Непредсказуемая судьба много раз могла оборвать жизнь молодого офицера-десантника Айрата Гимранова в горах Афгана. Все случилось по другому. Вместо геройской смерти ему выпало закончить жизнь в полной безвестности и изоляции в тюрьме на острове Огненный. В 2006 году Гимранов был осужден на пожизненное заключение. Его шеф Юрий Шутов, получивший с ним одинаковый приговор, недавно завершил свой жизненный путь в другом мрачном месте — соликамском «Белом лебеде».
Добавить в моё избранное
6 мин, 33 сек 4786
Другие специалисты, напротив, утверждают, что гимрановцы ни причем, а руководителем операции был другой криминальный знакомый Шутова — Сергей Зарипов. Истина, судя по всему, не будет никогда определена. Убийство Маневича числится в «висяках».
С предпринимателями все выходило крайне просто. Первый заказ на убийство дал Гимранову алко-бизнесмен Александр Алексеев. Он решил избавиться от своего партнера по бизнесу Дмитрия Тимохина. В мае 1998 года коммерческая структура осиротела на одного из своих руководителей. Сам заказчик пережил свою жертву ровно на 3 месяца. Его отправили на тот свет те же самые люди. В список жертв банды попал председатель совета директоров крупной промышленной фирмы НИАИ «Источник» Николай Болтовский.
Предприятие, располагавшееся на Петроградской стороне, занималось с первого взгляда безобидной разработкой и производством аккумуляторов и батарей, но, вероятно, этот бизнес оказался не менее выгодным, чем торговля водкой. Вообще убийства летом 1998 году исполнялись с пугающей регулярностью — раз в месяц. Май — Тимохин, июнь — Болтовский, июль — бизнесмен Алексей Здобин. В августе было подготовлено покушение сразу на 2-х бизнесменов, но в последний момент Гимранов не сошелся в цене с заказчиком. В сентябре был застрелен Александр Алексеев и совершено нападение на Владимира Тихонова.
Муниципальных чиновников Гимранов «убирал» другим способом. Для большей надежности использовалась взрывчатка. Первым ее действие на себе испытал начальник комитета по потребительскому рынку Санкт-Петербурга Евгений Огарев. Тротил был использован против другого высокопоставленного местного деятеля Дмитрия Филиппова. Бывший глава налоговой городской службы одновременно сидел в нескольких креслах — в банке«Менатеп» на Тобольском нефтехимическом заводе и в совете банкиров и промышленников Санкт-Петербурга. Радиоуправляемая мина была приведена в действие в октябре все того же«урожайного» на заказы 1998 года. Гимранов замахнулся даже на бывшего друга Шутова журналиста Александра Невзорова и директора Петербургской топливной компании Андрея Степанова, но не довел дело до конца.
Гимранов поддерживал дисциплину в своем коллективе жестокими наказаниями. За слишком длинный язык он лишил жизни члена группировки Владимира Федорова, предварительно подвергнув его пыткам. Группа собиралась на встречи в гаражах или в кафе «Оазис» на Мурманском шоссе. Помимо решения оперативных вопросов на этих сходках главарь присваивал членам банды новые клички и позывные. Для связи все использовали пейджеры. Тайники с оружием в обязательном порядке оборудовались минами-ловушками. Однако, со временем бдительность все же притупилась.
Сам главарь по подозрению в разбое и вымогательстве был вновь на 2 недели задержан. Оперативники к тому времени имели серьезные основания полагать, что ключ к раскрытию многих убийств находится в руках бывшего офицера. За ним и его приближенными началась тотальная слежка. Скоро она принесла результат. Два подчиненных бывшего десантника-разведчика прокололись во время телефонного разговора, затеяв перепалку о дележе денег за выполненный заказ.
Для того, чтобы пересчитать и сфотографировать всех членов банды милиционеры, как бы случайно, по другому поводу, нагрянули на очередную сходку в кафе «Оазис» и познакомились с будущими подследственными наяву. Последний заказ на депутата Госдумы Вячеслава Шевченко довести до конца не удалось. Приготовления велись с невиданным размахом. Поздней осенью было вскрыто асфальтовое полотно дороги на дачу жертвы и заложен мощный заряд. Как только начался следующий год количество улик перевалило за требуемый предел. Айрат Гимранов и еще 16 бандитов были арестованы.
Рядовым членам банды, возможно, правоохранители спасли жизнь. В ближайших планах Гимранова и его помощника Сергея Денисова было уничтожение всех своих коллег для длительного залегания на дно и надежного опускания концов в воду. К моменту ареста Гимранов располагал почти центнером тротила и 3-мя десятками единиц стрелкового оружия, что позволяло ему и подчиненным коммандос устроить маленькую войну в пределах Санкт-Петербурга.
Процесс над Гимрановым и Юрием Шутовым вошел в историю российского судопроизводства уникальным и пока единственным случаем. В новогоднюю ночь 2006 года один из подсудимых Виктор Соловцов скончался в «Крестах». Однако вершители правосудия не заметили его отсутствия на скамье подсудимых и приговорили его к 8 годам тюремного заключения посмертно. Судебные заседания тянулись одно за одним нескончаемо долго. За это время Айрат Гимранов напрочь забыл русский язык и потребовал себе переводчика на татарский. Тактика подсудимых и их адвокатов сводилась к искусственному затягиванию процесса. В феврале 2006 года для Айрата Гимранова все закончилось. Пожизненное заключение перечеркнуло остаток его жизни. В довесок его лишили заслуженного им на войне ордена.
С предпринимателями все выходило крайне просто. Первый заказ на убийство дал Гимранову алко-бизнесмен Александр Алексеев. Он решил избавиться от своего партнера по бизнесу Дмитрия Тимохина. В мае 1998 года коммерческая структура осиротела на одного из своих руководителей. Сам заказчик пережил свою жертву ровно на 3 месяца. Его отправили на тот свет те же самые люди. В список жертв банды попал председатель совета директоров крупной промышленной фирмы НИАИ «Источник» Николай Болтовский.
Предприятие, располагавшееся на Петроградской стороне, занималось с первого взгляда безобидной разработкой и производством аккумуляторов и батарей, но, вероятно, этот бизнес оказался не менее выгодным, чем торговля водкой. Вообще убийства летом 1998 году исполнялись с пугающей регулярностью — раз в месяц. Май — Тимохин, июнь — Болтовский, июль — бизнесмен Алексей Здобин. В августе было подготовлено покушение сразу на 2-х бизнесменов, но в последний момент Гимранов не сошелся в цене с заказчиком. В сентябре был застрелен Александр Алексеев и совершено нападение на Владимира Тихонова.
Муниципальных чиновников Гимранов «убирал» другим способом. Для большей надежности использовалась взрывчатка. Первым ее действие на себе испытал начальник комитета по потребительскому рынку Санкт-Петербурга Евгений Огарев. Тротил был использован против другого высокопоставленного местного деятеля Дмитрия Филиппова. Бывший глава налоговой городской службы одновременно сидел в нескольких креслах — в банке«Менатеп» на Тобольском нефтехимическом заводе и в совете банкиров и промышленников Санкт-Петербурга. Радиоуправляемая мина была приведена в действие в октябре все того же«урожайного» на заказы 1998 года. Гимранов замахнулся даже на бывшего друга Шутова журналиста Александра Невзорова и директора Петербургской топливной компании Андрея Степанова, но не довел дело до конца.
Гимранов поддерживал дисциплину в своем коллективе жестокими наказаниями. За слишком длинный язык он лишил жизни члена группировки Владимира Федорова, предварительно подвергнув его пыткам. Группа собиралась на встречи в гаражах или в кафе «Оазис» на Мурманском шоссе. Помимо решения оперативных вопросов на этих сходках главарь присваивал членам банды новые клички и позывные. Для связи все использовали пейджеры. Тайники с оружием в обязательном порядке оборудовались минами-ловушками. Однако, со временем бдительность все же притупилась.
Сам главарь по подозрению в разбое и вымогательстве был вновь на 2 недели задержан. Оперативники к тому времени имели серьезные основания полагать, что ключ к раскрытию многих убийств находится в руках бывшего офицера. За ним и его приближенными началась тотальная слежка. Скоро она принесла результат. Два подчиненных бывшего десантника-разведчика прокололись во время телефонного разговора, затеяв перепалку о дележе денег за выполненный заказ.
Для того, чтобы пересчитать и сфотографировать всех членов банды милиционеры, как бы случайно, по другому поводу, нагрянули на очередную сходку в кафе «Оазис» и познакомились с будущими подследственными наяву. Последний заказ на депутата Госдумы Вячеслава Шевченко довести до конца не удалось. Приготовления велись с невиданным размахом. Поздней осенью было вскрыто асфальтовое полотно дороги на дачу жертвы и заложен мощный заряд. Как только начался следующий год количество улик перевалило за требуемый предел. Айрат Гимранов и еще 16 бандитов были арестованы.
Рядовым членам банды, возможно, правоохранители спасли жизнь. В ближайших планах Гимранова и его помощника Сергея Денисова было уничтожение всех своих коллег для длительного залегания на дно и надежного опускания концов в воду. К моменту ареста Гимранов располагал почти центнером тротила и 3-мя десятками единиц стрелкового оружия, что позволяло ему и подчиненным коммандос устроить маленькую войну в пределах Санкт-Петербурга.
Процесс над Гимрановым и Юрием Шутовым вошел в историю российского судопроизводства уникальным и пока единственным случаем. В новогоднюю ночь 2006 года один из подсудимых Виктор Соловцов скончался в «Крестах». Однако вершители правосудия не заметили его отсутствия на скамье подсудимых и приговорили его к 8 годам тюремного заключения посмертно. Судебные заседания тянулись одно за одним нескончаемо долго. За это время Айрат Гимранов напрочь забыл русский язык и потребовал себе переводчика на татарский. Тактика подсудимых и их адвокатов сводилась к искусственному затягиванию процесса. В феврале 2006 года для Айрата Гимранова все закончилось. Пожизненное заключение перечеркнуло остаток его жизни. В довесок его лишили заслуженного им на войне ордена.
Страница 2 из 2
