Хочу поведать вам одну историю об одном загадочном и, одновременно, интересном случае, который произошел со мной в самом начале августа 2014 года. Сразу предупреждаю: я — человек военный, в мистику, чертей и прочую «замогильщину и колдунство» как не верил, так и не верю, даже произошедшее не заставило меня поменять свои убеждения.
Добавить в моё избранное
17 мин, 10 сек 2328
Я быстро одел туфли и вышел из квартиры. Странно, дверь то такая же, как и у нас! Подъездом ошибся? Возможно, хотя я больше ни у кого такой двери в доме не видел. Может ошибся домом? Ну это уже вообще ни в какие ворота! Я вышел на улицу в полном недоумении, закурил сигарету. На улице не было ни души и была абсолютная тишина: ни птички не чирикают, ни машины не гудят, да молодежь не смеется на лавке и все тот же непроницаемый туман! Достал телефон, что бы позвонить домой, но он отказался мне показывать что — либо окромя черного экрана. Сдох, зараза! Докурил сигарету, подошел к углу дома, посмотрел табличку с названием улицы и номером дома, все было тем, каким и должно быть, вот только табличка какая — то старого образца, поменяли что ли? Ладно поднимусь снова на этаж, может жена в гости кого пригласила, а другая мебель мне привиделась… В квартире все было тем же самым, но свет на кухне был включен я решил сначала пройти именно туда.
— Я дома! Дети! Жена! — прокричал я.
Тишина. На кухне все было чужим, но смутно знакомым. Мебель, как и плита, как и холодильник были старые, советские, но выглядели, как новые. Да что же происходит? Опять в чужую квартиру забрался? Хотя ощущение некой «знакомости» меня не покидало. Решил пройти в зал и поговорить с хозяевами.«Вот сейчас зайду такой красивый, а хозяева ментов вызовут!» — подумал я. По пути в зал заглянул в детскую. Как и везде мебель была совершенной другой. Заправленный диван — кровать, шкаф, письменный стол и небольшая книжная полка, на которой стояла черно — белая фотография девушки и парня. Присмотрелся. Парень и девушка были одеты как то старомодно, как одевались мои отец и мать в годах этак в 70 — 80х. Девушка на фотке была именно той, которая мне повстречалась в коридоре. Её правильный овал лица, большие глаза и улыбка мне казались очень знакомыми, а вот парня я не узнавал: высокий, с сигаретой в зубах, какая — то лохматая прическа, рубашка заправленная в брюки — клеш и татуировка на кисти правой руки в виде якоря рисовали в моей голове хулиганистого парня времен СССР годов 70х.
— Хозяева! Не пугайтесь! Я всего лишь хочу поинтересоваться! — снова прокричал я в звенящую тишину квартиры. Мне снова никто не ответил. Я прошел в зал.
Почти на всю длину стены стояла шкаф — стенка, за стеклянными дверцами которой стояли различные сервизы, на самом шкафе был добротный макет старого советского крейсера проекта 68 бис, справа от него стояла фарфоровая фигурка карикатурного моряка, который приложив руку к бескозырке, вглядывается в даль, а слева — два дельфина из зеленого стекла выпрыгивающие из такой же зеленой волны. Между окном и шкафом стоял старый черно-белый советский телевизор на четырех ногах, по которому шел какой — то футбольный матч, этот матч смотрел усатый мужчина лет сорока, сидаящий на стуле у открытой балконной двери и дымил сигаретой, по левую руку от него был лакированный обеденный стол на 6 персон, на столе стояла пепельница в виде раскрытого бутона тюльпана, рядом лежал очень красивый и, по-видимому, серебряный портсигар, с гравировкой крейсера и флага ВМФ СССР, так же лежала стопка газет («Труд» и«Комсомольская Правда»), а на них книга зеленого цвета В. Пикуль «Битва железных канцлеров». У другой стены стоял диван, на котором сидела женщина по возрасту примерно одинакового с мужчиной, а возле женщины сидела та самая молодая девушка, которая очень мне кого — то напоминала. Девушка была явно чем — то встревожена и что — то с жаром рассказывала женщине, которая, видимо, пыталась успокоить девушку. Но самое интересное, что все это происходило беззвучно! Была абсолютная тишина! Я видел, как открываются рты, но из них не доносилось ничего! Словно рыбы на берегу!
— Людиии! Ауууу! Я тут! — я уже закричал!
— Ээээй! Что за игнор?
Люди меня вообще не видели! Я для них не существовал будто!
— Эй, нароооод! — снова закричал, вдобавок запрыгав и замахав руками, чувствуя себя при этом полным кретином.
Эффект тот же, а точнее отсутствие оного. Меня начала брать злость. Я психанул и скинул стопку газет и книгу со стола, от чего те разлетелись по полу. Девушка и женщина вздрогнули, резко подтянули ноги на диван, на их лицах был дикий испуг, мужчина резко встал, все они смотрели на раскиданные газеты и книгу. И тут мне стало очень страшно, но страх был каким — то инстинктивным, я нутром почувствовал, что нужно бежать и бежать подальше, иначе может произойти нечто непоправимое, такое непоправимое, что я даже не мог представить. Я ломанулся к входной двери, буквально впрыгнул в свои туфли, схватил сумку и бегом, перелетая три ступеньки, выбежал на безжизненную и беззвучную и все еще туманную улицу. На меня навалилась какая — то первобытная и безосновательная паника! Куда бежать? От кого? Я выбрал направление на автостоянку и побежал, рискуя в непроглядном тумане наткнуться на припаркованный на тротуаре автомобиль.
— Я дома! Дети! Жена! — прокричал я.
Тишина. На кухне все было чужим, но смутно знакомым. Мебель, как и плита, как и холодильник были старые, советские, но выглядели, как новые. Да что же происходит? Опять в чужую квартиру забрался? Хотя ощущение некой «знакомости» меня не покидало. Решил пройти в зал и поговорить с хозяевами.«Вот сейчас зайду такой красивый, а хозяева ментов вызовут!» — подумал я. По пути в зал заглянул в детскую. Как и везде мебель была совершенной другой. Заправленный диван — кровать, шкаф, письменный стол и небольшая книжная полка, на которой стояла черно — белая фотография девушки и парня. Присмотрелся. Парень и девушка были одеты как то старомодно, как одевались мои отец и мать в годах этак в 70 — 80х. Девушка на фотке была именно той, которая мне повстречалась в коридоре. Её правильный овал лица, большие глаза и улыбка мне казались очень знакомыми, а вот парня я не узнавал: высокий, с сигаретой в зубах, какая — то лохматая прическа, рубашка заправленная в брюки — клеш и татуировка на кисти правой руки в виде якоря рисовали в моей голове хулиганистого парня времен СССР годов 70х.
— Хозяева! Не пугайтесь! Я всего лишь хочу поинтересоваться! — снова прокричал я в звенящую тишину квартиры. Мне снова никто не ответил. Я прошел в зал.
Почти на всю длину стены стояла шкаф — стенка, за стеклянными дверцами которой стояли различные сервизы, на самом шкафе был добротный макет старого советского крейсера проекта 68 бис, справа от него стояла фарфоровая фигурка карикатурного моряка, который приложив руку к бескозырке, вглядывается в даль, а слева — два дельфина из зеленого стекла выпрыгивающие из такой же зеленой волны. Между окном и шкафом стоял старый черно-белый советский телевизор на четырех ногах, по которому шел какой — то футбольный матч, этот матч смотрел усатый мужчина лет сорока, сидаящий на стуле у открытой балконной двери и дымил сигаретой, по левую руку от него был лакированный обеденный стол на 6 персон, на столе стояла пепельница в виде раскрытого бутона тюльпана, рядом лежал очень красивый и, по-видимому, серебряный портсигар, с гравировкой крейсера и флага ВМФ СССР, так же лежала стопка газет («Труд» и«Комсомольская Правда»), а на них книга зеленого цвета В. Пикуль «Битва железных канцлеров». У другой стены стоял диван, на котором сидела женщина по возрасту примерно одинакового с мужчиной, а возле женщины сидела та самая молодая девушка, которая очень мне кого — то напоминала. Девушка была явно чем — то встревожена и что — то с жаром рассказывала женщине, которая, видимо, пыталась успокоить девушку. Но самое интересное, что все это происходило беззвучно! Была абсолютная тишина! Я видел, как открываются рты, но из них не доносилось ничего! Словно рыбы на берегу!
— Людиии! Ауууу! Я тут! — я уже закричал!
— Ээээй! Что за игнор?
Люди меня вообще не видели! Я для них не существовал будто!
— Эй, нароооод! — снова закричал, вдобавок запрыгав и замахав руками, чувствуя себя при этом полным кретином.
Эффект тот же, а точнее отсутствие оного. Меня начала брать злость. Я психанул и скинул стопку газет и книгу со стола, от чего те разлетелись по полу. Девушка и женщина вздрогнули, резко подтянули ноги на диван, на их лицах был дикий испуг, мужчина резко встал, все они смотрели на раскиданные газеты и книгу. И тут мне стало очень страшно, но страх был каким — то инстинктивным, я нутром почувствовал, что нужно бежать и бежать подальше, иначе может произойти нечто непоправимое, такое непоправимое, что я даже не мог представить. Я ломанулся к входной двери, буквально впрыгнул в свои туфли, схватил сумку и бегом, перелетая три ступеньки, выбежал на безжизненную и беззвучную и все еще туманную улицу. На меня навалилась какая — то первобытная и безосновательная паника! Куда бежать? От кого? Я выбрал направление на автостоянку и побежал, рискуя в непроглядном тумане наткнуться на припаркованный на тротуаре автомобиль.
Страница 2 из 5
