Поскольку мать-природа наделила представителей слабого и сильного пола существенными отличиями, преступная деятельность женщин — серийных убийц — имеет определенные характерные черты как по части «технологии» так и мотивов.
Добавить в моё избранное
11 мин, 11 сек 11627
Начнем с того, что мужчины-убийцы обычно применяют в отношении своих жертв грубую физическую силу. Женщины чаще пользуются ядом (предпочитая старый добрый мышьяк), что затрудняет не только поиск убийц, но и установление самого факта преступления. Один из типично мужских мотивов — стремление к физическому насилию над жертвой — также нехарактерен для женщин, хотя в ряде случаев и может фигурировать как «вспомогательный» фактор.
Нехарактерна и тупая тяга к разрушению, борьбе с обществом и миром в целом. А вот что для женщин — серийных убийц — характерно, так это стремление к увеличению материального благосостояния и продвижению по социальной лестнице. И здесь они могут действовать с холодной методичностью, аккуратно переступая через трупы, чтобы в очередной раз пополнить свой кошелек внушительной, но отнюдь не астрономической суммой.
Впрочем, такие особи в юбках способны пойти на убийство и после обычной ссоры на любовной или бытовой почве. Но если для мужчины такое любовно-бытовое убийство — разовая акция, то женщина, почувствовав безнаказанность, вполне может выстроить их в серию.
Еще один чисто женский случай — преступление бескорыстное, «из любви к искусству». Когда безнаказанность порождает ощущение собственной власти и возбуждает примерно так же, как и занятие любовью. Сказал ведь классик, что любовь правит миром. Но и ненависть, в определенном смысле, правит тоже.
Любовь тоже иногда может превращаться в нечто странное и даже дикое. Например, 66-летняя американская медсестра Дженин Джонс вводила находившимся под ее присмотром детям инъекции, вызывавшие рвоту, а потом самоотверженно их лечила. Как утверждали адвокаты, ей нравилось слушать похвалы родителей. Правда, минимум 11 младенцев (по версии обвинения — 46) заплатили за это своими жизнями.
Но таковы гримасы Фемиды: в 1985 году медсестру Дженин Джонс признали виновной в 11 непредумышленных убийствах и приговорили к 99 годам тюремного заключения. Более того, в соответствии с местными законами, по причине переполненности тюрем уже 1 марта 2018 года она должна была выйти на свободу. Чтобы этого не допустить, 25 мая 2017 года ей предъявили еще одно обвинение — убийство 11 месячного Джошуа Сойера, совершенное ей 12 декабря 1981 года. А в апреле 2018 года, Дженин Джонс были предъявлены обвинения еще в пяти убийствах детей. Таким образом бывшая медсестра все еще остается в тюрьме.
Впрочем, даже при наличии серьезной доказательной базы порой остается неясно — а виновна ли подозреваемая?
В 1950-х годах Францию потрясло дело Мари Бенар (1896-1980). После кончины первого супруга она вышла за землевладельца Леона Бенара, считалась вполне добропорядочной особой, но, как дама состоятельная, вызывала раздражение соседских кумушек. Одна из них и пустила слух, что скончавшийся в 1946 году месье Бенар был отравлен супругой за то, что не простил ей связь с немецким военнопленным.
После эксгумации трупа в его останках обнаружили количество мышьяка, вдвое превышавшее смертельную дозу. Затем начали эксгумировать всех ранее умерших соседей и родственников, кто хоть по какому-либо поводу ссорился с попавшей под подозрение вдовой, и выяснилось, что у них эти дозы были превышены вдвое, втрое, вчетверо, впятеро. И что же? Мари Бенар оправдали, поскольку ученые (включая знаменитого Фредерика Жолио-Кюри) провели исследования и выяснили, что теоретически останки могли пропитаться мышьяком из кладбищенской почвы.
Правда, вероятность отравления ученые тоже не отвергли, но здесь уже сработал принцип презумпции невиновности. В общем, свои дни Мари Бенар закончила в мире и покое, а вопрос о ее виновности остался открытым. А теперь давайте бросим взор на галерею отнюдь не прекрасных дам, чья вина не подлежит никакому сомнению.
Происходила из семейства, близкого к влиятельному при французском дворе клану Кольберов. Соответственно, расследование, по мнению историков, было инициировано соперником Кольберов, военным министром Лувуа.
Дело началось в 1672 году с того, что в бумагах умершего капитана кавалерии Годена де Сен-Круа обнаружили письма его любовницы маркизы де Бренвилье. Из их содержания следовало, что, стремясь сконцентрировать в своих руках семейное состояние, она с помощью Годена отравила отца, мужа, детей, двух сестер и двух братьев. Маркиза имела репутацию богобоязненной особы, часто навещавшей бедняков в больницах, и делала крупные пожертвования. Однако после ее визитов многие из облагодетельствованных умирали по неизвестным причинам.
Узнав об угрозе ареста, маркиза бежала за границу, но в 1676 году была схвачена в одном из монастырей под Льежем. Будучи доставлена в Париж, она призналась во всех инкриминируемых ей преступлениях, была подвергнута пытке питьем, а затем обезглавлена.
После ареста продававшей ей отраву госпожи Монвуазен стали известны имена других покупателей аналогичной продукции, и двор Людовика XIV еще несколько лет лихорадило так называемое «дело о ядах».
Нехарактерна и тупая тяга к разрушению, борьбе с обществом и миром в целом. А вот что для женщин — серийных убийц — характерно, так это стремление к увеличению материального благосостояния и продвижению по социальной лестнице. И здесь они могут действовать с холодной методичностью, аккуратно переступая через трупы, чтобы в очередной раз пополнить свой кошелек внушительной, но отнюдь не астрономической суммой.
Впрочем, такие особи в юбках способны пойти на убийство и после обычной ссоры на любовной или бытовой почве. Но если для мужчины такое любовно-бытовое убийство — разовая акция, то женщина, почувствовав безнаказанность, вполне может выстроить их в серию.
Еще один чисто женский случай — преступление бескорыстное, «из любви к искусству». Когда безнаказанность порождает ощущение собственной власти и возбуждает примерно так же, как и занятие любовью. Сказал ведь классик, что любовь правит миром. Но и ненависть, в определенном смысле, правит тоже.
Любовь тоже иногда может превращаться в нечто странное и даже дикое. Например, 66-летняя американская медсестра Дженин Джонс вводила находившимся под ее присмотром детям инъекции, вызывавшие рвоту, а потом самоотверженно их лечила. Как утверждали адвокаты, ей нравилось слушать похвалы родителей. Правда, минимум 11 младенцев (по версии обвинения — 46) заплатили за это своими жизнями.
Но таковы гримасы Фемиды: в 1985 году медсестру Дженин Джонс признали виновной в 11 непредумышленных убийствах и приговорили к 99 годам тюремного заключения. Более того, в соответствии с местными законами, по причине переполненности тюрем уже 1 марта 2018 года она должна была выйти на свободу. Чтобы этого не допустить, 25 мая 2017 года ей предъявили еще одно обвинение — убийство 11 месячного Джошуа Сойера, совершенное ей 12 декабря 1981 года. А в апреле 2018 года, Дженин Джонс были предъявлены обвинения еще в пяти убийствах детей. Таким образом бывшая медсестра все еще остается в тюрьме.
Впрочем, даже при наличии серьезной доказательной базы порой остается неясно — а виновна ли подозреваемая?
В 1950-х годах Францию потрясло дело Мари Бенар (1896-1980). После кончины первого супруга она вышла за землевладельца Леона Бенара, считалась вполне добропорядочной особой, но, как дама состоятельная, вызывала раздражение соседских кумушек. Одна из них и пустила слух, что скончавшийся в 1946 году месье Бенар был отравлен супругой за то, что не простил ей связь с немецким военнопленным.
После эксгумации трупа в его останках обнаружили количество мышьяка, вдвое превышавшее смертельную дозу. Затем начали эксгумировать всех ранее умерших соседей и родственников, кто хоть по какому-либо поводу ссорился с попавшей под подозрение вдовой, и выяснилось, что у них эти дозы были превышены вдвое, втрое, вчетверо, впятеро. И что же? Мари Бенар оправдали, поскольку ученые (включая знаменитого Фредерика Жолио-Кюри) провели исследования и выяснили, что теоретически останки могли пропитаться мышьяком из кладбищенской почвы.
Правда, вероятность отравления ученые тоже не отвергли, но здесь уже сработал принцип презумпции невиновности. В общем, свои дни Мари Бенар закончила в мире и покое, а вопрос о ее виновности остался открытым. А теперь давайте бросим взор на галерею отнюдь не прекрасных дам, чья вина не подлежит никакому сомнению.
Происходила из семейства, близкого к влиятельному при французском дворе клану Кольберов. Соответственно, расследование, по мнению историков, было инициировано соперником Кольберов, военным министром Лувуа.
Дело началось в 1672 году с того, что в бумагах умершего капитана кавалерии Годена де Сен-Круа обнаружили письма его любовницы маркизы де Бренвилье. Из их содержания следовало, что, стремясь сконцентрировать в своих руках семейное состояние, она с помощью Годена отравила отца, мужа, детей, двух сестер и двух братьев. Маркиза имела репутацию богобоязненной особы, часто навещавшей бедняков в больницах, и делала крупные пожертвования. Однако после ее визитов многие из облагодетельствованных умирали по неизвестным причинам.
Узнав об угрозе ареста, маркиза бежала за границу, но в 1676 году была схвачена в одном из монастырей под Льежем. Будучи доставлена в Париж, она призналась во всех инкриминируемых ей преступлениях, была подвергнута пытке питьем, а затем обезглавлена.
После ареста продававшей ей отраву госпожи Монвуазен стали известны имена других покупателей аналогичной продукции, и двор Людовика XIV еще несколько лет лихорадило так называемое «дело о ядах».
Страница 1 из 4
