Он очень хотел выглядеть респектабельным и обеспеченным человеком, а не бывшим торчком и мелким уличным дилером, каким его когда-то запечатлел объектив фотографа из полицейского участка. Поэтому в 1977 году крупнейший наркобарон Гарлема Лерое Барнсе по прозвищу «Ники» сам согласился сняться для газеты, дабы избежать публикации фотографии сделанной во время ареста, которая ему очень не нравилась.
Добавить в моё избранное
9 мин, 10 сек 13721
Ники Барнс оказался талантливым учеником и дело пошло дальше задушевных разговоров в тюремном дворике. Выйдя на свободу Галло привлек своего адвоката к делу Барнса, который быстро нашел многочисленные процессуальные нарушения. В результате дело пересмотрели и вскоре Барнс покинул стены тюрьмы и вернулся в Нью-Йорк.
После освобождения Барнс решил воспользоваться полученными знаниями и начал строить бизнес по примеру итальянских преступных семей. Идеи Лаки Лучано легли на благодатную почву и вскоре в Гарлеме появилась преступная организация называемая «Совет». Совет решал все вопросы связанные с закупками и торговлей, а так же разруливал сложные и конфликтные ситуации. Отныне это были не разрозненные банды ведущие борьбу за передел рынка, а мощная организация со своими законами и правилами построенная по корпоративному принципу.
В руководство Совета входило семь человек: сам Барнс, Джозеф Хэйден, Уоллес Райс, Томас Форман, Ишмаель Муххамед, Фрэнк Джеймс и Гай Фишер. Общий годовой доход членов Совета составлял более 70 млн. долларов. Половина из них, как и Бранс, были бывшими наркозависимыми и поднялись с самого дна. Благодаря такому опыту они отлично понимали, что нужно потребителям. А нужен был качественный товар. Много качественного товара. И они могли его дать, неплохо заработав на продаже. В Гарлеме они стали чем-то типа суперзвезд. Они были молоды, успешны, влиятельны и очень богаты. Все хотели быть с ними знакомы, все хотели быть похожими на них.
Джо Галло так и не успел получить дивиденды от своего черного ученика. 7 апреля 1972-го, через год с небольшим после выхода из тюрьмы, он отмечал свой 43-й день рождения. В 4 часа утра он с компанией зашел в ресторан Umberto«s Clam House на Малбери-стрит в Маленькой Италии, где и был застрелен. Это было ответом на покушение на мафиозного босса Джо Коломбо, которое было организовано Галло. Исполнителем стал мелкий черный воришка и сутенер Джером Джонсон, который был застрелен охранниками Коломбо.»
В 1974 году благодаря Совету в Нью-Йорке стартует Гарлемская неделя — культурное мероприятие, которое с тех пор проводится ежегодно. Совет раздавал индеек на День благодарения, поздравлял детишек на Рождество, помогал сиротам и одиноким матерям. Одной рукой они вроде как помогали местным жителям и своему району, а другой убивали их и все больше вгоняли Гарлем в руины. В 1963 году лишь 3% черных мужчин живущих в США употребляли героин. В 1972 году таких стало 20%. Согласно исследованию Колумбийского университета в конце шестидесятых годов треть жителей каждого квартала Ист-Гарлема была героиновыми наркоманам.
Согласно исследованиям от 15 до 20% американских солдат употребляли героин во время службы во Вьетнаме. По возвращению домой их количество только увеличивалось. Этому способствовал перижитый на войне стресс, послевоенный синдром, отсутствие программ реабилитациии и экономическая ситуация в бывших крупных промышленных центрах ставших на рельсы деиндустриализации. За четыре года с 1970 по 1974 год количество героиновых наркоманов увеличилось вдвое: с 700 000 до 1,42 млн. Все это вело к огромному росту преступности, многочисленным смертям и разрушению жизней миллионов американцев. Нью-Йорк же стал лидером по количеству проблем связанных с наркотиками. В этом тоже была немалая заслуга Барнса.
Самое страшное, что государство даже примерно не представляло, что делать с этой внезапно возникшей проблемой. Ответом было закручивание гаек. С подачи тогдашнего губернатора штата Нельсона Рокфеллера в Нью-Йорке были введены самые жесткие антинаркотические законы в стране. За продажу двух унций (57 гр.) героина, кокаина, морфина, опиума и марихуанны, или хранения четырех унций (113 гр.) тех же наркотических веществ полагалось лишение свободы сроком от 15 лет до 25 лет. Принятые меры нельзя было назвать эффективным и количество наркозависимых с каждым годом только росло.
К 1976 году Барнс продавал наркотики далеко за пределами Гарлема. Рынком его сбыта был весь штат Нью-Йорк, соседняя Пенсильвания и даже Канада. В его подчинении находилось семь заместителей, каждый из которых контролировал дюжину дилеров среднего уровня, каждый из которых, в свою очередь, управлял не менее чем 40 уличными торговцами. Всего в процессе сбыта героина участвовала целая армия состоявшая из нескольких тысяч человек.
Сам Барнс вел роскошный образ жизни, регулярно посещал лучшие ночные клубы города и помимо жены имел несколько любовниц. Он любил броско и дорого одеваться. Его гардероб насчитывал 300 сшитых на заказ костюмов, 50 кожаных пальто и 100 пар обуви.
Барнс владел целым парком дорогих автомобилей. В его гараже было Бентли, довольно экзотический для Нью-Йорка Ситорен SM, Мазерати, Мерседес-Бенц 300 SEL, Линкольн Континенталь, несколько Кадиллаков и даже желтое Вольво. Чтобы исключить возможность конфискации их властями он создал целую сеть фиктивных компаний, которые якобы сдавали ему их в долгосрочную аренду (лиз).
После освобождения Барнс решил воспользоваться полученными знаниями и начал строить бизнес по примеру итальянских преступных семей. Идеи Лаки Лучано легли на благодатную почву и вскоре в Гарлеме появилась преступная организация называемая «Совет». Совет решал все вопросы связанные с закупками и торговлей, а так же разруливал сложные и конфликтные ситуации. Отныне это были не разрозненные банды ведущие борьбу за передел рынка, а мощная организация со своими законами и правилами построенная по корпоративному принципу.
В руководство Совета входило семь человек: сам Барнс, Джозеф Хэйден, Уоллес Райс, Томас Форман, Ишмаель Муххамед, Фрэнк Джеймс и Гай Фишер. Общий годовой доход членов Совета составлял более 70 млн. долларов. Половина из них, как и Бранс, были бывшими наркозависимыми и поднялись с самого дна. Благодаря такому опыту они отлично понимали, что нужно потребителям. А нужен был качественный товар. Много качественного товара. И они могли его дать, неплохо заработав на продаже. В Гарлеме они стали чем-то типа суперзвезд. Они были молоды, успешны, влиятельны и очень богаты. Все хотели быть с ними знакомы, все хотели быть похожими на них.
Джо Галло так и не успел получить дивиденды от своего черного ученика. 7 апреля 1972-го, через год с небольшим после выхода из тюрьмы, он отмечал свой 43-й день рождения. В 4 часа утра он с компанией зашел в ресторан Umberto«s Clam House на Малбери-стрит в Маленькой Италии, где и был застрелен. Это было ответом на покушение на мафиозного босса Джо Коломбо, которое было организовано Галло. Исполнителем стал мелкий черный воришка и сутенер Джером Джонсон, который был застрелен охранниками Коломбо.»
В 1974 году благодаря Совету в Нью-Йорке стартует Гарлемская неделя — культурное мероприятие, которое с тех пор проводится ежегодно. Совет раздавал индеек на День благодарения, поздравлял детишек на Рождество, помогал сиротам и одиноким матерям. Одной рукой они вроде как помогали местным жителям и своему району, а другой убивали их и все больше вгоняли Гарлем в руины. В 1963 году лишь 3% черных мужчин живущих в США употребляли героин. В 1972 году таких стало 20%. Согласно исследованию Колумбийского университета в конце шестидесятых годов треть жителей каждого квартала Ист-Гарлема была героиновыми наркоманам.
Согласно исследованиям от 15 до 20% американских солдат употребляли героин во время службы во Вьетнаме. По возвращению домой их количество только увеличивалось. Этому способствовал перижитый на войне стресс, послевоенный синдром, отсутствие программ реабилитациии и экономическая ситуация в бывших крупных промышленных центрах ставших на рельсы деиндустриализации. За четыре года с 1970 по 1974 год количество героиновых наркоманов увеличилось вдвое: с 700 000 до 1,42 млн. Все это вело к огромному росту преступности, многочисленным смертям и разрушению жизней миллионов американцев. Нью-Йорк же стал лидером по количеству проблем связанных с наркотиками. В этом тоже была немалая заслуга Барнса.
Самое страшное, что государство даже примерно не представляло, что делать с этой внезапно возникшей проблемой. Ответом было закручивание гаек. С подачи тогдашнего губернатора штата Нельсона Рокфеллера в Нью-Йорке были введены самые жесткие антинаркотические законы в стране. За продажу двух унций (57 гр.) героина, кокаина, морфина, опиума и марихуанны, или хранения четырех унций (113 гр.) тех же наркотических веществ полагалось лишение свободы сроком от 15 лет до 25 лет. Принятые меры нельзя было назвать эффективным и количество наркозависимых с каждым годом только росло.
К 1976 году Барнс продавал наркотики далеко за пределами Гарлема. Рынком его сбыта был весь штат Нью-Йорк, соседняя Пенсильвания и даже Канада. В его подчинении находилось семь заместителей, каждый из которых контролировал дюжину дилеров среднего уровня, каждый из которых, в свою очередь, управлял не менее чем 40 уличными торговцами. Всего в процессе сбыта героина участвовала целая армия состоявшая из нескольких тысяч человек.
Сам Барнс вел роскошный образ жизни, регулярно посещал лучшие ночные клубы города и помимо жены имел несколько любовниц. Он любил броско и дорого одеваться. Его гардероб насчитывал 300 сшитых на заказ костюмов, 50 кожаных пальто и 100 пар обуви.
Барнс владел целым парком дорогих автомобилей. В его гараже было Бентли, довольно экзотический для Нью-Йорка Ситорен SM, Мазерати, Мерседес-Бенц 300 SEL, Линкольн Континенталь, несколько Кадиллаков и даже желтое Вольво. Чтобы исключить возможность конфискации их властями он создал целую сеть фиктивных компаний, которые якобы сдавали ему их в долгосрочную аренду (лиз).
Страница 2 из 3
