Известные криптозоологи комментируют, почему загадочный снежный человек до сих пор не пойман. Майя Быкова: Какие же присущие ему свойства «работают» на его загадочность и таинственность?
Добавить в моё избранное
9 мин, 38 сек 2973
Европейцы не раз, по словам монахов, встречали, рассматривали его как вполне реальный объект, затем преследовали (к сожалению, тривиальный вариант поведения человека!). Но на этом этапе «встречи» и случался конфуз.«Снежный человек» каждый раз исчезал,«словно растворялся». Речь идет не о буквальном исчезновении, а о невидимости для наблюдателя, то есть о суггестии — внушении, но направленном не только на окружающих, как впервые предположил в книге «О начале человеческой истории» Б. Ф. Поршнев (М,«Мысль» 1974), а, прежде всего, на самого себя. Здесь, возможно, самопроизвольно срабатывает естественный аутотренинг, подобно впаданию в летаргию в случае нервного, психического или физического перенапряжения.
В этом и новизна моего подхода к нашей теме. Б. Ф. Поршнев считает, что потеря современным человеком такого и подобных ему свойств — результат усложнения человеческой психики, — мысль созвучна и народным представлениям. Приобретая в процессе эволюции, в частности, речь, на определенном этапе развития человек что-то утрачивал. Все вышесказанное лишь на ощупь, на один шаг позволяет продвинуться в изучении этого сложнейшего и интереснейшего явления. Поэтому «снежный человек» так и не овладевший речью, — параллельное человеку существо, сопутствующее, из одного отряда, но никак не шаг вперед по сравнению с человеком. И далеко не его предок.
На этой почве появилось много различных догадок, высказываемых людьми, никогда не занимавшимися проблемой. Особенно «упорствуют» парапсихологи и лекари-экстрасенсы. Основываясь на собирательном и условном названии, в которое входит и«человек» они начинают безосновательно утверждать, что это животное либо выше человека по всем параметрам, либо продукт деградации неких загадочных племен! И это о существе, не имеющем представления о социуме!
Твердо убеждена: надо искать аналоги свойств земного животного на Земле, а не в вымышленном фантастическом полете мысли. Это единственно верный метод подхода к теме. Ибо, как часто уже бывало именно в биологии, метод стоит открытия.
Валентин Сапунов, доктор биологических наук:
Его пока не удалось поймать живым. Но ведь для того, чтобы окончательно убедиться в реальности снежного человека, достаточно найти его останки, скажем, скелет. Или хотя бы часть скелета, годную дня идентификации. Однако загадочный гоминоид неуловим и для палеонтологов. Почему?
При воссоздании былых фаун палеонтологи опираются на ископаемые останки вымерших животных. Считается, что палеонтологическая летопись действительно отражает историю животного мира. Как известно, летопись эта неполна. Можно ли хотя бы приближенно сказать, какую долю умерших животных мы в состоянии откопать? Насколько велики белые пятна в эволюции, в том числе и человеческого рода?
Увы, еще ненайденные останки животных, как правило, в земле не консервируются, а продолжают разлагаться. Поскольку животные мертвы, это — чисто физико-химический процесс. Поэтому в качестве аналогии можно рассмотреть распад радиоактивных элементов, скажем С14, содержание которого в ископаемых костях обратно пропорционально прошедшему времени. Чем больше времени прошло, тем меньше изотопа осталось. Его период полураспада — 5730 лет, и через 60 000 лет изотоп практически нельзя обнаружить обычными лабораторными методами. Опираясь на аналогию, можно построить математическую модель разложения (и, соответственно, сохранения) в почве органических остатков. Разумеется, сами по себе ссылки на математическую модель и использование современных ЭВМ еще не гарантируют правильность выводов, поэтому сформулирую исходные положения.
Во-первых, количество останков животных, которое можно обнаружить при раскопках, обратно пропорционально времени, прошедшему с момента их вымирания. Скажем, мамонта откопать легче, чем динозавра. Во-вторых, количество палеонтологических находок прямо пропорционально количеству этих животных, обитавших на Земле, то есть многочисленных животных откопать легче, чем малочисленных. И, в-третьих, вероятность нахождения животных, обитавших в прошлом, зависит от условий залегания, строения их костей, масштабов раскопок и так далее Эти соображения и легли в основу математической модели. Но прежде, чем познакомиться с результатами моделирования, сделаю еще одно замечание. Как правило, при раскопках находят лишь отдельные кости. Чем их меньше, тем труднее определить и описать вид. Палеонтологи издавна гордились умением восстанавливать животное по фрагментам скелета. Но их возможности не беспредельны. Если по таким костям, как атлант (верхний позвонок) или мандибула (нижняя челюсть), еще можно определить зверя, то, скажем, по отдельному ребру — вряд ли. На практике пределом описания ископаемого животного бывает единичная находка при сохранности скелета не менее 2-3 процентов.
Из математической модели следует, что для любого ископаемого вида рано или поздно наступает критический момент, когда вероятность нахождения останков, его представителей становится исчезающе мала.
В этом и новизна моего подхода к нашей теме. Б. Ф. Поршнев считает, что потеря современным человеком такого и подобных ему свойств — результат усложнения человеческой психики, — мысль созвучна и народным представлениям. Приобретая в процессе эволюции, в частности, речь, на определенном этапе развития человек что-то утрачивал. Все вышесказанное лишь на ощупь, на один шаг позволяет продвинуться в изучении этого сложнейшего и интереснейшего явления. Поэтому «снежный человек» так и не овладевший речью, — параллельное человеку существо, сопутствующее, из одного отряда, но никак не шаг вперед по сравнению с человеком. И далеко не его предок.
На этой почве появилось много различных догадок, высказываемых людьми, никогда не занимавшимися проблемой. Особенно «упорствуют» парапсихологи и лекари-экстрасенсы. Основываясь на собирательном и условном названии, в которое входит и«человек» они начинают безосновательно утверждать, что это животное либо выше человека по всем параметрам, либо продукт деградации неких загадочных племен! И это о существе, не имеющем представления о социуме!
Твердо убеждена: надо искать аналоги свойств земного животного на Земле, а не в вымышленном фантастическом полете мысли. Это единственно верный метод подхода к теме. Ибо, как часто уже бывало именно в биологии, метод стоит открытия.
Валентин Сапунов, доктор биологических наук:
Его пока не удалось поймать живым. Но ведь для того, чтобы окончательно убедиться в реальности снежного человека, достаточно найти его останки, скажем, скелет. Или хотя бы часть скелета, годную дня идентификации. Однако загадочный гоминоид неуловим и для палеонтологов. Почему?
При воссоздании былых фаун палеонтологи опираются на ископаемые останки вымерших животных. Считается, что палеонтологическая летопись действительно отражает историю животного мира. Как известно, летопись эта неполна. Можно ли хотя бы приближенно сказать, какую долю умерших животных мы в состоянии откопать? Насколько велики белые пятна в эволюции, в том числе и человеческого рода?
Увы, еще ненайденные останки животных, как правило, в земле не консервируются, а продолжают разлагаться. Поскольку животные мертвы, это — чисто физико-химический процесс. Поэтому в качестве аналогии можно рассмотреть распад радиоактивных элементов, скажем С14, содержание которого в ископаемых костях обратно пропорционально прошедшему времени. Чем больше времени прошло, тем меньше изотопа осталось. Его период полураспада — 5730 лет, и через 60 000 лет изотоп практически нельзя обнаружить обычными лабораторными методами. Опираясь на аналогию, можно построить математическую модель разложения (и, соответственно, сохранения) в почве органических остатков. Разумеется, сами по себе ссылки на математическую модель и использование современных ЭВМ еще не гарантируют правильность выводов, поэтому сформулирую исходные положения.
Во-первых, количество останков животных, которое можно обнаружить при раскопках, обратно пропорционально времени, прошедшему с момента их вымирания. Скажем, мамонта откопать легче, чем динозавра. Во-вторых, количество палеонтологических находок прямо пропорционально количеству этих животных, обитавших на Земле, то есть многочисленных животных откопать легче, чем малочисленных. И, в-третьих, вероятность нахождения животных, обитавших в прошлом, зависит от условий залегания, строения их костей, масштабов раскопок и так далее Эти соображения и легли в основу математической модели. Но прежде, чем познакомиться с результатами моделирования, сделаю еще одно замечание. Как правило, при раскопках находят лишь отдельные кости. Чем их меньше, тем труднее определить и описать вид. Палеонтологи издавна гордились умением восстанавливать животное по фрагментам скелета. Но их возможности не беспредельны. Если по таким костям, как атлант (верхний позвонок) или мандибула (нижняя челюсть), еще можно определить зверя, то, скажем, по отдельному ребру — вряд ли. На практике пределом описания ископаемого животного бывает единичная находка при сохранности скелета не менее 2-3 процентов.
Из математической модели следует, что для любого ископаемого вида рано или поздно наступает критический момент, когда вероятность нахождения останков, его представителей становится исчезающе мала.
Страница 2 из 3
