Десять лет бандиты терроризировали Рязанскую область. Пока на их пути не встали сотрудники прокуратуры и милиции. История, случившаяся в Рязани, по большому счету интересна только своим финалом: убедительным разгромом организованных преступных группировок (ОПГ).
Добавить в моё избранное
8 мин, 33 сек 2558
В области, едва ли не единственной в России, оргпреступность фактически ликвидирована.
Десять лет бандиты терроризировали Рязанскую область. Пока на их пути не встали сотрудники прокуратуры и милиции.
История, случившаяся в Рязани, по большому счету интересна только своим финалом: убедительным разгромом организованных преступных группировок (ОПГ). В области, едва ли не единственной в России, оргпреступность фактически ликвидирована.
В других регионах, где довелось бывать, никто из правоохранителей, даже после громких побед над криминалом, не рискнул заявить: дескать, все — ОПГ у нас больше нет.
«Слоны» и«айрапеты».
Всего каких-то пару лет назад Рязань ничем не отличалась от прочих городов России. Этот наивный от сытости Запад думает, что самыми крупными останками Советского Союза управляют демократы. На самом деле в наших городах и весях уверенно и безнаказанно правят бандиты. Пока безнаказанно.
Рязанскую область поделили две крупные бандитские группировки — «слоновская» и«айрапетовская». Поделили в буквальном смысле: не было ни одного предприятия — коммерческого или государственного, — не платившего бы дань бандитам. Доходило до анекдотов. Парня, желавшего пополнить ряды рэкетиров, согласились принять лишь с условием, что он предъявит «точку» с которой будет кормиться.«Волонтер» неделю безуспешно рыскал по Рязани и области — не нашлось даже захудалого ларька, сельской бабки на базаре, кто бы не отстегивал«крыше».
Обе группировки насчитывали примерно по тысяче «штыков» и были практически поголовно великолепно вооружены: имелись не только пистолеты, помповые ружья и автоматы, но и гранатометы.
Этот богатый арсенал зря не ржавел: на рязанских улицах стреляли часто и метко. За каждой группировкой тянулся шлейф из сотен убийств. Луковский лес, прежде любимое место отдыха горожан, превратился в неофициальное кладбище: там бандиты пытали и убивали своих жертв. И закапывали.
Как водится, двум волчьим стаям в одном лесу стало тесно. Банда Слонов (названы так по кличке своего крупногабаритного главаря Вячеслава Ермолова, бывшего таксиста) в ноябре 1993 года устроили в баре «Сельмаш» бойню: пятеро автоматчиков в упор расстреляли руководящий состав«айрапетовской» группировки. Восемь убитых, десять раненых. Началась гангстерская война. Виктор Айрапетов (Витя Рязанский, чье имя носила группировка), опасаясь за жизнь, руководил своими нукерами из Москвы. Рязань превратилась в Чикаго 20-х годов прошлого века.
Бандитская оккупация застала Рязань (как и всю Россию) врасплох. Рекрутов в банды поставляли развалившиеся в одночасье фабрики и заводы. Вместо рабочих бригад молодежь вливалась в «бригады» криминальные, благо платили там от 500 долларов. Знаменитый рязанский«Сельмаш» снабжавший всю страну сеялками, веялками, овощеуборочными комплексами, стал гигантской дискотекой: из цеха выкинули станки и устроили танцзал. Его так и назвали — «На старом заводе». Кстати, именно в бывшем заводском клубе, переделанном в бар, и расстреляли «айрапетовцев».
Милиция формально «не замечала» существования оргпреступности. Сохранилась видеозапись, где бывший начальник УВД иронизирует: мол, какие-такие ОПГ? Мне преступники не докладывали о своей организованности.
И все же нашелся человек, рискнувший начать «антикриминальную революцию». Это был следователь областной прокуратуры по особо важным делам Дмитрий Плоткин. В основу своей работы он положил два принципа: первый — расследовать преступление следует, вопреки классическим правилам, идя от преступника ко всем его преступлениям; второй — против организованной банды должны работать не «следаки»-одиночки, а многочисленные (относительно) следственные группы. Хотя бы десяток человек. И такую команду Плоткин с офицерами УБОПа Александром Макаровым и Владимиром Цепковым (без их оперативной поддержки прокурорские задумки рисковали остаться в теории) сформировал.
Людей в свою бригаду Плоткин подбирал из прокуратуры и милиции лично. Помимо профессионализма, главным критерием была порядочность. Если человек чего-то не умеет — научим, рассудил он. Главное, чтобы не дрогнул от бандитских угроз или посулов.
В несговорчивости «рязанского Турецкого» и его людей бандиты убедились быстро. Оперативники перехватили разговор между«слонами»:
— У нас что, «бабла» для прокурорских нет? — удивлялись бандиты.
— Да хватает. Отслюнявим Плоткину любую сумму «зеленью» какую скажет. Не берет!
Тогда «важняка» Плоткина решили убить. Однако Дмитрия Матвеевича денно и нощно охраняли по три офицера СОБРа с автоматами. Связываться со спецназом«братва» не рискнула — это вам не лотки потрошить.
Сувенир для прокурора.
Та памятная бойня в баре «Сельмаша» принесла Дмитрию Плоткину первый«сувенир» гангстерской войны.«Слоны» стреляли, как в тире, уверенные в своей безнаказанности. И не заметили, как один из раненых«айрапетов» отполз под стол.
Десять лет бандиты терроризировали Рязанскую область. Пока на их пути не встали сотрудники прокуратуры и милиции.
История, случившаяся в Рязани, по большому счету интересна только своим финалом: убедительным разгромом организованных преступных группировок (ОПГ). В области, едва ли не единственной в России, оргпреступность фактически ликвидирована.
В других регионах, где довелось бывать, никто из правоохранителей, даже после громких побед над криминалом, не рискнул заявить: дескать, все — ОПГ у нас больше нет.
«Слоны» и«айрапеты».
Всего каких-то пару лет назад Рязань ничем не отличалась от прочих городов России. Этот наивный от сытости Запад думает, что самыми крупными останками Советского Союза управляют демократы. На самом деле в наших городах и весях уверенно и безнаказанно правят бандиты. Пока безнаказанно.
Рязанскую область поделили две крупные бандитские группировки — «слоновская» и«айрапетовская». Поделили в буквальном смысле: не было ни одного предприятия — коммерческого или государственного, — не платившего бы дань бандитам. Доходило до анекдотов. Парня, желавшего пополнить ряды рэкетиров, согласились принять лишь с условием, что он предъявит «точку» с которой будет кормиться.«Волонтер» неделю безуспешно рыскал по Рязани и области — не нашлось даже захудалого ларька, сельской бабки на базаре, кто бы не отстегивал«крыше».
Обе группировки насчитывали примерно по тысяче «штыков» и были практически поголовно великолепно вооружены: имелись не только пистолеты, помповые ружья и автоматы, но и гранатометы.
Этот богатый арсенал зря не ржавел: на рязанских улицах стреляли часто и метко. За каждой группировкой тянулся шлейф из сотен убийств. Луковский лес, прежде любимое место отдыха горожан, превратился в неофициальное кладбище: там бандиты пытали и убивали своих жертв. И закапывали.
Как водится, двум волчьим стаям в одном лесу стало тесно. Банда Слонов (названы так по кличке своего крупногабаритного главаря Вячеслава Ермолова, бывшего таксиста) в ноябре 1993 года устроили в баре «Сельмаш» бойню: пятеро автоматчиков в упор расстреляли руководящий состав«айрапетовской» группировки. Восемь убитых, десять раненых. Началась гангстерская война. Виктор Айрапетов (Витя Рязанский, чье имя носила группировка), опасаясь за жизнь, руководил своими нукерами из Москвы. Рязань превратилась в Чикаго 20-х годов прошлого века.
Бандитская оккупация застала Рязань (как и всю Россию) врасплох. Рекрутов в банды поставляли развалившиеся в одночасье фабрики и заводы. Вместо рабочих бригад молодежь вливалась в «бригады» криминальные, благо платили там от 500 долларов. Знаменитый рязанский«Сельмаш» снабжавший всю страну сеялками, веялками, овощеуборочными комплексами, стал гигантской дискотекой: из цеха выкинули станки и устроили танцзал. Его так и назвали — «На старом заводе». Кстати, именно в бывшем заводском клубе, переделанном в бар, и расстреляли «айрапетовцев».
Милиция формально «не замечала» существования оргпреступности. Сохранилась видеозапись, где бывший начальник УВД иронизирует: мол, какие-такие ОПГ? Мне преступники не докладывали о своей организованности.
И все же нашелся человек, рискнувший начать «антикриминальную революцию». Это был следователь областной прокуратуры по особо важным делам Дмитрий Плоткин. В основу своей работы он положил два принципа: первый — расследовать преступление следует, вопреки классическим правилам, идя от преступника ко всем его преступлениям; второй — против организованной банды должны работать не «следаки»-одиночки, а многочисленные (относительно) следственные группы. Хотя бы десяток человек. И такую команду Плоткин с офицерами УБОПа Александром Макаровым и Владимиром Цепковым (без их оперативной поддержки прокурорские задумки рисковали остаться в теории) сформировал.
Людей в свою бригаду Плоткин подбирал из прокуратуры и милиции лично. Помимо профессионализма, главным критерием была порядочность. Если человек чего-то не умеет — научим, рассудил он. Главное, чтобы не дрогнул от бандитских угроз или посулов.
В несговорчивости «рязанского Турецкого» и его людей бандиты убедились быстро. Оперативники перехватили разговор между«слонами»:
— У нас что, «бабла» для прокурорских нет? — удивлялись бандиты.
— Да хватает. Отслюнявим Плоткину любую сумму «зеленью» какую скажет. Не берет!
Тогда «важняка» Плоткина решили убить. Однако Дмитрия Матвеевича денно и нощно охраняли по три офицера СОБРа с автоматами. Связываться со спецназом«братва» не рискнула — это вам не лотки потрошить.
Сувенир для прокурора.
Та памятная бойня в баре «Сельмаша» принесла Дмитрию Плоткину первый«сувенир» гангстерской войны.«Слоны» стреляли, как в тире, уверенные в своей безнаказанности. И не заметили, как один из раненых«айрапетов» отполз под стол.
Страница 1 из 3
