В декабре 2012 года в Кировской области был вынесен приговор в отношении 38-летнего доцент кафедры философии, социологии и психологии Вятского государственного университета (ВятГУ) Михаила Долгушина. Его признали виновным в убийстве престарелого родственника — ветерана Второй мировой войны, которого педагог задушил во время обеденного перерыва. Однако сам осужденный настаивал, что действовал по просьбе тяжелобольного старика.
Добавить в моё избранное
4 мин, 16 сек 5030
По решению Ленинского райсуда Кирова Долгушин проведет за решеткой 9,5 года. Отбывать наказание он будет в исправительной колонии строгого режима, сообщает официальный сайт областного следственного управления.
Из материалов дела следует, что осужденный проживал в двухкомнатной квартире на улице Сурикова вместе со своей матерью, а в соседнем подъезде жил его 88-летний дед. Как убеждали суд следователи, 31 января 2012 года доцент Долгушин «из чувства сострадания решил совершить убийство своего деда, страдающего онкологическим заболеванием».
«Реализуя задуманное, обвиняемый пришел с работы домой, где и задушил деда» — говорилось в пресс-релизе.
Убийство было совершено в период с 11:00 до 15:50, когда отпросившегося на обед Михаила Долгушина не было в университете. Но после совершения преступления доцент вернулся на занятия и отчитал студентам лекции.
Вернувшись вечером домой во второй раз, Михаил Долгушин сообщил в полицию о смерти деда. Труп родственника преподаватель, по его словам, нашел в квартире с открытой дверью. Приехавшие криминалисты пришли к выводу, что пенсионер был задушен.
В течение двух недель следствие отрабатывало несколько версий, в том числе ограбление, поскольку из квартиры исчезли 20 тысяч рублей. Но затем подозрение вызвал затянувшийся 31 января обед внука, который пришелся как раз на время смерти его родственника.
В машине, на которой Михаил ездил из университета домой, сыщики нашли его перчатки. Экспертиза показала, что на них сохранились следы эпителия и кровь убитого.
На допросе Михаил Долгушин признался, что совершил убийство из сострадания: дескать, его 88-летний дед сильно мучился от болей, вызванных тяжелым онкологическим заболеванием, а в последнее время он часто говорил о нежелании жить.
30 декабря дед, по словам Михаила, обратился к нему с просьбой, чтобы тот помог оборвать его мучения. И в конце концов внук не выдержал и сомкнул руки на шее ветерана «из-за огромной любви» к нему и желания избавить его от мук.
Родственники потерпевшего и его убийцы подтверждают, что у них были теплые отношения, Михаил ухаживал за дедом с любовью и переживал из-за его страданий.
По словам тети осужденного, Ольги Адамовой, у ее отца «еще с войны на фоне контузии и ранения в правую руку остался осколок, который было нецелесообразно удалять, потому что из-за этого рука могла перестать двигаться».
«И этот осколок мучил его и мешал ему жить всю жизнь» — сказала женщина в ходе судебного процесса.
Иногда боли в руке ветерана были настолько сильные, что на несколько дней его укладывали на кровать или увозили в больницу. А потом старику и вовсе поставили диагноз «рак предстательной железы».
По словам родственников, свою роль в ухудшении здоровья пенсионера сыграла и смерть его жены, пишет «КП».
«У него был целый букет болезней: одна нога была прооперирована, а другая опухала и синела, как слоновья, поэтому пока это было возможно, он ходил босиком, — пояснила Ольга Адамова.»
— И только благодаря своему терпению и выносливости он преодолел все это«.»
Мать Михаила, Людмила Останина рассказала, что сын частенько бывал в доме деда, когда он еще жил в поселке Богородское, и помогал ему по хозяйству. Там Михаил чинил прохудившуюся крышу, таскал песок, а впоследствии занимался продажей дома.
Впрочем, версия «эвтаназии» не была единственной, как рассказывал старший следователь первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СКР по Кировской области Георгий Малых. Дело в том что отдельную квартиру деду купили недавно на«президентские» деньги, выделенные ему как ветерану Великой Отечественной войны. А Михаил после развода с женой ютился в«двушке» по соседству.
Однако следователи пришли к выводу, что в данном случае «квартирный вопрос» ни при чем, так как в составленном завещании деда квартира«отписывалась» матери Михаила.
Доценту инкриминировали ч.1 ст.105 УК РФ (убийство), по которой ему грозил 15-летний срок лишения свободы.
Вынесенный доценту Долгушину почти десятилетний срок выглядит достаточно суровым наказанием при наличии многочисленных смягчающих обстоятельств — наличие у подсудимого несовершеннолетнего ребенка, положительные характеристики с места работы, «благородный» мотив убийства и явка с повинной. По словам судьи Сергея Зяблицева, все эти сведения были учтены.
С другой стороны, Михаил Долгушин пытался скрыть содеянное и сознался лишь под давлением улик. И следователи отмечали, что преподаватель действовал хладнокровно, хорошо продумав и спланировав преступление. В итоге суд посчитал доцента особо опасным преступником.
«Наказание невозможно без изоляции от общества» — решил судья.
Родственники Михаила Долгушина, вслед за адвокатом, просили суд о снисхождении. Но российская Фемида полностью встала на сторону прокуратуры.
Из материалов дела следует, что осужденный проживал в двухкомнатной квартире на улице Сурикова вместе со своей матерью, а в соседнем подъезде жил его 88-летний дед. Как убеждали суд следователи, 31 января 2012 года доцент Долгушин «из чувства сострадания решил совершить убийство своего деда, страдающего онкологическим заболеванием».
«Реализуя задуманное, обвиняемый пришел с работы домой, где и задушил деда» — говорилось в пресс-релизе.
Убийство было совершено в период с 11:00 до 15:50, когда отпросившегося на обед Михаила Долгушина не было в университете. Но после совершения преступления доцент вернулся на занятия и отчитал студентам лекции.
Вернувшись вечером домой во второй раз, Михаил Долгушин сообщил в полицию о смерти деда. Труп родственника преподаватель, по его словам, нашел в квартире с открытой дверью. Приехавшие криминалисты пришли к выводу, что пенсионер был задушен.
В течение двух недель следствие отрабатывало несколько версий, в том числе ограбление, поскольку из квартиры исчезли 20 тысяч рублей. Но затем подозрение вызвал затянувшийся 31 января обед внука, который пришелся как раз на время смерти его родственника.
В машине, на которой Михаил ездил из университета домой, сыщики нашли его перчатки. Экспертиза показала, что на них сохранились следы эпителия и кровь убитого.
На допросе Михаил Долгушин признался, что совершил убийство из сострадания: дескать, его 88-летний дед сильно мучился от болей, вызванных тяжелым онкологическим заболеванием, а в последнее время он часто говорил о нежелании жить.
30 декабря дед, по словам Михаила, обратился к нему с просьбой, чтобы тот помог оборвать его мучения. И в конце концов внук не выдержал и сомкнул руки на шее ветерана «из-за огромной любви» к нему и желания избавить его от мук.
Родственники потерпевшего и его убийцы подтверждают, что у них были теплые отношения, Михаил ухаживал за дедом с любовью и переживал из-за его страданий.
По словам тети осужденного, Ольги Адамовой, у ее отца «еще с войны на фоне контузии и ранения в правую руку остался осколок, который было нецелесообразно удалять, потому что из-за этого рука могла перестать двигаться».
«И этот осколок мучил его и мешал ему жить всю жизнь» — сказала женщина в ходе судебного процесса.
Иногда боли в руке ветерана были настолько сильные, что на несколько дней его укладывали на кровать или увозили в больницу. А потом старику и вовсе поставили диагноз «рак предстательной железы».
По словам родственников, свою роль в ухудшении здоровья пенсионера сыграла и смерть его жены, пишет «КП».
«У него был целый букет болезней: одна нога была прооперирована, а другая опухала и синела, как слоновья, поэтому пока это было возможно, он ходил босиком, — пояснила Ольга Адамова.»
— И только благодаря своему терпению и выносливости он преодолел все это«.»
Мать Михаила, Людмила Останина рассказала, что сын частенько бывал в доме деда, когда он еще жил в поселке Богородское, и помогал ему по хозяйству. Там Михаил чинил прохудившуюся крышу, таскал песок, а впоследствии занимался продажей дома.
Впрочем, версия «эвтаназии» не была единственной, как рассказывал старший следователь первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СКР по Кировской области Георгий Малых. Дело в том что отдельную квартиру деду купили недавно на«президентские» деньги, выделенные ему как ветерану Великой Отечественной войны. А Михаил после развода с женой ютился в«двушке» по соседству.
Однако следователи пришли к выводу, что в данном случае «квартирный вопрос» ни при чем, так как в составленном завещании деда квартира«отписывалась» матери Михаила.
Доценту инкриминировали ч.1 ст.105 УК РФ (убийство), по которой ему грозил 15-летний срок лишения свободы.
Вынесенный доценту Долгушину почти десятилетний срок выглядит достаточно суровым наказанием при наличии многочисленных смягчающих обстоятельств — наличие у подсудимого несовершеннолетнего ребенка, положительные характеристики с места работы, «благородный» мотив убийства и явка с повинной. По словам судьи Сергея Зяблицева, все эти сведения были учтены.
С другой стороны, Михаил Долгушин пытался скрыть содеянное и сознался лишь под давлением улик. И следователи отмечали, что преподаватель действовал хладнокровно, хорошо продумав и спланировав преступление. В итоге суд посчитал доцента особо опасным преступником.
«Наказание невозможно без изоляции от общества» — решил судья.
Родственники Михаила Долгушина, вслед за адвокатом, просили суд о снисхождении. Но российская Фемида полностью встала на сторону прокуратуры.
Страница 1 из 2
