Не бандиты и не убийцы, они не совершают громких преступлений, о которых трубят газеты. Но по статистике их жертвой хотя бы раз в жизни становился каждый четвертый житель крупного российского города. Они всегда рядом: в транспорте, на рынке, в магазине и даже в театре. Это воры-карманники.
Добавить в моё избранное
12 мин, 30 сек 11613
При этом сыщик отдал горевавшей бабушке десятку из собственного кармана, сказав: «Она-то в чем виновата?».
Люди малосведущие ошибочно полагают, что воры-карманники низко стоят в иерархии преступного мира. Это не так. Карманники были и остаются в ней наиболее авторитетными людьми. Именно из их рядов вышло большинство криминальных «генералов» — так называемых воров в законе.
В начале XX века кузницей воровских кадров был Санкт-Петербург. Именно там жили вошедшие в историю криминалистики карманники Пузан (Макаров), Сонька Золотая Ручка (Шейндлю Соломониак), Инженер (Полонский). На закате советской эпохи самыми умелыми и опасными ворами сыщики МУРа считали касту старых московских карманников: Балду, Пашу Цируля, Пигалицу, Савоську. Эти люди начинали свою преступную деятельность в военные и послевоенные годы и не изменяли своей профессии вплоть до начала 90-х.
Муровцы рассказали нам такую байку об известном воре Паше Цируле. После одного из задержаний Цируль, пораженный мастерством своих противников, решил подарить милиционерам свои «Жигули». Те машину, правда, не взяли. По словам сыщиков, в прежние времена у воров к «конторе» было больше почтения. Преступники никогда не обижались на милиционеров за то, что те их задерживали, и почти никогда не оказывали сопротивления. Борьба между карманниками и сыщиками напоминала настоящие интеллектуальные поединки. Сейчас все по-другому.«Мы теперь даже оружие постоянно носим, — говорят сыщики с досадой, — уважения друг к другу не стало. Нередки случаи, когда возьмешь вора, а его подельники отбивать начинают. Какой уж тут интеллект, того и гляди пришибут или порежут!».
Один из сыщиков, показывая нам на карманника, идущего за женщиной по рынку у одного из столичных вокзалов, заметил: «Разве это воры, ты посмотри, что он делает, он же не ворует — отнимает, рвет внаглую. Нахватались верхов, а толком и» откупиться«(украсть) без» запала«(провала) не могут. Да им это и не надо. Все сплошь — наркоманы, им лишь бы на дозу украсть, а как — неважно.» Офоршмачили«(загубили) всю профессию. Вот раньше были воры…».
Ныне покойный Владимир Щербаков по кличке Пигалица был одним из самых известных московских карманников. Из 73 лет жизни 52 года он провел за решеткой. Корреспондент «Итогов» не раз встречался с этим человеком и слушал истории о вечной дуэли сыщиков и воров.
— Тогда работать было сложно — в МУРе карманными кражами занимались опытнейшие оперативники Овчинников, Вуль (впоследствии начальник МУРа), Казик. Но самым-самым из них был Симаков, возглавлявший отдел по борьбе с карманными кражами, в него даже стреляли в 53-м. Он был одним из так называемых карманных сыщиков, которые знали очень много о нашей технике и все делали так, чтобы «клевало». Симаков, мы его звали Симак, например, приходил на Ржевский (ныне Рижский) вокзал, брал кисть, ведро и как маляр в комбинезоне там ходил. Местные-то все знали его — «Симак идет» — и старались на глаза ему не попадаться, а«прилет» — приезжие-то не знают и попадаются. Идет себе Симак, в карман деньги положит — как будто маляру за работу заплатили, и дает себя«купить» например, в трамвае. Деньги вытащат, а тут трамвай останавливают и всех просят выйти, а на выходе ловят. Привозят на Петровку, Симак комбинезон снимает и говорит:«Ты знаешь, кто я! Слышал такого Симакова?» Симаков знал многих из нас в лицо, но и мы его знали — кого-то он брал, кто-то про него слышал от старших. Симаков был натуральный сыщик. Не те, которые сейчас подделываются под сыщиков, а сами ничего собой не представляют. Симак — тот был изобретатель. Бывало, брал торбу большую, одевался как колхозник, а деньги клал прямо в торбу — в открытую. Его«покупали» и«колхозник» начинал причитать: вот, мол, украли последнее — дом продал, на что теперь жить. Это был сигнал, что сработало, и при выходе из транспорта воров ловили.
— Расскажите, как работают карманники?
— Это зависит от карманника — какой на что способен. Есть карманник не карманник, а так себе, а есть специалисты высокого класса — «писаки». Глупости говорят, что «писаки» работали отточенной монетой. В мое время были бритвы«Стандарт» — вот они были вообще незаменимы: резали хорошо, не рвали.«Писаки» — это особая категория. Были те, которые вытаскивали из сумок«на бубенцах» — знаешь, были такие женские сумки с застежками, как открываешь, они щелкают. Вот ее коленом прижмешь, и порядок — щелчка не слышно.
— Когда была ваша первая кража?
— Мне было 10 лет. Это было в зеленной лавке в Марьиной Роще. Я вытащил у женщины 10 или 12 рублей. И вот с тех пор меня и затянуло в эту жизнь.
Владимир Александрович Мартиросов — подполковник милиции, начальник отделения отдела оперативно-сыскных групп Московского уголовного розыска. В подразделении служит 23 года. Лично принимал участие в задержаниях таких известных воров, как Паша Цируль, Савоська, Витюшка, Шкаф, Лентяй, Балда. Родился и вырос в Кисловодске.
Люди малосведущие ошибочно полагают, что воры-карманники низко стоят в иерархии преступного мира. Это не так. Карманники были и остаются в ней наиболее авторитетными людьми. Именно из их рядов вышло большинство криминальных «генералов» — так называемых воров в законе.
В начале XX века кузницей воровских кадров был Санкт-Петербург. Именно там жили вошедшие в историю криминалистики карманники Пузан (Макаров), Сонька Золотая Ручка (Шейндлю Соломониак), Инженер (Полонский). На закате советской эпохи самыми умелыми и опасными ворами сыщики МУРа считали касту старых московских карманников: Балду, Пашу Цируля, Пигалицу, Савоську. Эти люди начинали свою преступную деятельность в военные и послевоенные годы и не изменяли своей профессии вплоть до начала 90-х.
Муровцы рассказали нам такую байку об известном воре Паше Цируле. После одного из задержаний Цируль, пораженный мастерством своих противников, решил подарить милиционерам свои «Жигули». Те машину, правда, не взяли. По словам сыщиков, в прежние времена у воров к «конторе» было больше почтения. Преступники никогда не обижались на милиционеров за то, что те их задерживали, и почти никогда не оказывали сопротивления. Борьба между карманниками и сыщиками напоминала настоящие интеллектуальные поединки. Сейчас все по-другому.«Мы теперь даже оружие постоянно носим, — говорят сыщики с досадой, — уважения друг к другу не стало. Нередки случаи, когда возьмешь вора, а его подельники отбивать начинают. Какой уж тут интеллект, того и гляди пришибут или порежут!».
Один из сыщиков, показывая нам на карманника, идущего за женщиной по рынку у одного из столичных вокзалов, заметил: «Разве это воры, ты посмотри, что он делает, он же не ворует — отнимает, рвет внаглую. Нахватались верхов, а толком и» откупиться«(украсть) без» запала«(провала) не могут. Да им это и не надо. Все сплошь — наркоманы, им лишь бы на дозу украсть, а как — неважно.» Офоршмачили«(загубили) всю профессию. Вот раньше были воры…».
Ныне покойный Владимир Щербаков по кличке Пигалица был одним из самых известных московских карманников. Из 73 лет жизни 52 года он провел за решеткой. Корреспондент «Итогов» не раз встречался с этим человеком и слушал истории о вечной дуэли сыщиков и воров.
— Тогда работать было сложно — в МУРе карманными кражами занимались опытнейшие оперативники Овчинников, Вуль (впоследствии начальник МУРа), Казик. Но самым-самым из них был Симаков, возглавлявший отдел по борьбе с карманными кражами, в него даже стреляли в 53-м. Он был одним из так называемых карманных сыщиков, которые знали очень много о нашей технике и все делали так, чтобы «клевало». Симаков, мы его звали Симак, например, приходил на Ржевский (ныне Рижский) вокзал, брал кисть, ведро и как маляр в комбинезоне там ходил. Местные-то все знали его — «Симак идет» — и старались на глаза ему не попадаться, а«прилет» — приезжие-то не знают и попадаются. Идет себе Симак, в карман деньги положит — как будто маляру за работу заплатили, и дает себя«купить» например, в трамвае. Деньги вытащат, а тут трамвай останавливают и всех просят выйти, а на выходе ловят. Привозят на Петровку, Симак комбинезон снимает и говорит:«Ты знаешь, кто я! Слышал такого Симакова?» Симаков знал многих из нас в лицо, но и мы его знали — кого-то он брал, кто-то про него слышал от старших. Симаков был натуральный сыщик. Не те, которые сейчас подделываются под сыщиков, а сами ничего собой не представляют. Симак — тот был изобретатель. Бывало, брал торбу большую, одевался как колхозник, а деньги клал прямо в торбу — в открытую. Его«покупали» и«колхозник» начинал причитать: вот, мол, украли последнее — дом продал, на что теперь жить. Это был сигнал, что сработало, и при выходе из транспорта воров ловили.
— Расскажите, как работают карманники?
— Это зависит от карманника — какой на что способен. Есть карманник не карманник, а так себе, а есть специалисты высокого класса — «писаки». Глупости говорят, что «писаки» работали отточенной монетой. В мое время были бритвы«Стандарт» — вот они были вообще незаменимы: резали хорошо, не рвали.«Писаки» — это особая категория. Были те, которые вытаскивали из сумок«на бубенцах» — знаешь, были такие женские сумки с застежками, как открываешь, они щелкают. Вот ее коленом прижмешь, и порядок — щелчка не слышно.
— Когда была ваша первая кража?
— Мне было 10 лет. Это было в зеленной лавке в Марьиной Роще. Я вытащил у женщины 10 или 12 рублей. И вот с тех пор меня и затянуло в эту жизнь.
Владимир Александрович Мартиросов — подполковник милиции, начальник отделения отдела оперативно-сыскных групп Московского уголовного розыска. В подразделении служит 23 года. Лично принимал участие в задержаниях таких известных воров, как Паша Цируль, Савоська, Витюшка, Шкаф, Лентяй, Балда. Родился и вырос в Кисловодске.
Страница 3 из 4
