Статья посвящена загадочному родственнику медведей — иркуйему.
Добавить в моё избранное
25 мин, 21 сек 8549
«Обращаюсь к вам вот с какой просьбой. Помогите, пожалуйста, отыскать научную организацию или людей соответствующего профиля, которые заинтересуются неизвестными животными, не занесенными в систематику млекопитающих. Я уже обращался с таким предложением в Академию наук. Животное, о котором идет речь, относится к роду медведей, в этом сомнения нет. В роду медведей будет восьмым. Оно крупных размеров, примерно вдвое по весу превосходит обычного медведя. Но очень сильно отличается строением тела. Задние ноги короче передних, а между ног расположен курдюк, или жировой мешок, который постоянно касается земли. Местные жители (коряки, чукчи) называют его» иркуйем«с ударением на» у«. По-корякски —» волочащий по земле штаны«. Тигильские же коряки называют его» кайнын-кутхо«что означает —» бог-медведь«.»
Так начиналось первое письмо Родиона Николаевича Сиволобова, тридцатишестилетнего жителя небольшого поселка Тиличики, что стоит на берегу залива Корфа, в северной части Камчатского полуострова, у подножия диких гор Корякского нагорья.
Письмо это было направлено в адрес редакции журнала «Охота и охотничье хозяйство».
Профессор Верещагин спустя некоторое время опубликовал ответ на это письмо в журнале «Охота и охотничье хозяйство». Начал он с рассказа о том, что к нему в Зоологический институт Академии наук в Ленинграде почти ежедневно звонят, пишут, приходят люди, «тронутые реликтовым зудом». Один пожилой инженер на полном серьезе уверял, что знает и видел сам небольшого «динозавра метра полтора толщиной» уползавшего в расщелину обрыва речки Оредеж, к западу от Ленинграда. Другой — корреспондент какой-то многотиражки — доказывал полную достоверность обитания крокодила в водоемах и прибрежных кустарниках на Южном Урале в Башкирии. Третий — из Челябинска — страшно разобиделся и перестал писать, когда профессор осмелился не поверить его заверениям, что в озерах правобережья Иртыша за Тобольском живет то ли бегемот, то ли морж. А бывший начальник геологоразведочной партии с пеной у рта доказывал, что в одном из озер приохотской земли водится огромная касатка. Она даже утопила однажды санный караван, разломав лед, когда один из каюров стал непочтительно рубить ее торчащий из льда спинной плавник-косу…
Были, припоминал ученый, и другие не менее занятные заявления. Но во время разговора с Феликсом Робертовичем я об этом еще не знал. И хотя всегда со скепсисом относился к мелькавшим в прессе сообщениям о Несси, «снежных людях» и подобных чудесах, раз и навсегда решив для себя: то, что невозможно снять на фото-, кино— или видеопленку, не может существовать, пообещал ученому попытаться разобраться и в этом деле.
Незадолго до этого мне довелось побывать на Камчатке, провести несколько дней в Тиличиках. Вместе с районным охотинспектором я облазил окрестные горы и речки. Целью моих поисков в тот раз были гнезда хищных птиц, но и бурыми большими тамошними медведями пришлось заинтересоваться. Не раз они встречались на нашем пути. Около десятка зверей довелось мне наблюдать там за месяц, некоторых удалось сфотографировать. С разными людьми за время этого странствия приходилось встречаться, с кем только не разговаривать: и с охотниками, и с рыбаками, и с пастухами-оленеводами. Но ни разу за все это время я не слышал о диковинном, столь необычных форм огромном звере. Будто и не существовало там его. А заявитель уверял, что «написать обо всем, что ему об этом звере известно, невозможно, для этого потребуется много страниц». Вкратце же он сообщал пока вот что:
«… В течение нескольких лет я собираю опросные данные об этом звере. До появления на севере нашего полуострова нарезного оружия этих животных, вероятно, было немало, но затем каждая встреча с человеком оказывалась для иркуйема последней. Большой вес, широкая расстановка ног, маленькие задние ноги не давали возможности зверю быстро и вовремя скрыться при встрече с людьми. Есть сведения, что такого медведя, приняв его за» урода«лет десять назад добыли геологи. Но в основном эти звери встречаются оленеводам. Так, судя по довольно-таки достоверным рассказам, их добывали в 1976, 1980, 1982 годах в Олюторском, Карагинском, Тигильском районах. Из всего этого следует, что в ближайшие годы зверь бесследно исчезнет. Два года я предпринимал попытки его отыскать, но проникнуть туда, где его можно найти в течение одного полевого сезона, можно только на вертолете, а у меня его, увы, нет».
О себе, своей профессии человек этот не сообщил ничего, кроме того, что он родился в поселке Ветвей.
Но как раз это-то и заинтриговало меня более всего. Полузаброшенный поселок этот стоит среди пойменных диких лесов в среднем течении реки Вывенки. Мне довелось там бывать, и не стоило закрывать на миг глаза, чтобы припомнить путешествие по этой реке, где и в наши дни можно увидеть росомаху и удирающего от нее зайца, занятого рыбной ловлей бурого медведя, парящего белохвостого орлана. Медведей в тех местах что комаров, как говорят местные жители.
Так начиналось первое письмо Родиона Николаевича Сиволобова, тридцатишестилетнего жителя небольшого поселка Тиличики, что стоит на берегу залива Корфа, в северной части Камчатского полуострова, у подножия диких гор Корякского нагорья.
Письмо это было направлено в адрес редакции журнала «Охота и охотничье хозяйство».
Профессор Верещагин спустя некоторое время опубликовал ответ на это письмо в журнале «Охота и охотничье хозяйство». Начал он с рассказа о том, что к нему в Зоологический институт Академии наук в Ленинграде почти ежедневно звонят, пишут, приходят люди, «тронутые реликтовым зудом». Один пожилой инженер на полном серьезе уверял, что знает и видел сам небольшого «динозавра метра полтора толщиной» уползавшего в расщелину обрыва речки Оредеж, к западу от Ленинграда. Другой — корреспондент какой-то многотиражки — доказывал полную достоверность обитания крокодила в водоемах и прибрежных кустарниках на Южном Урале в Башкирии. Третий — из Челябинска — страшно разобиделся и перестал писать, когда профессор осмелился не поверить его заверениям, что в озерах правобережья Иртыша за Тобольском живет то ли бегемот, то ли морж. А бывший начальник геологоразведочной партии с пеной у рта доказывал, что в одном из озер приохотской земли водится огромная касатка. Она даже утопила однажды санный караван, разломав лед, когда один из каюров стал непочтительно рубить ее торчащий из льда спинной плавник-косу…
Были, припоминал ученый, и другие не менее занятные заявления. Но во время разговора с Феликсом Робертовичем я об этом еще не знал. И хотя всегда со скепсисом относился к мелькавшим в прессе сообщениям о Несси, «снежных людях» и подобных чудесах, раз и навсегда решив для себя: то, что невозможно снять на фото-, кино— или видеопленку, не может существовать, пообещал ученому попытаться разобраться и в этом деле.
Незадолго до этого мне довелось побывать на Камчатке, провести несколько дней в Тиличиках. Вместе с районным охотинспектором я облазил окрестные горы и речки. Целью моих поисков в тот раз были гнезда хищных птиц, но и бурыми большими тамошними медведями пришлось заинтересоваться. Не раз они встречались на нашем пути. Около десятка зверей довелось мне наблюдать там за месяц, некоторых удалось сфотографировать. С разными людьми за время этого странствия приходилось встречаться, с кем только не разговаривать: и с охотниками, и с рыбаками, и с пастухами-оленеводами. Но ни разу за все это время я не слышал о диковинном, столь необычных форм огромном звере. Будто и не существовало там его. А заявитель уверял, что «написать обо всем, что ему об этом звере известно, невозможно, для этого потребуется много страниц». Вкратце же он сообщал пока вот что:
«… В течение нескольких лет я собираю опросные данные об этом звере. До появления на севере нашего полуострова нарезного оружия этих животных, вероятно, было немало, но затем каждая встреча с человеком оказывалась для иркуйема последней. Большой вес, широкая расстановка ног, маленькие задние ноги не давали возможности зверю быстро и вовремя скрыться при встрече с людьми. Есть сведения, что такого медведя, приняв его за» урода«лет десять назад добыли геологи. Но в основном эти звери встречаются оленеводам. Так, судя по довольно-таки достоверным рассказам, их добывали в 1976, 1980, 1982 годах в Олюторском, Карагинском, Тигильском районах. Из всего этого следует, что в ближайшие годы зверь бесследно исчезнет. Два года я предпринимал попытки его отыскать, но проникнуть туда, где его можно найти в течение одного полевого сезона, можно только на вертолете, а у меня его, увы, нет».
О себе, своей профессии человек этот не сообщил ничего, кроме того, что он родился в поселке Ветвей.
Но как раз это-то и заинтриговало меня более всего. Полузаброшенный поселок этот стоит среди пойменных диких лесов в среднем течении реки Вывенки. Мне довелось там бывать, и не стоило закрывать на миг глаза, чтобы припомнить путешествие по этой реке, где и в наши дни можно увидеть росомаху и удирающего от нее зайца, занятого рыбной ловлей бурого медведя, парящего белохвостого орлана. Медведей в тех местах что комаров, как говорят местные жители.
Страница 1 из 7
