«Все эти россказни о том, что наших добропорядочных граждан изгоняют из жилищ привидения и шумные духи, есть самая бессовестная и наглая ложь, и я мог бы привести тому множество убедительных доказательств. И если вам придется услышать, что у кого-то в доме завелась нечистая сила, знайте — все это глупые выдумки, а главный обманщик тот, кто, надеясь отвести от себя подозрения, пытается предстать перед вами невинной жертвой».
Добавить в моё избранное
12 мин, 39 сек 3730
— А что ты мне можешь сказать? — Там сплошной обман. Проблема не научная, чисто социальная. Расскажу при возвращении.
Коллега возвратился, кляня бытовые и путевые неудобства. Но не это, конечно, огорчало его, а то, что он встретился не с феноменом, а с обманом, хотя и незлостным. Семья в полном составе — Валера тринадцати лет, Наташа — десяти, Николай — четырех с половиной, Павлик — двух с половиной — во главе с их тридцатипятилетней матерью дружно обманывала главу семьи! А он, простодушный, ничего не подозревал. Это был чисто семейный театр!
А началось все с того, что смышленая и подвижная Наташа, прочитав как-то, что происходит в полтергейстном доме Чапразовых из болгарского села Дибич, стала разыгрывать то же самое. Детям игра понравилась. Особенно искреннее удивление отца, ничего не знавшего о Чапразовых.
Отец принял все за чистую монету. А мать присоединилась к детям после того, как отец, придя с работы, спросил у Кеши, можно ли ему принять еще один стакан водки. «Нет, нельзя!» — ответила измененным голосом Наташа. И папа послушался.
«Папка дерется и обижает маму, когда напьется! — доверительно пояснили моему коллеге двух— и четырехлетние карапузы, — а Кешу он слушается». Инициатором, организатором и главным исполнителем всех театральных действий была Наташа. Она же и говорила за Кешу. Только так и удалось справиться с непослушным папкой.
Свой секрет они хранили даже от приглашавшихся в квартиру представителей исполкома и медицинских работников. А играла свою роль Наташа впечатляюще. Она полностью убедила отца, а тот — всех остальных, включая председателя и секретаря горисполкома.
А вот другая история полного обмана, но его мотив был иной. Она имела место в конце XIX века в одном из сел Подольского уезда Московской губернии. В дом некоего Ильина, торговца, была взята нянькой тринадцатилетняя Фима.
Ее мать увлекалась спиритизмом и много рассказывала о его феноменах в присутствии дочери. Но по бедности была вынуждена отдать Фиму в няньки.
И живая, юркая, смышленая Фима стала нянчить больного полуторагодовалого ребенка Ильиных — семьи суровой, требовательной и бессердечной.
Фиму часто били и наказывали за провинности, она убегала к матери, но та каждый раз возвращала ее обратно. Вновь побои. Наконец девочка нашла выход. Она стала инсценировать полтергейст! По рассказам матери, Фима в целом представляла, что это такое — «самопроизвольные медиумические явления».
Однажды среди ночи девочка подняла страшный крик — она утверждала, что кто-то напал на нее и сильно избил. Фиму «успокоили»: отшлепали и сказали, что ей все приснилось. После следующей ночи она появилась перед людьми в ссадинах и царапинах, рассказывая со слезами на глазах, что кто-то вновь напал на нее, бил, царапал, но она боялась кричать.
После этого возле Фимы и ребенка, которого она нянчила, начались стуки, перебрасывания предметов, пропажа нужных вещей. Однажды напуганные всем этим хозяева вошли утром в комнату Фимы: она спала, а ребенок куда-то исчез! Все бросились его искать, но когда нашли на чердаке заброшенной бани и внесли в комнату, из нее исчезла люлька, найденная позже на огороде.
О том, что творится в доме Ильиных, стало известно не только в Подольске, но и в Москве. Не раз приглашали священников, но во время службы всегда происходило что-то необыкновенное: то исчезала шапка священника и ее находили в квашне, прямо в тесте, то пропадали галоши дьякона и их обнаруживали или на чердаке, или в самоваре. Пока искали пропавшее, исчезали крест, Евангелие, епитрахиль. Но никто не видел сам процесс исчезновения.
Падкие на подобные происшествия московские спириты тут же приехали к Ильину и устроили у него в доме сеанс. На нем не было только Фимы с ребенком. Медиум впал в транс и рассказал целую историю о страннике, убитом в селе несколько лет назад и зарытом в огороде у Ильиных: дух странника Василия Силантьевича Акимова требует надлежащего погребения.
Спириты успокоили хозяев: если они найдут останки и похоронят их как положено, все прекратится. Но по выходе из дома, одеваясь, москвичи обнаружили, что все карманы их пальто, а также головные уборы, не исключая и дамских, забиты картофелем!
Все смутились. Руководитель приехавших объяснил происшествие тем, что это подтверждающий знак духа о его погребенных останках на том самом огороде, где вырос картофель.
На следующий день перекопали весь огород, но ничего найдено не было.
Местный урядник решил еще раз тщательно осмотреть дом. При этом обнаружил в комнате Фимы, около ее кровати, конец толстой веревки. Дернув за него, услышал сильный стук в железную крышу дома. Оказалось, от кровати девочки через стену по наружной стороне дома на чердак проведена бечевка и конец ее привязан к большой деревянной плахе. Урядник посоветовал установить строгий надзор над Фимой, но был тут же наказан — его фуражку нашли в колодце.
Коллега возвратился, кляня бытовые и путевые неудобства. Но не это, конечно, огорчало его, а то, что он встретился не с феноменом, а с обманом, хотя и незлостным. Семья в полном составе — Валера тринадцати лет, Наташа — десяти, Николай — четырех с половиной, Павлик — двух с половиной — во главе с их тридцатипятилетней матерью дружно обманывала главу семьи! А он, простодушный, ничего не подозревал. Это был чисто семейный театр!
А началось все с того, что смышленая и подвижная Наташа, прочитав как-то, что происходит в полтергейстном доме Чапразовых из болгарского села Дибич, стала разыгрывать то же самое. Детям игра понравилась. Особенно искреннее удивление отца, ничего не знавшего о Чапразовых.
Отец принял все за чистую монету. А мать присоединилась к детям после того, как отец, придя с работы, спросил у Кеши, можно ли ему принять еще один стакан водки. «Нет, нельзя!» — ответила измененным голосом Наташа. И папа послушался.
«Папка дерется и обижает маму, когда напьется! — доверительно пояснили моему коллеге двух— и четырехлетние карапузы, — а Кешу он слушается». Инициатором, организатором и главным исполнителем всех театральных действий была Наташа. Она же и говорила за Кешу. Только так и удалось справиться с непослушным папкой.
Свой секрет они хранили даже от приглашавшихся в квартиру представителей исполкома и медицинских работников. А играла свою роль Наташа впечатляюще. Она полностью убедила отца, а тот — всех остальных, включая председателя и секретаря горисполкома.
А вот другая история полного обмана, но его мотив был иной. Она имела место в конце XIX века в одном из сел Подольского уезда Московской губернии. В дом некоего Ильина, торговца, была взята нянькой тринадцатилетняя Фима.
Ее мать увлекалась спиритизмом и много рассказывала о его феноменах в присутствии дочери. Но по бедности была вынуждена отдать Фиму в няньки.
И живая, юркая, смышленая Фима стала нянчить больного полуторагодовалого ребенка Ильиных — семьи суровой, требовательной и бессердечной.
Фиму часто били и наказывали за провинности, она убегала к матери, но та каждый раз возвращала ее обратно. Вновь побои. Наконец девочка нашла выход. Она стала инсценировать полтергейст! По рассказам матери, Фима в целом представляла, что это такое — «самопроизвольные медиумические явления».
Однажды среди ночи девочка подняла страшный крик — она утверждала, что кто-то напал на нее и сильно избил. Фиму «успокоили»: отшлепали и сказали, что ей все приснилось. После следующей ночи она появилась перед людьми в ссадинах и царапинах, рассказывая со слезами на глазах, что кто-то вновь напал на нее, бил, царапал, но она боялась кричать.
После этого возле Фимы и ребенка, которого она нянчила, начались стуки, перебрасывания предметов, пропажа нужных вещей. Однажды напуганные всем этим хозяева вошли утром в комнату Фимы: она спала, а ребенок куда-то исчез! Все бросились его искать, но когда нашли на чердаке заброшенной бани и внесли в комнату, из нее исчезла люлька, найденная позже на огороде.
О том, что творится в доме Ильиных, стало известно не только в Подольске, но и в Москве. Не раз приглашали священников, но во время службы всегда происходило что-то необыкновенное: то исчезала шапка священника и ее находили в квашне, прямо в тесте, то пропадали галоши дьякона и их обнаруживали или на чердаке, или в самоваре. Пока искали пропавшее, исчезали крест, Евангелие, епитрахиль. Но никто не видел сам процесс исчезновения.
Падкие на подобные происшествия московские спириты тут же приехали к Ильину и устроили у него в доме сеанс. На нем не было только Фимы с ребенком. Медиум впал в транс и рассказал целую историю о страннике, убитом в селе несколько лет назад и зарытом в огороде у Ильиных: дух странника Василия Силантьевича Акимова требует надлежащего погребения.
Спириты успокоили хозяев: если они найдут останки и похоронят их как положено, все прекратится. Но по выходе из дома, одеваясь, москвичи обнаружили, что все карманы их пальто, а также головные уборы, не исключая и дамских, забиты картофелем!
Все смутились. Руководитель приехавших объяснил происшествие тем, что это подтверждающий знак духа о его погребенных останках на том самом огороде, где вырос картофель.
На следующий день перекопали весь огород, но ничего найдено не было.
Местный урядник решил еще раз тщательно осмотреть дом. При этом обнаружил в комнате Фимы, около ее кровати, конец толстой веревки. Дернув за него, услышал сильный стук в железную крышу дома. Оказалось, от кровати девочки через стену по наружной стороне дома на чердак проведена бечевка и конец ее привязан к большой деревянной плахе. Урядник посоветовал установить строгий надзор над Фимой, но был тут же наказан — его фуражку нашли в колодце.
Страница 3 из 4
