Гул двигателя автомобиля нагонял сонливость. Однако чувства волнения и счастья, были в разы сильнее и ощутимее в течение последних девяти месяцев. Мы с моей женой Светланой очень долго готовились к этому событию и вот, наконец, в течение ближайших нескольких дней на свет должен был появиться мой первенец. Дорога от офиса до загородного дома занимала не более получаса, благо моя профессия позволила приобрести дом поближе к лесным массивам и свежему воздуху.
Добавить в моё избранное
12 мин, 45 сек 15970
Мой сын. Мой долгожданный сын. Я опустил глаза от окна на лежащую рядом жену и сына на носилках. -«Я в состоянии самому позаботится о своей семье».
Вот уже несколько месяцев я нахожусь дома и ухаживаю за сыном и женой. К счастью все это время я был не один. Наталья — домработница и по совместительству давний друг семьи, составляла мне компанию, и помогала справляться с душевными переживаниями. Даже предположить не могу, сколько лет этой вечно суетящейся и доброй женщине, которая не на миг не расстаётся со своим котом. Сколько себя помню, она всегда была в хороших отношениях с моими родителями и званым гостем в нашем доме. Поэтому, как только она узнала о произошедшем: Наталья тут же оказалась на пороге нашего дома. Постепенно я начал привыкать к тому что произошло. С женой мы наладили своеобразный контакт с помощью мычаний которые она издавала и жестов глазами. Однако каждый раз, заходя в детскую мое сердце невольно сжималось. Издалека казавшийся вполне нормальным силуэт ребенка, вблизи приобретал совсем нелицеприятные свойства. Искривлённые и недоразвитые конечности располагались под ненормальным углом. Особенно права нога, которая была направленна в совершенно другую сторону, создавая эффект «лапки кузнечика». Выпирающие ребра, тяжело вздымающиеся при каждом тяжёлом вздохе и общая скелетообразность тела моего сына, была далеко не венцом его внешнего вида. По причине гидроцефалии, левое полушарие его черепа внушительно выпирала, из-за чего лицо моего сына казалось «смазанным» и растянутым в левую сторону.
Как то, сидя в его комнате и осушая очередную бутылку какого-то пойла, я попытался разглядеть признаки понимания происходящего у него в глазах. Его левый глаз был полузакрыт и спрятан бельмом. Правый же глаз был нормально развит, однако постоянно направлен вниз, будто пытаясь что то разглядеть в своих ногах. В тот вечер я окончательно убедился что Сергей Иванович был прав. «-Вадим, у вашего сына ДЦП, он никогда не сможет жить нормальной жизнью. Я в целом удивлён, что ваш ребёнок все ещё жив. А то как он повлиял на вашу жену при своём развитии … такое я вижу впервые за многие годы работы».
Однако время шло. Я окончательно привык к положению дел. Стал чаще заниматься работой, в то время как Наталья следила за родными. Более того совсем недавно Света, моя милая жена улыбнулась. У нее частично возвращалась чувствительность лица. В то же время стали происходить довольно странные вещи. Иногда, ночами можно было услышать еле уловимый звук похожий на бег кота или собаки по комнате сына. Но я знал о наличии животного в доме, поэтому совершенно не придал этому значения. Однажды вернувшись домой я застал рыдающую Наталью, которая сообщила о том что ее любимец пропал. В тот же день перед сном я снова услышал тот самый звук, что стало еще одним толчком к покупке «радио-няни».
В очередную будничную ночь деревья освещаемые фарами автомобиля, скользили вдоль лобового стекла. Я направлялся к дому, иногда позволяя себя порадовать мечтами о выздоровлении сына или жены. От фантазий меня оторвал сигнал мобильного телефона. На дисплее светилось «Наталья». Я взял трубку.
— «Вадичка? Здравствуй мой хороший. Я чего звоню то… — Наталья выдержала паузу— У нас тут свет отключили. Говорят на станции что-то. Так что ты не переживай. Покушать я оставлю на кухне. — Спасибо тёть Наташ — ответил я, еле приподняв уголки губ.».
— «Я тебе тут фонарик на столе оставлю. А то голову на лестнице расшибёшь.»
— «Не надо тёть На… — в трубке зазвучали гудки.»
Заехав во двор и подойдя к входной двери, я сделал вывод что неисправность на станции все ещё актуальна, так как ни света, ни привычного шума телевизионных новостей из комнаты Натальи слышно не было. Зайдя на кухню, перед этим уронив вешалку в попытке повесить пальто, я сел за стол. Лунный свет бившийся в окна освещал ровно половину кухни. Как ни кстати совсем не ту половину где находился мой кухонный стол. Шаря по столу в поисках вилки, я задел что — то более массивное и холодное. Фонарь. «-Наталья всегда поражала своей заботливостью.» Я снова улыбнулся. Съев обещанную порцию ужина я, при помощи фонаря добрался до комнаты, поцеловал на ночь жену, поправил ей плед и прилёг рядом.
Шум. Странный шум похожий на телевизионные помехи заставил меня распахнуть глаза. Щёлкнув несколько раз включатель настольной лампы, я убедился что света все ещё нет. Шум стал сильнее. Шаря взглядом по полутёмной комнате, я пытался локализовать источник шума. Радио-няня. Звук определённо издавал динамик рации. В тот момент когда я, наконец, переборол лень и собрался встать с кровати — помехи стихли. Вместо них рация передавала звук шаркающих шагов и сонную колыбельную Натальи. Успокоившись, я положил голову на подушку и в тот момент когда я закрыл глаза, помехи вновь резко ударили по ушам. Однако в этот раз шуму вторил визг. Визг Натальи из динамика рации прекратился так же быстро как и начался. Внутри все похолодело.
Вот уже несколько месяцев я нахожусь дома и ухаживаю за сыном и женой. К счастью все это время я был не один. Наталья — домработница и по совместительству давний друг семьи, составляла мне компанию, и помогала справляться с душевными переживаниями. Даже предположить не могу, сколько лет этой вечно суетящейся и доброй женщине, которая не на миг не расстаётся со своим котом. Сколько себя помню, она всегда была в хороших отношениях с моими родителями и званым гостем в нашем доме. Поэтому, как только она узнала о произошедшем: Наталья тут же оказалась на пороге нашего дома. Постепенно я начал привыкать к тому что произошло. С женой мы наладили своеобразный контакт с помощью мычаний которые она издавала и жестов глазами. Однако каждый раз, заходя в детскую мое сердце невольно сжималось. Издалека казавшийся вполне нормальным силуэт ребенка, вблизи приобретал совсем нелицеприятные свойства. Искривлённые и недоразвитые конечности располагались под ненормальным углом. Особенно права нога, которая была направленна в совершенно другую сторону, создавая эффект «лапки кузнечика». Выпирающие ребра, тяжело вздымающиеся при каждом тяжёлом вздохе и общая скелетообразность тела моего сына, была далеко не венцом его внешнего вида. По причине гидроцефалии, левое полушарие его черепа внушительно выпирала, из-за чего лицо моего сына казалось «смазанным» и растянутым в левую сторону.
Как то, сидя в его комнате и осушая очередную бутылку какого-то пойла, я попытался разглядеть признаки понимания происходящего у него в глазах. Его левый глаз был полузакрыт и спрятан бельмом. Правый же глаз был нормально развит, однако постоянно направлен вниз, будто пытаясь что то разглядеть в своих ногах. В тот вечер я окончательно убедился что Сергей Иванович был прав. «-Вадим, у вашего сына ДЦП, он никогда не сможет жить нормальной жизнью. Я в целом удивлён, что ваш ребёнок все ещё жив. А то как он повлиял на вашу жену при своём развитии … такое я вижу впервые за многие годы работы».
Однако время шло. Я окончательно привык к положению дел. Стал чаще заниматься работой, в то время как Наталья следила за родными. Более того совсем недавно Света, моя милая жена улыбнулась. У нее частично возвращалась чувствительность лица. В то же время стали происходить довольно странные вещи. Иногда, ночами можно было услышать еле уловимый звук похожий на бег кота или собаки по комнате сына. Но я знал о наличии животного в доме, поэтому совершенно не придал этому значения. Однажды вернувшись домой я застал рыдающую Наталью, которая сообщила о том что ее любимец пропал. В тот же день перед сном я снова услышал тот самый звук, что стало еще одним толчком к покупке «радио-няни».
В очередную будничную ночь деревья освещаемые фарами автомобиля, скользили вдоль лобового стекла. Я направлялся к дому, иногда позволяя себя порадовать мечтами о выздоровлении сына или жены. От фантазий меня оторвал сигнал мобильного телефона. На дисплее светилось «Наталья». Я взял трубку.
— «Вадичка? Здравствуй мой хороший. Я чего звоню то… — Наталья выдержала паузу— У нас тут свет отключили. Говорят на станции что-то. Так что ты не переживай. Покушать я оставлю на кухне. — Спасибо тёть Наташ — ответил я, еле приподняв уголки губ.».
— «Я тебе тут фонарик на столе оставлю. А то голову на лестнице расшибёшь.»
— «Не надо тёть На… — в трубке зазвучали гудки.»
Заехав во двор и подойдя к входной двери, я сделал вывод что неисправность на станции все ещё актуальна, так как ни света, ни привычного шума телевизионных новостей из комнаты Натальи слышно не было. Зайдя на кухню, перед этим уронив вешалку в попытке повесить пальто, я сел за стол. Лунный свет бившийся в окна освещал ровно половину кухни. Как ни кстати совсем не ту половину где находился мой кухонный стол. Шаря по столу в поисках вилки, я задел что — то более массивное и холодное. Фонарь. «-Наталья всегда поражала своей заботливостью.» Я снова улыбнулся. Съев обещанную порцию ужина я, при помощи фонаря добрался до комнаты, поцеловал на ночь жену, поправил ей плед и прилёг рядом.
Шум. Странный шум похожий на телевизионные помехи заставил меня распахнуть глаза. Щёлкнув несколько раз включатель настольной лампы, я убедился что света все ещё нет. Шум стал сильнее. Шаря взглядом по полутёмной комнате, я пытался локализовать источник шума. Радио-няня. Звук определённо издавал динамик рации. В тот момент когда я, наконец, переборол лень и собрался встать с кровати — помехи стихли. Вместо них рация передавала звук шаркающих шагов и сонную колыбельную Натальи. Успокоившись, я положил голову на подушку и в тот момент когда я закрыл глаза, помехи вновь резко ударили по ушам. Однако в этот раз шуму вторил визг. Визг Натальи из динамика рации прекратился так же быстро как и начался. Внутри все похолодело.
Страница 2 из 4
