Моня Эльсон — один из самых известных российских криминальных лидеров на американской земле 1990-х годов. Еще до того, как в Америке появился знаменитый Япончик, Моня уже завоевал здесь значительную часть криминального бизнеса, сумев выжить в отчаянной войне бандитских группировок русских бандитов в Нью-Йорке.
Добавить в моё избранное
14 мин, 43 сек 11681
Пагано собирал с наших бензинщиков дань, получая для клана по центу с каждого галлона горючего, который его «русские» партнеры продавали в обход налогов. Когда ему доложили о намерении убить Моню Эльсона, Пагано якобы назвал заговорщиков дураками и категорически запретил им это, чтобы не ссориться с«русскими».
На одном из этапов войны влиятельный вор в законе из, бывшей советской Армении, Рафик Багдасарян по кличке Сво, попытался вмешаться в отношения Найфельда и Эльсона, хлопоча за Найфельда. Но даже его вмешательство не помогло остановить эту войну.
27 июля 1993 года на Моню Эльсона, его жену Марину и племянника Олега Запивакина, выполнявшего роль телохранителя было совершено покушение. Криминальный авторитет вез из Манхеттена в Бруклин партию часов и ювелирных изделий на $300 тыс. Когда они выходили из машины напротив своего дома, рядом резко затормозил бежевый Oldsmobile. В машине сидели участники известной группировки рэкетиров и убийц Алика Магадана. Был сам Магадан, Борис Григорьев, Вячеслав Константиновский и Юрий Тарасенко. Они приехали выполнить заказ на убийство Мони Эльсона, который поступил от Найфельда.
За рулем машины находился Вячеслав Константиновский, справа от него сидел Борис Григорьев, сзади лежал Алик Магадан с автоматом, заряженным дробью. Магадан начал стрелять. Дробь попала Моне в спину. Моня подбежал, лег, укрылся за мусорными баками вместе с женой Мариной. Олегу Запивакину попало в живот. Тоже дробью. Но это была мелкая дробь, она только посекла и все. Потом Борис Григорьев выбежал из машины. Подбежал, выстрелил опять дробью в Марину. Череп дробь пробила. И когда он только прицелился, чтобы выстрелить в Моню, в него случайно попал Алик Магадан. Киллеры подхватили Григорьева, и рванули с места расстрела. Юра Тарасенко отвез его в госпиталь, после чего скрылся оттуда, выбив шлагбаум. Моня, Марина и Олег остались живы. Жена была тяжело ранена в голову.
Спустя несколько месяцев их племянник Олег Запивакин был убит. Моня решил больше не испытывать судьбу. Он отправился с женой в Италию, в город Фано, на побережье Адриатического моря. Там он основал мебельную импортно-экспортную фирму и завел дружбу с боссом московской гангстерской шайки, обосновавшимся в Северной Италии. Тем временем в 1994 году агенты Управления по борьбе с распространением наркотиков арестовали в Нью-Йорке Бориса Найфельда, куда ему пришлось приехать, чтобы обновить свой американский паспорт и повидаться с женой. После непродолжительного молчания он начал давать показания против Эльсона, и в марте 1995 года манхэттенское федеральное большое жюри предъявило ему обвинения в убийстве и торговле наркотиками.
Эльсон был арестован итальянской полицией, которая поначалу не хотела передавать его властям США, пока он не расскажет им все, что знает об отмывании «грязных» денег в Италии. Эльсон утверждал, что ничего не знает, поэтому итальянские власти продолжали держать его в тюрьме. Через год итальянцы стали угрожать, что арестуют его жену, если он не заговорит. Но Эльсон продолжал молчать, и Мария тоже попала за решетку. Они просидели в тюрьме еще пять месяцев, но потом итальянцы, вероятно, поняв, что вытянуть из Мони признаний им не удастся, выпустили из тюрьмы Марию, а Эльсона передали Соединенным Штатам.
В 2001 году, аккурат к своему 50-летию, Эльсон был приговорен к восьми годам заключения, но вышел на свободу уже в 2002-м (под надзор полиции), отсидев семь лет (срок ему считался с момента ареста в Италии). Столь незначительный срок Кишиневский, которому грозило пожизненное заключение, получил благодаря тому, что частично признал свою вину. Кроме того, судья учел и то, что жертвы Мони были отпетыми уголовниками.
В середине 2000-х годов Моня Эльсон встречается с авторитетом из группировки Алика Магадана — Ройтманом. Их встреча происходит в аэропорту Нью-Йорка, и они вместе летят из Нью-Йорка в Вену. В самолете Моня предлагает Ройтману убийство братьев Константиновских, которые покушались на Моню, и которые кинули Ройтмана. То есть их интересы в убийстве совпали. Далее разрабатывается схема убийства Вячеслава Константиновского. Его должен был убить из снайперской винтовки лидер банды киллеров Дима Пиня.
Константиновские к тому времени жили уже в Киеве, и имели здесь крупный бизнес. Пиня взял задаток в 50 тысяч долларов. Но не учли Моня и Ройтман того, что Пиня находится во вражеском лагере. Слава Константиновский изначально был в курсе заказа на свое убийство. Так что Славику ничего не угрожало. В курсе были и силовые структуры Америки.
Несостоявшийся убийца с самого начала писал своих заказчиков на аудиопленку. В ходе международного расследования украинским правоохранителям пришлось инсценировать для Эльсона убийство Вячеслава Константиновского. Поверив в то, что часть заказа выполнена, Эльсон в приехал в один из торговых центров Бруклина с $30 тыс. Он должен был передать их киевским киллерам через посредника по имени Гена.
На одном из этапов войны влиятельный вор в законе из, бывшей советской Армении, Рафик Багдасарян по кличке Сво, попытался вмешаться в отношения Найфельда и Эльсона, хлопоча за Найфельда. Но даже его вмешательство не помогло остановить эту войну.
27 июля 1993 года на Моню Эльсона, его жену Марину и племянника Олега Запивакина, выполнявшего роль телохранителя было совершено покушение. Криминальный авторитет вез из Манхеттена в Бруклин партию часов и ювелирных изделий на $300 тыс. Когда они выходили из машины напротив своего дома, рядом резко затормозил бежевый Oldsmobile. В машине сидели участники известной группировки рэкетиров и убийц Алика Магадана. Был сам Магадан, Борис Григорьев, Вячеслав Константиновский и Юрий Тарасенко. Они приехали выполнить заказ на убийство Мони Эльсона, который поступил от Найфельда.
За рулем машины находился Вячеслав Константиновский, справа от него сидел Борис Григорьев, сзади лежал Алик Магадан с автоматом, заряженным дробью. Магадан начал стрелять. Дробь попала Моне в спину. Моня подбежал, лег, укрылся за мусорными баками вместе с женой Мариной. Олегу Запивакину попало в живот. Тоже дробью. Но это была мелкая дробь, она только посекла и все. Потом Борис Григорьев выбежал из машины. Подбежал, выстрелил опять дробью в Марину. Череп дробь пробила. И когда он только прицелился, чтобы выстрелить в Моню, в него случайно попал Алик Магадан. Киллеры подхватили Григорьева, и рванули с места расстрела. Юра Тарасенко отвез его в госпиталь, после чего скрылся оттуда, выбив шлагбаум. Моня, Марина и Олег остались живы. Жена была тяжело ранена в голову.
Спустя несколько месяцев их племянник Олег Запивакин был убит. Моня решил больше не испытывать судьбу. Он отправился с женой в Италию, в город Фано, на побережье Адриатического моря. Там он основал мебельную импортно-экспортную фирму и завел дружбу с боссом московской гангстерской шайки, обосновавшимся в Северной Италии. Тем временем в 1994 году агенты Управления по борьбе с распространением наркотиков арестовали в Нью-Йорке Бориса Найфельда, куда ему пришлось приехать, чтобы обновить свой американский паспорт и повидаться с женой. После непродолжительного молчания он начал давать показания против Эльсона, и в марте 1995 года манхэттенское федеральное большое жюри предъявило ему обвинения в убийстве и торговле наркотиками.
Эльсон был арестован итальянской полицией, которая поначалу не хотела передавать его властям США, пока он не расскажет им все, что знает об отмывании «грязных» денег в Италии. Эльсон утверждал, что ничего не знает, поэтому итальянские власти продолжали держать его в тюрьме. Через год итальянцы стали угрожать, что арестуют его жену, если он не заговорит. Но Эльсон продолжал молчать, и Мария тоже попала за решетку. Они просидели в тюрьме еще пять месяцев, но потом итальянцы, вероятно, поняв, что вытянуть из Мони признаний им не удастся, выпустили из тюрьмы Марию, а Эльсона передали Соединенным Штатам.
В 2001 году, аккурат к своему 50-летию, Эльсон был приговорен к восьми годам заключения, но вышел на свободу уже в 2002-м (под надзор полиции), отсидев семь лет (срок ему считался с момента ареста в Италии). Столь незначительный срок Кишиневский, которому грозило пожизненное заключение, получил благодаря тому, что частично признал свою вину. Кроме того, судья учел и то, что жертвы Мони были отпетыми уголовниками.
В середине 2000-х годов Моня Эльсон встречается с авторитетом из группировки Алика Магадана — Ройтманом. Их встреча происходит в аэропорту Нью-Йорка, и они вместе летят из Нью-Йорка в Вену. В самолете Моня предлагает Ройтману убийство братьев Константиновских, которые покушались на Моню, и которые кинули Ройтмана. То есть их интересы в убийстве совпали. Далее разрабатывается схема убийства Вячеслава Константиновского. Его должен был убить из снайперской винтовки лидер банды киллеров Дима Пиня.
Константиновские к тому времени жили уже в Киеве, и имели здесь крупный бизнес. Пиня взял задаток в 50 тысяч долларов. Но не учли Моня и Ройтман того, что Пиня находится во вражеском лагере. Слава Константиновский изначально был в курсе заказа на свое убийство. Так что Славику ничего не угрожало. В курсе были и силовые структуры Америки.
Несостоявшийся убийца с самого начала писал своих заказчиков на аудиопленку. В ходе международного расследования украинским правоохранителям пришлось инсценировать для Эльсона убийство Вячеслава Константиновского. Поверив в то, что часть заказа выполнена, Эльсон в приехал в один из торговых центров Бруклина с $30 тыс. Он должен был передать их киевским киллерам через посредника по имени Гена.
Страница 4 из 5
