Статья интересна в плане сравнения случаев встреч с одичавшимиHomo Sapiensи снежным человеком. Много ли общего? Одна из наиболее интригующих разновидностей легенд об оборотнях связана с детьми, воспитывавшимися среди волков, подобно диким зверям, и в такой степени перенявшими привычки и повадки животных, что нормальная жизнь среди людей стала для них совершенно невозможной.
Добавить в моё избранное
18 мин, 3 сек 3439
Мальчик-волк известен с самых древних времен, а история Ромула и Рема — один из самых ранних описанных случаев. Одичавшие дети, сами по себе имея лишь касательное отношение к легенде об оборотне, видимо, оказали определенное влияние на предания, сложившиеся вокруг этого ужасного существа, и только по этой причине уместно упомянуть о нескольких наиболее известных случаях одичания.
Мальчик-обезьяна лет двенадцати, обнаруженный в джунглях на юге Цейлона играющим с обезьянами, был обследован врачами и представителями гражданских властей. Выяснилось, что он отставал в умственно развитии и был, видимо, по этой причине оставлен родителями в джунглях. Ребенок научился имитировать поведение обезьян и поэтому выжил.
Мальчик, которого назвали Тисса, не умел говорить и только вскрикивал и бормотал как обезьяна. Он сидел, как обезьяна, и не мог стоять без посторонней помощи. Передвигался он только на четвереньках. Более того, когда ему дали тарелку с пищей, он вывалил ее на землю перед тем, как приступить к еде. Важное различие между мальчиком-обезьяной и мальчиком-волком, которое мы будем обсуждать, — большая адаптируемость первого. Через несколько недель мальчик-обезьяна носил одежду и ел из тарелки. Мальчики-волки, как правило, остаются дикими, они совершенно не способны к обучению.
Естественно, что в свете легенды об оборотне для нас более интересны мальчики-волки. Их можно разделить на две категории: «ликантропы» на которых мы сосредоточим внимание, и«дикие мальчики» обычно робкие дети, жертвы грубого и жестокого обхождения. (Мальчик-обезьяна, видимо, попадает во вторую категорию.).
Трудно предположить, конечно, что мальчик-волк есть нечто другое, нежели жертва случая или каприз природы. Но вряд ли кто-нибудь будет отрицать, что его существование оказало огромное влияние на формирование легенды о ликантропе. Всякий, кто видел такого дикого ребенка, покрытого царапинами и болячками, со спутанными длинными волосами, грязного, принимающего позы, свойственные животным, с поломанными зубами и длинными, напоминающими волчьи когти, ногтями, со смрадным дыханием, ртом, перепачканным кровью от съеденного сырого мяса, а кроме всего прочего, был свидетелем его свирепости и слышал напоминающие волчьи вой и рычание, которые он издает, — тот не мог не содрогнуться.
Есть целый ряд факторов, необходимых ученым для констатации Homo ferus, особенно если речь идет о «ликантропическом» варианте. Его типичный представитель лишен многих присущих человеку черт: любви, обычных эмоций и особенно смеха; он молчалив, исключая те моменты, когда рычит, фыркает или воет; он ходит на четвереньках, как настоящее четвероногое; он не способен жить среди людей и должен вести существование, свойственное животным, и главное, он может жить без всякой человеческом помощи. Короче, он должен обитать в лесу и находиться среди зверей. Но есть и другие проявления Homo ferus, которые также нередко рассматривают в контексте оборотничества.
В одном из высокогорных аулов Кабардино-Балкарии появился дикий человек, одетый в звериные шкуры и самодельную обувь. Длинная густая борода закрывала почти полтела. Незнакомец с трудом произносил слова. Вот вкратце его история.
После изгнания фашистских войск с Северного Кавказа в годы Отечественной войны в ауле остались два полицая, верой и правдой служившие оккупантам. Чтобы избежать заслуженной кары за многие преступления, которые совершили, они бежали в горы, прихватив с собой винтовки и запас патронов — целый цинковый ящик. Они ушли в самый глухой район, поселились в пещере, практически не доступной ни охотникам, ни туристам. Питались вяленым мясом горных туров, которое заготовляли впрок, и сушеными ягодами, кореньями, дикими фруктами, грибами и орехами — их было много в окрестных щедрых лесах и альпийских лугах.
Так прожили они восемь лет вдвоем, боясь возмездия и не зная, что война давно закончилась.
Один из бежавших заболел раком горла. Другой лечил его, заставив глотать наперсток с заточенными краями на кожаном шнурке. Насильно вытаскивая его обратно, он зверски, жестоко «прочищал» горло напарника от опухоли, срезая острыми гранями наперстка живую ткань. Больнее в конце концов скончался. И человек остался совершенно один. 28 лет прожил он уже в полном одиночестве. Он шил одежду и обувь из шкур горных туров. Они были здесь в изобилии, патронов хватало, а обветшавшая одежда окончательно рассыпалась.
Добровольный изгнанник разучился говорить, потому что за все годы лишь дважды видел людей, да и то на значительном расстоянии, так каk боялся вступить в контакт со случайно забредшими в эти края туристами.
Во время одного из походов за многие десятки километров к полю, с которого изгнанник собирал початки кукурузы, он вдруг встретил кошку и унес ее с собой в пещеру. Теперь животное скрашивало существование пещерного жителя. Их было уже двое. О ком-то надо было заботиться. Но через пару лет кошку сожрали не то лисы, не то волки.
Мальчик-обезьяна лет двенадцати, обнаруженный в джунглях на юге Цейлона играющим с обезьянами, был обследован врачами и представителями гражданских властей. Выяснилось, что он отставал в умственно развитии и был, видимо, по этой причине оставлен родителями в джунглях. Ребенок научился имитировать поведение обезьян и поэтому выжил.
Мальчик, которого назвали Тисса, не умел говорить и только вскрикивал и бормотал как обезьяна. Он сидел, как обезьяна, и не мог стоять без посторонней помощи. Передвигался он только на четвереньках. Более того, когда ему дали тарелку с пищей, он вывалил ее на землю перед тем, как приступить к еде. Важное различие между мальчиком-обезьяной и мальчиком-волком, которое мы будем обсуждать, — большая адаптируемость первого. Через несколько недель мальчик-обезьяна носил одежду и ел из тарелки. Мальчики-волки, как правило, остаются дикими, они совершенно не способны к обучению.
Естественно, что в свете легенды об оборотне для нас более интересны мальчики-волки. Их можно разделить на две категории: «ликантропы» на которых мы сосредоточим внимание, и«дикие мальчики» обычно робкие дети, жертвы грубого и жестокого обхождения. (Мальчик-обезьяна, видимо, попадает во вторую категорию.).
Трудно предположить, конечно, что мальчик-волк есть нечто другое, нежели жертва случая или каприз природы. Но вряд ли кто-нибудь будет отрицать, что его существование оказало огромное влияние на формирование легенды о ликантропе. Всякий, кто видел такого дикого ребенка, покрытого царапинами и болячками, со спутанными длинными волосами, грязного, принимающего позы, свойственные животным, с поломанными зубами и длинными, напоминающими волчьи когти, ногтями, со смрадным дыханием, ртом, перепачканным кровью от съеденного сырого мяса, а кроме всего прочего, был свидетелем его свирепости и слышал напоминающие волчьи вой и рычание, которые он издает, — тот не мог не содрогнуться.
Есть целый ряд факторов, необходимых ученым для констатации Homo ferus, особенно если речь идет о «ликантропическом» варианте. Его типичный представитель лишен многих присущих человеку черт: любви, обычных эмоций и особенно смеха; он молчалив, исключая те моменты, когда рычит, фыркает или воет; он ходит на четвереньках, как настоящее четвероногое; он не способен жить среди людей и должен вести существование, свойственное животным, и главное, он может жить без всякой человеческом помощи. Короче, он должен обитать в лесу и находиться среди зверей. Но есть и другие проявления Homo ferus, которые также нередко рассматривают в контексте оборотничества.
В одном из высокогорных аулов Кабардино-Балкарии появился дикий человек, одетый в звериные шкуры и самодельную обувь. Длинная густая борода закрывала почти полтела. Незнакомец с трудом произносил слова. Вот вкратце его история.
После изгнания фашистских войск с Северного Кавказа в годы Отечественной войны в ауле остались два полицая, верой и правдой служившие оккупантам. Чтобы избежать заслуженной кары за многие преступления, которые совершили, они бежали в горы, прихватив с собой винтовки и запас патронов — целый цинковый ящик. Они ушли в самый глухой район, поселились в пещере, практически не доступной ни охотникам, ни туристам. Питались вяленым мясом горных туров, которое заготовляли впрок, и сушеными ягодами, кореньями, дикими фруктами, грибами и орехами — их было много в окрестных щедрых лесах и альпийских лугах.
Так прожили они восемь лет вдвоем, боясь возмездия и не зная, что война давно закончилась.
Один из бежавших заболел раком горла. Другой лечил его, заставив глотать наперсток с заточенными краями на кожаном шнурке. Насильно вытаскивая его обратно, он зверски, жестоко «прочищал» горло напарника от опухоли, срезая острыми гранями наперстка живую ткань. Больнее в конце концов скончался. И человек остался совершенно один. 28 лет прожил он уже в полном одиночестве. Он шил одежду и обувь из шкур горных туров. Они были здесь в изобилии, патронов хватало, а обветшавшая одежда окончательно рассыпалась.
Добровольный изгнанник разучился говорить, потому что за все годы лишь дважды видел людей, да и то на значительном расстоянии, так каk боялся вступить в контакт со случайно забредшими в эти края туристами.
Во время одного из походов за многие десятки километров к полю, с которого изгнанник собирал початки кукурузы, он вдруг встретил кошку и унес ее с собой в пещеру. Теперь животное скрашивало существование пещерного жителя. Их было уже двое. О ком-то надо было заботиться. Но через пару лет кошку сожрали не то лисы, не то волки.
Страница 1 из 6
