В 11 вечера 3 января 1935 года сотрудник городской государственной службы водоканала, Роберт Лейн, проезжая по 13-й улице Канзас-Сити, увидел, как, невзирая на январский холод (около +3о С), по улице быстрым шагом двигался полуголый мужчина, весь скудный гардероб которого состоял лишь из брюк, туфель и майки. Лейн, открывший было рот от изумления, неожиданно понял, что раздетый незнакомец машет ему рукой, прося остановиться.
Добавить в моё избранное
26 мин, 3 сек 4134
Это была все та же женщина, и она интересовалась у лифтера, не знает ли он, куда делся жилец номера 1026. Она возмущалась и говорила горячо, что «он ее вызвал по телефону, и она прибыла буквально сразу же. Так куда же он делся?». У лифтера на эти вопросы не было ответов, и он уехал, вызванный на другой этаж. А спустя примерно 30–40 минут ему пришлось опять подниматься на 10-ый. Это была та же проститутка, которая теперь хотела покинуть отель.
Примерно через час она опять вернулась в гостиницу, но уже в компании с мужчиной, и Блочер доставил их на 9-й этаж. А около 4.15 утра она вновь спустилась на лифте, уже насовсем в ту ночь покинув отель. Через 15 минут после ее ухода, с 9-го этажа спустился и тот самый мужчина, с которым пришла гулящая женщина. Он пожаловался лифтеру, что не может уснуть, и ушел куда-то в ночной город.
Разумеется, вся эта кутерьма с поездками путаны с одного этажа на другой может вовсе ничего не значить, и не иметь прямого отношения к странному мистеру Оуэну. В конце концов, ведь она упоминала 1026, а не 1046 номер. С другой стороны, эти числа очень созвучны, и, быть может, это именно он ее вызывал, но то ли случайно спутал номера, то ли умышленно отправил ее не туда, куда нужно.
По свидетельствам же Блочера, мужчина, с которым проститутка провела время в гостинице, был точно не Оуэн. Это был невысокий, ростом около 170 см, худощавый человек, одетый в светло-коричневое пальто, шляпу ему в тон, и коричневые же ботинки. А женщину трудно было назвать красоткой, она была щуплой и слишком вызывающе себя вела. Но, к сожалению, позже полиция, как ни силилась, так и не сумела ее найти, чтобы провести допрос и уточнить передвижения в ночь с 3 на 4 января.
Следующий известный контакт между мистером Оуэном и персоналом отеля произойдет ранним утром (около 7.00) в пятницу 4 января, когда, прибыв на работу, телефонный оператор гостиницы Делла Фергюсон, получит из номера 1046 странный звонок. В трубку кто-то тяжело дышал, но не говорил ни слова. Тщетно она старалась докричаться до человека на том конце провода, но, ответом ей было лишь молчание. Через 10 минут эта ситуация повторилась, и уже повергла женщину в полное недоумение. Причем, как стало ясно чуть позже, звонивший мало того, что совершал безмолвные звонки, в итоге он не положил трубку на рычаг. Поэтому, Делла обратилась к одному из работников отеля, чтобы в злополучную комнату кто-то сходил, узнал, в чем дело и вернул телефонную трубку на место.
В номер отправился коридорный Рэндольф Пропст, который опять заступил на дежурство.
Подойдя к двери уже знакомого ему постояльца, он увидел на ней табличку «Не беспокоить» однако, не ушел, а громко постучал в номер. Поначалу ему никто не ответил, и тогда он еще более настойчиво заколотил в дверь. Вскоре за ней послышались вздохи, а затем и сдавленное приглашение«Войдите». Но, обнадеженный коридорный, ринувшись открывать дверь, вдруг понял, что она заперта изнутри, и ему снова пришлось стучать. Однако, реакция постояльца на стук в виде громкой фразы «Включите свет!» привела его в полное замешательство. Как Рэндольф мог включить свет в номере, если он находился в коридоре?«Вероятно, он пьян!» осенило Пропста, и тот принялся пуще прежнего колотить в дверь странного номера. Наконец, через 7 или 8 попыток, он отчаялся пробраться внутрь, и просто прокричал через дверь, чтобы телефонную трубку положили на место. Не получив никакого ответа, коридорный спустился в вестибюль гостиницы, рассказав Делле Фергюсон о своих злоключениях с номером 1046, и описал жильца, как совершенно пьяного человека, от которого невозможно чего-либо добиться. Вместе они придут к выводу, что, если через час не произойдет каких-либо изменений, в номер отправится кто-то еще.
Около 8.30 Делла Фергюсон, отметив, что телефон номера 1046 все также продолжает быть нерабочим, отправила туда посыльного Харольда Пайка, чтобы он наконец решил этот вопрос. Пайк также обнаружил дверь номера запертой снаружи, и не долго думая, открыл ее собственным ключом.
С тщательно задернутыми шторами, комната пребывала в полумраке, но свет из коридора позволял Харольду разглядеть ее постояльца. Мистер Оуэн, абсолютно голый, лежал на постели в смятых простынях, и, очевидно, спал глубоким сном хмельного человека. Телефонная трубка действительно валялась на полу, и Пайк, тихо положив ее на рычаг, не оглядываясь по сторонам, постарался быстро покинуть номер, тихо закрыв за собою дверь.
Вернувшись к руководству, он расскажет, что жилец номера 1046, вероятно, пьян, и ожидать от него в ближайшее время адекватных действий не приходится.
Но, через пару часов, примерно в 10.30–10.45 этого же дня, другой телефонный оператор гостиницы, Бетти Коул, заметила, что трубка телефона номера 1046 была снова снята с рычага. Около 11.00 решить эту проблему вновь отправился Рэндольф Пропст, который подойдя к входной двери номера все также заметил на ней табличку «Не входить».
Примерно через час она опять вернулась в гостиницу, но уже в компании с мужчиной, и Блочер доставил их на 9-й этаж. А около 4.15 утра она вновь спустилась на лифте, уже насовсем в ту ночь покинув отель. Через 15 минут после ее ухода, с 9-го этажа спустился и тот самый мужчина, с которым пришла гулящая женщина. Он пожаловался лифтеру, что не может уснуть, и ушел куда-то в ночной город.
Разумеется, вся эта кутерьма с поездками путаны с одного этажа на другой может вовсе ничего не значить, и не иметь прямого отношения к странному мистеру Оуэну. В конце концов, ведь она упоминала 1026, а не 1046 номер. С другой стороны, эти числа очень созвучны, и, быть может, это именно он ее вызывал, но то ли случайно спутал номера, то ли умышленно отправил ее не туда, куда нужно.
По свидетельствам же Блочера, мужчина, с которым проститутка провела время в гостинице, был точно не Оуэн. Это был невысокий, ростом около 170 см, худощавый человек, одетый в светло-коричневое пальто, шляпу ему в тон, и коричневые же ботинки. А женщину трудно было назвать красоткой, она была щуплой и слишком вызывающе себя вела. Но, к сожалению, позже полиция, как ни силилась, так и не сумела ее найти, чтобы провести допрос и уточнить передвижения в ночь с 3 на 4 января.
Следующий известный контакт между мистером Оуэном и персоналом отеля произойдет ранним утром (около 7.00) в пятницу 4 января, когда, прибыв на работу, телефонный оператор гостиницы Делла Фергюсон, получит из номера 1046 странный звонок. В трубку кто-то тяжело дышал, но не говорил ни слова. Тщетно она старалась докричаться до человека на том конце провода, но, ответом ей было лишь молчание. Через 10 минут эта ситуация повторилась, и уже повергла женщину в полное недоумение. Причем, как стало ясно чуть позже, звонивший мало того, что совершал безмолвные звонки, в итоге он не положил трубку на рычаг. Поэтому, Делла обратилась к одному из работников отеля, чтобы в злополучную комнату кто-то сходил, узнал, в чем дело и вернул телефонную трубку на место.
В номер отправился коридорный Рэндольф Пропст, который опять заступил на дежурство.
Подойдя к двери уже знакомого ему постояльца, он увидел на ней табличку «Не беспокоить» однако, не ушел, а громко постучал в номер. Поначалу ему никто не ответил, и тогда он еще более настойчиво заколотил в дверь. Вскоре за ней послышались вздохи, а затем и сдавленное приглашение«Войдите». Но, обнадеженный коридорный, ринувшись открывать дверь, вдруг понял, что она заперта изнутри, и ему снова пришлось стучать. Однако, реакция постояльца на стук в виде громкой фразы «Включите свет!» привела его в полное замешательство. Как Рэндольф мог включить свет в номере, если он находился в коридоре?«Вероятно, он пьян!» осенило Пропста, и тот принялся пуще прежнего колотить в дверь странного номера. Наконец, через 7 или 8 попыток, он отчаялся пробраться внутрь, и просто прокричал через дверь, чтобы телефонную трубку положили на место. Не получив никакого ответа, коридорный спустился в вестибюль гостиницы, рассказав Делле Фергюсон о своих злоключениях с номером 1046, и описал жильца, как совершенно пьяного человека, от которого невозможно чего-либо добиться. Вместе они придут к выводу, что, если через час не произойдет каких-либо изменений, в номер отправится кто-то еще.
Около 8.30 Делла Фергюсон, отметив, что телефон номера 1046 все также продолжает быть нерабочим, отправила туда посыльного Харольда Пайка, чтобы он наконец решил этот вопрос. Пайк также обнаружил дверь номера запертой снаружи, и не долго думая, открыл ее собственным ключом.
С тщательно задернутыми шторами, комната пребывала в полумраке, но свет из коридора позволял Харольду разглядеть ее постояльца. Мистер Оуэн, абсолютно голый, лежал на постели в смятых простынях, и, очевидно, спал глубоким сном хмельного человека. Телефонная трубка действительно валялась на полу, и Пайк, тихо положив ее на рычаг, не оглядываясь по сторонам, постарался быстро покинуть номер, тихо закрыв за собою дверь.
Вернувшись к руководству, он расскажет, что жилец номера 1046, вероятно, пьян, и ожидать от него в ближайшее время адекватных действий не приходится.
Но, через пару часов, примерно в 10.30–10.45 этого же дня, другой телефонный оператор гостиницы, Бетти Коул, заметила, что трубка телефона номера 1046 была снова снята с рычага. Около 11.00 решить эту проблему вновь отправился Рэндольф Пропст, который подойдя к входной двери номера все также заметил на ней табличку «Не входить».
Страница 3 из 8
