Я проживаю в Кирове, а как приходит лето я уезжаю в глухую деревеньку Крюковцы, что в Мурашинском районе, к своему деду. Плох он стал последнее время, лежит и почти не встаёт. За ним соседка всё ухаживает пока я к нему не приеду. Уехать он отказался как только не просили.
Добавить в моё избранное
6 мин, 1 сек 9796
Неестественно длинная голова была обвита ветками, торчащими в разные стороны. Из — за веток виднелись горящие ярко — оранжевые глаза. Но что я запомнил лучше всего, это то что на нём была старая рваная шинель, однобортка. Обычно такие шинели у человека свешиваются почти до земли, а у него она была чуть ваше пояса, а рукава были примерно по локоть. У меня от страха начали отниматься ноги, тело будто перестало слушаться. Я стоял как вкопанный и смотрел на него. Примерно пол минуты длилась мёртвая тишина. Пока оно не начало издавать то шипение, но теперь из тихого оно становилось всё громче, пока совсем не превратилось в мерзкий, скрипучий крик. Я мысленно попрощался с жизнью… Но внезапно сзади раздался выстрел! Я упал лицом в землю и закрыл голову руками. Толик подбежал ко мне, поднял меня и неистово крича «Бежим!» Помчался не разбирая дороги. Я бежал следом, ветки царапали лицо, попутно врезаясь в деревья и спотыкаясь о коряги я кричал Толику«Подожди, постой!» Ноги ещё не совсем слушались и часто подворачивались, но несмотря на боль я бежал что было сил. А в голове всё слышался тот ужасный, скрипучий крик. И в каждом деревце виднелся силуэт этой нечисти.
Мы мчались как угорелые, пока не добежали до деревни. Казалось что прошла всего пара минут, но на деле мы бежали около получаса. Выбежав на дорогу, мы упали на асфальт, в груди горел костёр, дышать просто было невозможно. Пролежав несколько минут, Толик (Ружья у него уже не было, сам он не знает где его обронил) не спеша поднялся.
— Что это, блин, было!
— Прохрипел он.
Ничего ему не ответив я протянул руку, тк сам не мог встать. И пошатываясь мы пошли домой к Саше, рассказывать то во что сами не могли поверить. По дороге я спросил у Толика:
— Ты стрелял в него. Ты попал?
— Наверное.
— Испуганно ответил он –Тварьна мгновение как будто исчезла, когда я выстрелил в неё!
Зайдя в дом Саши мы увидели что все жители злосчастной деревни уже там. Кто — то услышал тот выстрел и поднял всех на ноги. Выслушав то что с нами приключилось и руководствуясь словами моего деда, все решили что местные по очереди, каждые три месяца будут оставлять в лесу какое либо животное. И может тот успокоиться.
С тех пор прошло уже больше пол года. Пропавшую бабку так и не нашли. Местные как и было договорено, уводят своих животных в лес. Ну а меня до сих пор это нечто преследует в кошмарных снах.
Мы мчались как угорелые, пока не добежали до деревни. Казалось что прошла всего пара минут, но на деле мы бежали около получаса. Выбежав на дорогу, мы упали на асфальт, в груди горел костёр, дышать просто было невозможно. Пролежав несколько минут, Толик (Ружья у него уже не было, сам он не знает где его обронил) не спеша поднялся.
— Что это, блин, было!
— Прохрипел он.
Ничего ему не ответив я протянул руку, тк сам не мог встать. И пошатываясь мы пошли домой к Саше, рассказывать то во что сами не могли поверить. По дороге я спросил у Толика:
— Ты стрелял в него. Ты попал?
— Наверное.
— Испуганно ответил он –Тварьна мгновение как будто исчезла, когда я выстрелил в неё!
Зайдя в дом Саши мы увидели что все жители злосчастной деревни уже там. Кто — то услышал тот выстрел и поднял всех на ноги. Выслушав то что с нами приключилось и руководствуясь словами моего деда, все решили что местные по очереди, каждые три месяца будут оставлять в лесу какое либо животное. И может тот успокоиться.
С тех пор прошло уже больше пол года. Пропавшую бабку так и не нашли. Местные как и было договорено, уводят своих животных в лес. Ну а меня до сих пор это нечто преследует в кошмарных снах.
Страница 2 из 2
