В 50-х годах прошлого века у двух народов, проживающих на разных полушариях Земли, в преступной среде начались одинаковые процессы, оставившие свой след до настоящих времен. Речь идет о русских и мексиканцах, исторически не соприкасавшихся друг с другом и разных по менталитету и обычаям. Несмотря на разные причины и условия, результат имеет, как схожие черты, так и абсолютно противоположные.
Добавить в моё избранное
7 мин, 7 сек 4202
При Моргане и Мендосе окончательно завершилось формирование мексиканских «понятий» и«обрядов». В отличии от русских «воров в законе» гордящихся принадлежностью к воровскому сословию и обязанных при любой ситуации подтверждать правоохранительным органам свой титул,«мексы» глубоко законспирировались. Огласка в принадлежности к«Ла Эме» любому человеку каралось смертью. Мексиканцы всей душой отторгали«стрелки». «Нет человека, нет проблемы» ─ простой принцип избавлял их от необходимости вести переговоры и договариваться.
Когда «Ла Эме» создавал дилерскую сеть по торговле наркотиками в Калифорнии, они поставили перед торговцами героина один выбор ─ или работать на мексиканцев, или умереть. Действовало всегда безотказно. Как и в России, членам«Ла Эме» запрещалось любое сотрудничество с властью, будь то в тюрьме или на свободе. За«косяк» не«давали по ушам» а сразу убивали.«Сухарей» у них не было.
В «Ла Эме» был закрыт путь для«опущенных» либо хоть единожды продемонстрировавших свою трусость. В тюрьмах банда расставляла своих полномочных представителей«блокерос» очень по функциям похожих на отечественных«смотрящих». Кодекс поведения мексиканских бандитов не распространялось на членов их семей. Более того, за грехи родителей не должны были отвечать их родственники.
Дидо Морено ─ бывший член банды, продолжавший называть себя таковым и даже по привычке собиравший «дань» с наркодилеров, ждал расплаты за предательство целых 12 лет. Киллеры, заявившиеся к нему в дом, в припадке ревностного выполнения задания прикончили всю семью ослушника, включая детей.«Ла Эме» наказала их смертью за превышение полномочий и нарушение законов.
Прием нового члена в банду был возможен только при единодушном одобрении кандидатуры. В композициях татуировок мексиканцы обратились к древней истории, произведя заимствования из ацтекской культуры. На телах членов «Ла Эме» появились изображения орлов, змей, ацтекских календарей и древних воинов. Для конспиративного общения между собой мексиканцы ввели в обиход язык«мануатль» совершенно непонятный белым полицейским.
В 1975 году Джо Морган и Рамон Мундо Мендоса по условно-досрочной процедуре выйдут из Сан-Квентина. Их судьба сложится по разному. Морган так и умрет убежденным криминальным авторитетом, а Мендоса раскается и станет первым высокопоставленным перебежчиком из «Ла Эме» в лагерь американского правосудия. Он многое раскроет из истории и тайн мексиканской мафии. Его показания войдут в обвинительные заключения по 36 эпизодам из деятельности«Ла Эме». Америка применит к нему программу по защите свидетелей, надежно спрятав, и расплата минует его.
Эстафету от Моргана и Мендосы в Сан-Квентине примет Эдди Гонсалес по кличке Юнга. Из тюрьмы, в которой уже безоговорочно царили жесткие мексиканские порядки, он успешно попытается запустить продуманную систему сбыта наркотиков по всей Калифорнии. Задача состояла в том, чтобы добиться от мексиканских нарококартелей бесперебойной поставки сырья и убрать конкурентов на рынке. Обе цели были успешно достигнуты. Все несогласные с монополией «Ла Эме» быстро умерли не своей смертью. Юнга с юмором называл процесс формирования сети сбыта«проповедью Евангелие».
Коммерциализация деятельности банды привела к тому, что вся ее дальнейшая деятельность была направлена на зарабатывание денег. Подлинный расцвет «Ла Эме» пришелся на 90-е годы. Полиция оказалась неспособной бороться с хорошо отлаженной структурой. Для членов«Ла Эме» тюрьма стала домом и из нее они успешно руководили деятельностью огромной организации. Помимо выгодной перепродажи наркотиков, организация обложила«данью» всех дилеров, действующих на подконтрольной территории. Традиционный для мексиканцев героин пополнился южноамериканским кокаином, а еще дальше амфетаминами, удовлетворявшими вкусовые пристрастия всех потребителей зелья.
Борьба за расширение ареала обитания стала для банды первостепенной задачей. В «Ла Эме» появились калифорнийский, орегонский и гавайские дивизионы. Именно в этих штатах больше всего проживает выходцев из Мексики. В те годы«Ла Эме» пыталась заставить уважительно говорить о себе всех. За неправильную подачу фактов из жизни мексиканской мафии, банда уничтожила всех консультантов фильма«Американизируй меня». Другая латиноамериканская банда «Ла Фамилия» лишилась двух боевиков, непредусмотрительно публично отпускавших плоские шутки в адрес мексиканцев.
Американское государство вынуждено было бросить огромные силы и средства на прекращение деятельности мексиканской мафии, но до окончательной победы еще далеко. В «Ла Эме» постоянно идет поток новобранцев, встающих на замену тех, кто попадает в тюрьму, где преступники прекрасно чувствуют себя. Они, как бы временно меняют место работы, а их семьи исправно получают заработную плату глав семейств.
Говорить о кризисе в рядах организации не приходится. Банда только ушла еще в более глубокое подполье. Другое дело в России.
Когда «Ла Эме» создавал дилерскую сеть по торговле наркотиками в Калифорнии, они поставили перед торговцами героина один выбор ─ или работать на мексиканцев, или умереть. Действовало всегда безотказно. Как и в России, членам«Ла Эме» запрещалось любое сотрудничество с властью, будь то в тюрьме или на свободе. За«косяк» не«давали по ушам» а сразу убивали.«Сухарей» у них не было.
В «Ла Эме» был закрыт путь для«опущенных» либо хоть единожды продемонстрировавших свою трусость. В тюрьмах банда расставляла своих полномочных представителей«блокерос» очень по функциям похожих на отечественных«смотрящих». Кодекс поведения мексиканских бандитов не распространялось на членов их семей. Более того, за грехи родителей не должны были отвечать их родственники.
Дидо Морено ─ бывший член банды, продолжавший называть себя таковым и даже по привычке собиравший «дань» с наркодилеров, ждал расплаты за предательство целых 12 лет. Киллеры, заявившиеся к нему в дом, в припадке ревностного выполнения задания прикончили всю семью ослушника, включая детей.«Ла Эме» наказала их смертью за превышение полномочий и нарушение законов.
Прием нового члена в банду был возможен только при единодушном одобрении кандидатуры. В композициях татуировок мексиканцы обратились к древней истории, произведя заимствования из ацтекской культуры. На телах членов «Ла Эме» появились изображения орлов, змей, ацтекских календарей и древних воинов. Для конспиративного общения между собой мексиканцы ввели в обиход язык«мануатль» совершенно непонятный белым полицейским.
В 1975 году Джо Морган и Рамон Мундо Мендоса по условно-досрочной процедуре выйдут из Сан-Квентина. Их судьба сложится по разному. Морган так и умрет убежденным криминальным авторитетом, а Мендоса раскается и станет первым высокопоставленным перебежчиком из «Ла Эме» в лагерь американского правосудия. Он многое раскроет из истории и тайн мексиканской мафии. Его показания войдут в обвинительные заключения по 36 эпизодам из деятельности«Ла Эме». Америка применит к нему программу по защите свидетелей, надежно спрятав, и расплата минует его.
Эстафету от Моргана и Мендосы в Сан-Квентине примет Эдди Гонсалес по кличке Юнга. Из тюрьмы, в которой уже безоговорочно царили жесткие мексиканские порядки, он успешно попытается запустить продуманную систему сбыта наркотиков по всей Калифорнии. Задача состояла в том, чтобы добиться от мексиканских нарококартелей бесперебойной поставки сырья и убрать конкурентов на рынке. Обе цели были успешно достигнуты. Все несогласные с монополией «Ла Эме» быстро умерли не своей смертью. Юнга с юмором называл процесс формирования сети сбыта«проповедью Евангелие».
Коммерциализация деятельности банды привела к тому, что вся ее дальнейшая деятельность была направлена на зарабатывание денег. Подлинный расцвет «Ла Эме» пришелся на 90-е годы. Полиция оказалась неспособной бороться с хорошо отлаженной структурой. Для членов«Ла Эме» тюрьма стала домом и из нее они успешно руководили деятельностью огромной организации. Помимо выгодной перепродажи наркотиков, организация обложила«данью» всех дилеров, действующих на подконтрольной территории. Традиционный для мексиканцев героин пополнился южноамериканским кокаином, а еще дальше амфетаминами, удовлетворявшими вкусовые пристрастия всех потребителей зелья.
Борьба за расширение ареала обитания стала для банды первостепенной задачей. В «Ла Эме» появились калифорнийский, орегонский и гавайские дивизионы. Именно в этих штатах больше всего проживает выходцев из Мексики. В те годы«Ла Эме» пыталась заставить уважительно говорить о себе всех. За неправильную подачу фактов из жизни мексиканской мафии, банда уничтожила всех консультантов фильма«Американизируй меня». Другая латиноамериканская банда «Ла Фамилия» лишилась двух боевиков, непредусмотрительно публично отпускавших плоские шутки в адрес мексиканцев.
Американское государство вынуждено было бросить огромные силы и средства на прекращение деятельности мексиканской мафии, но до окончательной победы еще далеко. В «Ла Эме» постоянно идет поток новобранцев, встающих на замену тех, кто попадает в тюрьму, где преступники прекрасно чувствуют себя. Они, как бы временно меняют место работы, а их семьи исправно получают заработную плату глав семейств.
Говорить о кризисе в рядах организации не приходится. Банда только ушла еще в более глубокое подполье. Другое дело в России.
Страница 2 из 3
