Мой брат Саша спелеолог. Я моложе его на 12 лет, но иногда, когда экспедиция была не слишком сложной, он брал меня с собой. С детства мне запомнились его рассказы о жителях пещер — троглодитах.
Добавить в моё избранное
5 мин, 3 сек 7149
Брат приезжал из очередной поездки, я привязывался к нему, как репей, и требовал очередной истории. Он, посмеиваясь в бороду, то ли сочинял, то ли говорил правду. Но я искренне верил, что в подземных ходах живут существа с телом собаки и лицом то ли человека, то ли обезьяны. Они разумны и являются хранителями пещер. Для тех, кто не знает, хочу пояснить, что пещера — это не грот в скале, а многокилометровая система, находящаяся на разных уровнях, состоящая из коридоров, щелей, переходов, лазов (которые спелеологи называют «шкуродёрами»), огромных залов, лабиринтов, иногда подземных озёр, сифонов (водный коридор между частями пещеры) и так далее По сути, это целый город, живущий в абсолютной темноте, при одной температуре воздуха (приблизительно 8-10 по Цельсию), не зная смены времён года. И живут в этом городе троглодиты. Учёные не верят в их существование. Им, учёным, надо привести загадочное существо на верёвочке и показать — может быть, тогда они поверят. Но спелеологи всего мира не сомневаются в их существовании и друг другу рассказывают о своих встречах с хранителями пещер. У троглодитов свои законы. К людям они относятся по-разному. Тем, кто приходит в их город с добром, помогают, а тех, кто со злом — наказывают. Есть у спелеологов неписаные законы. Когда брат брал меня с собой, он, как учитель, заставлял меня заучивать наизусть законы подземного города:
— Не оставлять никакого мусора.
— Не курить.
— Не шуметь.
— Не использовать перед походом никаких лосьонов и вообще ничего пахучего.
— Одеваться в комбинезон из ткани, которая не оставит ворса на стенах пещеры, если придётся пробираться через шкуродёр.
— Вымыть обувь перед входом. Ну разумеется, о том, чтоб увековечить на стенах своё имя, и речи не могло быть. Я слышал много историй о том, как наказывают троглодиты провинившихся людей. Люди, как под гипнозом, идут на их мысленный призыв, теряют ориентировку, блуждают по лабиринтам и, бывает, навсегда остаются в них. Или срываются в какую-нибудь щель, ломают руки, ноги, попадают под обрушившиеся камни. И о расположении к тем, кто приходит с добром, тоже слышал. Истории про заплутавших в лабиринтах людей, перед которыми вдруг появляется троглодит и выводит их из пещеры; о неизвестно откуда взявшейся питьевой воде рядом с заблудившимся или попавшим в беду неосторожным гостем подземного города; о голосе, звавшем следом за собой к выходу из пещеры; об оказанной, пока человек был без сознания, неизвестно кем медицинской помощи. И все они будоражили меня и заставляли мечтать о встрече с таинственным существом. И вот она произошла. Не буду называть пещеру и давать её координаты, чтобы не привлечь к неё бездумных туристов, которые испоганили уже немало чудесных до их посещения уголков природы. Брат взял меня и моего друга с собой. Выход был назначен на раннее утро. Вечером мы проверили всю экипировку. А потом брат, прихватив заранее заготовленную почку соли, повёл нас к пещере. Перед самым её входом он аккуратно рассыпал соль на камни и сказал: «Угощайтесь. А завтра позвольте побывать у Вас в гостях». Я и раньше слышал от него, что соль — любимое лакомство троглодитов, но такой ритуал видел впервые. Тогда мне пришла в голову идея — взять соль с собой в пещеру. Я высыпал из наших запасов пару ложек в чистый носовой платок, завязал, чтоб не просыпалось, и припрятал в своём снаряжении. Утром мы подошли к пещере. Соли не было. Но мой друг — великий скептик — тут же нашёл объяснение: «Мало ли живых существ, обитающих около пещеры, которые любят соль! К тому же она могла просто растаять под воздействием росы». Никто с ним спорить не стал. Мы прошли, проползли, спустились на верёвках километра два. И вдруг Саша куда-то исчез. Кричать мы не решались. Но, так как до этого мы видели луч его фонарика впереди, резонно решили догонять, а не возвращаться. Пройдя ещё метров пятьдесят, свернули за угол и осветили фонариками темноту впереди. В ярком круге света стоял троглодит. Он был размером с овчарку, сидел на задних лапах, лицо у него было обезьянье, а глаза сверкали, как бриллианты! Шок, который мы испытали, трудно описать. Это не был страх, наоборот, скорее счастье от сбывшейся мечты, перемешанное с мистическим ужасом. В общем, названия этому чувству на человеческом языке, по-моему, нет. Мы простояли так, глядя друг на друга, долго: время перестало существовать. Не знаю, что было бы дальше, если бы я вдруг не услышал сзади какой-то странный звук, похожий на сдерживаемое бурное дыхание. Резким броском фонарика я осветил это место и увидел брата. Он буквально корчился от сдерживаемого смеха, а увидев, что рассекречен, захохотал, что есть сил, стараясь делать это как можно тише. Троглодит оказался статуей. Его вылепил и принёс в пещеру друг Саши — скульптор, который тоже увлекался спелеологией, и когда-то был в этой пещере таинственным образом спасён. А в глазницы скульптуры он вставил камушки — обломки от розетки. Эту фигуру назвали «Памятник спасителю».
— Не оставлять никакого мусора.
— Не курить.
— Не шуметь.
— Не использовать перед походом никаких лосьонов и вообще ничего пахучего.
— Одеваться в комбинезон из ткани, которая не оставит ворса на стенах пещеры, если придётся пробираться через шкуродёр.
— Вымыть обувь перед входом. Ну разумеется, о том, чтоб увековечить на стенах своё имя, и речи не могло быть. Я слышал много историй о том, как наказывают троглодиты провинившихся людей. Люди, как под гипнозом, идут на их мысленный призыв, теряют ориентировку, блуждают по лабиринтам и, бывает, навсегда остаются в них. Или срываются в какую-нибудь щель, ломают руки, ноги, попадают под обрушившиеся камни. И о расположении к тем, кто приходит с добром, тоже слышал. Истории про заплутавших в лабиринтах людей, перед которыми вдруг появляется троглодит и выводит их из пещеры; о неизвестно откуда взявшейся питьевой воде рядом с заблудившимся или попавшим в беду неосторожным гостем подземного города; о голосе, звавшем следом за собой к выходу из пещеры; об оказанной, пока человек был без сознания, неизвестно кем медицинской помощи. И все они будоражили меня и заставляли мечтать о встрече с таинственным существом. И вот она произошла. Не буду называть пещеру и давать её координаты, чтобы не привлечь к неё бездумных туристов, которые испоганили уже немало чудесных до их посещения уголков природы. Брат взял меня и моего друга с собой. Выход был назначен на раннее утро. Вечером мы проверили всю экипировку. А потом брат, прихватив заранее заготовленную почку соли, повёл нас к пещере. Перед самым её входом он аккуратно рассыпал соль на камни и сказал: «Угощайтесь. А завтра позвольте побывать у Вас в гостях». Я и раньше слышал от него, что соль — любимое лакомство троглодитов, но такой ритуал видел впервые. Тогда мне пришла в голову идея — взять соль с собой в пещеру. Я высыпал из наших запасов пару ложек в чистый носовой платок, завязал, чтоб не просыпалось, и припрятал в своём снаряжении. Утром мы подошли к пещере. Соли не было. Но мой друг — великий скептик — тут же нашёл объяснение: «Мало ли живых существ, обитающих около пещеры, которые любят соль! К тому же она могла просто растаять под воздействием росы». Никто с ним спорить не стал. Мы прошли, проползли, спустились на верёвках километра два. И вдруг Саша куда-то исчез. Кричать мы не решались. Но, так как до этого мы видели луч его фонарика впереди, резонно решили догонять, а не возвращаться. Пройдя ещё метров пятьдесят, свернули за угол и осветили фонариками темноту впереди. В ярком круге света стоял троглодит. Он был размером с овчарку, сидел на задних лапах, лицо у него было обезьянье, а глаза сверкали, как бриллианты! Шок, который мы испытали, трудно описать. Это не был страх, наоборот, скорее счастье от сбывшейся мечты, перемешанное с мистическим ужасом. В общем, названия этому чувству на человеческом языке, по-моему, нет. Мы простояли так, глядя друг на друга, долго: время перестало существовать. Не знаю, что было бы дальше, если бы я вдруг не услышал сзади какой-то странный звук, похожий на сдерживаемое бурное дыхание. Резким броском фонарика я осветил это место и увидел брата. Он буквально корчился от сдерживаемого смеха, а увидев, что рассекречен, захохотал, что есть сил, стараясь делать это как можно тише. Троглодит оказался статуей. Его вылепил и принёс в пещеру друг Саши — скульптор, который тоже увлекался спелеологией, и когда-то был в этой пещере таинственным образом спасён. А в глазницы скульптуры он вставил камушки — обломки от розетки. Эту фигуру назвали «Памятник спасителю».
Страница 1 из 2
