а канадцы именуют его «своим Ван Гогом».
Добавить в моё избранное
55 мин, 59 сек 13323
Разумеется, открыто об этом никто не говорил, ибо в те времена такие вещи предпочитали не афишировать. Точно известно лишь, что он подарил ей несколько десятков своих работ, которые, по большей части хранились в хижине Трейноров в Алгонкине. А весной и зимой 1915 и 1916 годов навещал Виннифред в Хантсвилле, где в холодную часть года проживала семья Трейноров.
Вероятнее всего, незадолго до своей гибели Томас и Виннифред оказались помолвлены, и на момент гибели своего возлюбленного Виннифред была от него беременна. По крайней мере, в 1969 году об этом уверенно заявила племянница Виннифред, хранящая, но так никогда и не обнародовавшая, переписку между своей тетей и Томасом. Она утверждала, что письма между ними содержали «неоспоримые доказательства того, что, Том и тетя были обручены».
Разумеется, о том, правда ли данная связь была более чем, платонической, сейчас уже точно не узнать, но, о своей любви к Томасу Виннинфред говорила его родным после гибели возлюбленного. Кажется, его смерть что-то безвозвратно разрушила в душе и сердце покинутой женщины, ибо уже в сентябре 1917 года многие, и в особенности родные Томаса, стали открыто называть ее сумасшедшей. Словно запертый в клетку лесной зверь, она дрожала всем телом, срываясь на плач и постоянно причитая о том, каким необыкновенно добрым и замечательным человеком был ее главный друг — Том.
Представьте ту отчаянную ситуацию, в которой она оказалась. Буквально за несколько дней до гибели Томсона, они еще планировали женитьбу и медовый месяц. И вдруг в одночасье, Винни превратилась во вдову, так и не ставшую невестой. Она потеряла человека, который был средоточием ее смысла жизни, осталась незамужней женщиной, беременной ребенком, зачатым вне закона. По требованию Джорджа Томсона, Марк Робинсон забирает из летнего дома Трейноров 33 картины Тома, и она не может ничем доказать, что это были его подарки. Позже она будет требовать от газет опровержения лжи о Томасе, которая стала появляться после его смерти в прессе. Попытается потребовать у отца Тома вернуть ей картины и отдать долю в имуществе погибшего сына. Но, тогда, в 1917 году женщина, оказавшаяся в таком положении, не могла ни на что претендовать. Родные Томсона отвернутся от нее, не захотев признать ее внебрачную связь. Им проще было объявить ее сумасшедшей. Впрочем, быть может, ее рассудок и вправду на время помутился, сломав внутри те главные стержни, что держат каркас души и веры.
Она никогда открыто не признавала, что беременна, но уже в конце сентября 1917 года неожиданно отправилась к «дальним родственникам» в Филадельфию, где пробыла до весны. Ходили упорные слухи, что это время она провела в«доме для незамужних женщин» где родила и покинула своего ребенка. Уже после ее смерти один из исследователей смог подтвердить эту информацию, но проследить историю оставленного младенца ему не удалось.
В Хантсвилл она уже вернулась совсем другим человеком, сломленным и опустошенным. Отныне больше никто не услышит ее звонкого смеха и ласкового слова, она никогда не посмотрит в сторону другого мужчины, и навеки останется старой девой. Ее и до того не блещущие вкусом наряды, теперь и вовсе приобретут исключительно оттенки черного и грязно-серого. Со временем она превратится в грузную, вечно угрюмую, сварливую женщину, с постоянно поджатыми в недовольстве губами. Идя по улице, будет тяжело шаркать ногами по мостовой, низко опустив голову. Ее характер изменится до не узнаваемости, теперь она станет воплощением вечного неодобрения и больше с ней никто не захочет иметь дело. А незадолго до смерти от местных мальчуганов Виннифред даже приобретет «звание» старой ведьмы. Этот суеверный ужас им умудрилась внушить несчастная белка, погибшая и застрявшая в электропроводах как раз напротив одинокого дома Трейнор. Скелет животного, словно повисшая в воздухе пародия на беличье распятие, будет пугать ребятню, внушая им страх и отвращение к ни в чем не повинной старой женщине. Разве могли они знать, что забрасывая собачьими экскрементами окна и двери ее дома, они уже вколачивали последние гвозди в гроб той, кто некогда так нежно и беззаветно любил канадского гения? Как скажут позже историки, смерть Томаса Томсона стала для человечества трагедией, а история жизни Уинфред Трейнор — воплощением боли.
Лишь после ее смерти откроется, что у нее осталось 5 картин Томаса, которые она небрежно сбросила в корзину и хранила на чердаке, обернутыми в старые газеты. Казалось, что она так никогда и не простила его безвременный уход, будто считая себя преданной. Впрочем, она их и не продала, сохранив все до одной. Берегла эти сокровища, так и прожив в нищете, даже не проведя в дом горячую воду. А между тем, уже в 50-х годах даже самый маленький эскиз Томсона на аукционах стоил десятки тысяч долларов.
Сейчас вы наверняка задаетесь вопросом, так как же эта, в сущности, хрупкая и беззащитная женщина могла, по мнению исследователей, в 1917 году стать причиной смерти Тома Томсона?
Вероятнее всего, незадолго до своей гибели Томас и Виннифред оказались помолвлены, и на момент гибели своего возлюбленного Виннифред была от него беременна. По крайней мере, в 1969 году об этом уверенно заявила племянница Виннифред, хранящая, но так никогда и не обнародовавшая, переписку между своей тетей и Томасом. Она утверждала, что письма между ними содержали «неоспоримые доказательства того, что, Том и тетя были обручены».
Разумеется, о том, правда ли данная связь была более чем, платонической, сейчас уже точно не узнать, но, о своей любви к Томасу Виннинфред говорила его родным после гибели возлюбленного. Кажется, его смерть что-то безвозвратно разрушила в душе и сердце покинутой женщины, ибо уже в сентябре 1917 года многие, и в особенности родные Томаса, стали открыто называть ее сумасшедшей. Словно запертый в клетку лесной зверь, она дрожала всем телом, срываясь на плач и постоянно причитая о том, каким необыкновенно добрым и замечательным человеком был ее главный друг — Том.
Представьте ту отчаянную ситуацию, в которой она оказалась. Буквально за несколько дней до гибели Томсона, они еще планировали женитьбу и медовый месяц. И вдруг в одночасье, Винни превратилась во вдову, так и не ставшую невестой. Она потеряла человека, который был средоточием ее смысла жизни, осталась незамужней женщиной, беременной ребенком, зачатым вне закона. По требованию Джорджа Томсона, Марк Робинсон забирает из летнего дома Трейноров 33 картины Тома, и она не может ничем доказать, что это были его подарки. Позже она будет требовать от газет опровержения лжи о Томасе, которая стала появляться после его смерти в прессе. Попытается потребовать у отца Тома вернуть ей картины и отдать долю в имуществе погибшего сына. Но, тогда, в 1917 году женщина, оказавшаяся в таком положении, не могла ни на что претендовать. Родные Томсона отвернутся от нее, не захотев признать ее внебрачную связь. Им проще было объявить ее сумасшедшей. Впрочем, быть может, ее рассудок и вправду на время помутился, сломав внутри те главные стержни, что держат каркас души и веры.
Она никогда открыто не признавала, что беременна, но уже в конце сентября 1917 года неожиданно отправилась к «дальним родственникам» в Филадельфию, где пробыла до весны. Ходили упорные слухи, что это время она провела в«доме для незамужних женщин» где родила и покинула своего ребенка. Уже после ее смерти один из исследователей смог подтвердить эту информацию, но проследить историю оставленного младенца ему не удалось.
В Хантсвилл она уже вернулась совсем другим человеком, сломленным и опустошенным. Отныне больше никто не услышит ее звонкого смеха и ласкового слова, она никогда не посмотрит в сторону другого мужчины, и навеки останется старой девой. Ее и до того не блещущие вкусом наряды, теперь и вовсе приобретут исключительно оттенки черного и грязно-серого. Со временем она превратится в грузную, вечно угрюмую, сварливую женщину, с постоянно поджатыми в недовольстве губами. Идя по улице, будет тяжело шаркать ногами по мостовой, низко опустив голову. Ее характер изменится до не узнаваемости, теперь она станет воплощением вечного неодобрения и больше с ней никто не захочет иметь дело. А незадолго до смерти от местных мальчуганов Виннифред даже приобретет «звание» старой ведьмы. Этот суеверный ужас им умудрилась внушить несчастная белка, погибшая и застрявшая в электропроводах как раз напротив одинокого дома Трейнор. Скелет животного, словно повисшая в воздухе пародия на беличье распятие, будет пугать ребятню, внушая им страх и отвращение к ни в чем не повинной старой женщине. Разве могли они знать, что забрасывая собачьими экскрементами окна и двери ее дома, они уже вколачивали последние гвозди в гроб той, кто некогда так нежно и беззаветно любил канадского гения? Как скажут позже историки, смерть Томаса Томсона стала для человечества трагедией, а история жизни Уинфред Трейнор — воплощением боли.
Лишь после ее смерти откроется, что у нее осталось 5 картин Томаса, которые она небрежно сбросила в корзину и хранила на чердаке, обернутыми в старые газеты. Казалось, что она так никогда и не простила его безвременный уход, будто считая себя преданной. Впрочем, она их и не продала, сохранив все до одной. Берегла эти сокровища, так и прожив в нищете, даже не проведя в дом горячую воду. А между тем, уже в 50-х годах даже самый маленький эскиз Томсона на аукционах стоил десятки тысяч долларов.
Сейчас вы наверняка задаетесь вопросом, так как же эта, в сущности, хрупкая и беззащитная женщина могла, по мнению исследователей, в 1917 году стать причиной смерти Тома Томсона?
Страница 7 из 16
