— Когда вы впервые почувствовали желание съесть человека?
Добавить в моё избранное
6 мин, 46 сек 18736
— Я был физически слаб с самого рождения. Мои ноги были тощими как карандаши. А в первом классе я увидел мясистые бёдра моего соседа по парте и неожиданно подумал: «Ммм, вкусняшка». Но не в гомосексуальном смысле. В возрасте примерно 12 лет я стал буквально одержим американской актрисой Грейс Келли, это продолжалось несколько лет и положило начало моему страстному увлечению западным типом красоты. Прежде чем я успел это осознать, один вид высокой, румяной, здоровой женщины пробуждал во мне каннибальские фантазии.
Возможно, причина моего увлечения этим типом женщин заключается в том, что сам я всегда был маленьким и уродливым. Страдая комплексом неполноценности, я всегда выбирал людей, полностью мне противоположных. Вскоре у меня появилось желание укусить эту плоть — не убить и съесть, но хотя бы ощутить текстуру. Не то чтобы мне хотелось съесть человека каждый раз, когда я был голоден, не подумай. Но, знаешь, когда ты уже столько перепробовал, тебе уже бывает трудно утолить голод. Так что идея съесть девушку появилась у меня как форма сексуального желания. Забавно, да? Это, конечно, отличается от того, что ты чувствуешь, когда просто хочешь есть. Назовём это сексуальным аппетитом. Я захотел есть человеческую плоть, и я чувствовал, что если не буду эякулировать достаточно часто, моё странное желание будет становиться сильнее.
— Вы так долго сдерживали эту потребность, что, в конце концов, это вылилось в инцидент в Париже?
— Да, я приехал на учёбу в Париж, но моё желание не давало мне покоя. Почти каждый вечер я приводил домой проститутку с намерением выстрелить ей в спину, когда она наклонится над биде, чтобы подмыться. Я пытался нажать на курок, но каждый раз пальцы как будто примерзали к стволу. Так что в какой-то момент я уже не столько хотел съесть кого-то из них, сколько хотя бы завершить ритуал убийства. Я просто не мог нажать на курок — просто инстинктивно чувствовал, что как только прогремит выстрел, в ту же секунду этот мир вокруг меня, мир, в котором я живу, развалится на мелкие кусочки.
Спустя какое-то время, на одном из занятий в университете я заприметил девушку, которая впоследствии стала моей жертвой. Видишь ли, все француженки, которых я встречал до этого, были красивыми, но очень высокомерными — с ними у меня не было ни единого шанса. А эта девушка была такой доброй и открытой. Уже после убийства я узнал, что она была еврейкой, наверное, именно поэтому она мне понравилась, — я нашёл в ней родственную душу. Как бы то ни было, мы подружились. И вот однажды мы решили поужинать сукияки у меня дома. Когда она пошла помыть руки, я вспомнил, как подмывались в биде проститутки, и эти два образа наложились один на другой, — автоматически она стала участницей моего ритуала. С тех пор, каждый раз когда она приходила в гости, я целился ей в спину, когда она отворачивалась. Но всё равно не мог выстрелить.
Можешь представить себе, как хреново мне было — эта фантазия преследовала меня 32 года! Наконец, я в очередной раз пригласил эту девушку в гости, днём у меня поднялась температура, и я был слегка не в себе. Поэтому когда она отвернулась, я быстро прицелился и наконец спустил курок — осечка! Это так взбесило меня, теперь я просто обязан был её убить. Спустя какое-то время, я подкрался к ней, задержал дыхание, и выстрелил. Девушка умерла мгновенно и безболезненно — аутопсия показала, что мощности пистолета не хватило, чтобы пробить череп с другой стороны. На секунду у меня возник порыв вызвать скорую. Но потом я подумал, «Погоди-ка, не будь идиотом. Ты мечтал об этом 32 года, и вот это случилось!».
— И что же вы сделали?
— Сначала я надрезал её зад. Под кожей оказалось очень много жира, — он выглядел как кукуруза. Я потратил немало времени, чтобы добраться до мяса, поэтому мне сразу захотелось его попробовать. Я оторвал небольшой кусок прямо пальцами и съел. Для меня это был по-настоящему важный момент. Но не могу сказать, что я был в восторге от того, что режу мёртвое тело — мне до сих пор сложно вспоминать этот случай…
— Почему же «не в восторге»?
— Это, наверное, прозвучит странно, но убив её, я почувствовал, что потерял хорошего друга. Я даже на секунду пожалел о содеянном. Всё, чего я хотел — съесть её плоть. Никто мне не верит, но я вовсе не собирался её убивать, — я просто хотел знать, какая она на вкус. По сей день я думаю, что если бы мы провели чуть больше времени вместе, у меня бы просто не поднялась на неё рука. У меня всегда было много подруг, но каждая из них воспринималась мною как личность, я не мог проецировать на них свои фантазии, и уж тем более не мечтал их съесть. Поэтому я выбирал свою жертву среди проституток… Многие говорят, что я убил эту девушку, потому что любил её. Но с какой стати я бы стал убивать и есть человека, которого я люблю?
— Вы ели мясо сырым?
— Да, в основном. Сперва я вцепился в её ягодицы, с намерением прогрызть их насквозь, но это оказалось не так просто — человеческая кожа очень толстая.
Возможно, причина моего увлечения этим типом женщин заключается в том, что сам я всегда был маленьким и уродливым. Страдая комплексом неполноценности, я всегда выбирал людей, полностью мне противоположных. Вскоре у меня появилось желание укусить эту плоть — не убить и съесть, но хотя бы ощутить текстуру. Не то чтобы мне хотелось съесть человека каждый раз, когда я был голоден, не подумай. Но, знаешь, когда ты уже столько перепробовал, тебе уже бывает трудно утолить голод. Так что идея съесть девушку появилась у меня как форма сексуального желания. Забавно, да? Это, конечно, отличается от того, что ты чувствуешь, когда просто хочешь есть. Назовём это сексуальным аппетитом. Я захотел есть человеческую плоть, и я чувствовал, что если не буду эякулировать достаточно часто, моё странное желание будет становиться сильнее.
— Вы так долго сдерживали эту потребность, что, в конце концов, это вылилось в инцидент в Париже?
— Да, я приехал на учёбу в Париж, но моё желание не давало мне покоя. Почти каждый вечер я приводил домой проститутку с намерением выстрелить ей в спину, когда она наклонится над биде, чтобы подмыться. Я пытался нажать на курок, но каждый раз пальцы как будто примерзали к стволу. Так что в какой-то момент я уже не столько хотел съесть кого-то из них, сколько хотя бы завершить ритуал убийства. Я просто не мог нажать на курок — просто инстинктивно чувствовал, что как только прогремит выстрел, в ту же секунду этот мир вокруг меня, мир, в котором я живу, развалится на мелкие кусочки.
Спустя какое-то время, на одном из занятий в университете я заприметил девушку, которая впоследствии стала моей жертвой. Видишь ли, все француженки, которых я встречал до этого, были красивыми, но очень высокомерными — с ними у меня не было ни единого шанса. А эта девушка была такой доброй и открытой. Уже после убийства я узнал, что она была еврейкой, наверное, именно поэтому она мне понравилась, — я нашёл в ней родственную душу. Как бы то ни было, мы подружились. И вот однажды мы решили поужинать сукияки у меня дома. Когда она пошла помыть руки, я вспомнил, как подмывались в биде проститутки, и эти два образа наложились один на другой, — автоматически она стала участницей моего ритуала. С тех пор, каждый раз когда она приходила в гости, я целился ей в спину, когда она отворачивалась. Но всё равно не мог выстрелить.
Можешь представить себе, как хреново мне было — эта фантазия преследовала меня 32 года! Наконец, я в очередной раз пригласил эту девушку в гости, днём у меня поднялась температура, и я был слегка не в себе. Поэтому когда она отвернулась, я быстро прицелился и наконец спустил курок — осечка! Это так взбесило меня, теперь я просто обязан был её убить. Спустя какое-то время, я подкрался к ней, задержал дыхание, и выстрелил. Девушка умерла мгновенно и безболезненно — аутопсия показала, что мощности пистолета не хватило, чтобы пробить череп с другой стороны. На секунду у меня возник порыв вызвать скорую. Но потом я подумал, «Погоди-ка, не будь идиотом. Ты мечтал об этом 32 года, и вот это случилось!».
— И что же вы сделали?
— Сначала я надрезал её зад. Под кожей оказалось очень много жира, — он выглядел как кукуруза. Я потратил немало времени, чтобы добраться до мяса, поэтому мне сразу захотелось его попробовать. Я оторвал небольшой кусок прямо пальцами и съел. Для меня это был по-настоящему важный момент. Но не могу сказать, что я был в восторге от того, что режу мёртвое тело — мне до сих пор сложно вспоминать этот случай…
— Почему же «не в восторге»?
— Это, наверное, прозвучит странно, но убив её, я почувствовал, что потерял хорошего друга. Я даже на секунду пожалел о содеянном. Всё, чего я хотел — съесть её плоть. Никто мне не верит, но я вовсе не собирался её убивать, — я просто хотел знать, какая она на вкус. По сей день я думаю, что если бы мы провели чуть больше времени вместе, у меня бы просто не поднялась на неё рука. У меня всегда было много подруг, но каждая из них воспринималась мною как личность, я не мог проецировать на них свои фантазии, и уж тем более не мечтал их съесть. Поэтому я выбирал свою жертву среди проституток… Многие говорят, что я убил эту девушку, потому что любил её. Но с какой стати я бы стал убивать и есть человека, которого я люблю?
— Вы ели мясо сырым?
— Да, в основном. Сперва я вцепился в её ягодицы, с намерением прогрызть их насквозь, но это оказалось не так просто — человеческая кожа очень толстая.
Страница 1 из 2
