Первый фильм Ламберто Бавы, весьма одиозный и неоднозначный «Макабро» благожелательно восприняли критики, но у зрителей он не имел особого успеха. Тем не менее, начинающий режиссер ожидал, что теперь-то у него появится возможность заниматься исключительно собственными проектами, не подвизаясь на поприще помощника директора.
Добавить в моё избранное
3 мин, 58 сек 200
Режиссёр Lamberto Bava.
В ролях: Andrea Occhipinti, Anny Papa, Fabiola Toledo.
Однако время шло, а предложений от продюсеров всё не поступало, и сын великого Марио понял, что его ожидания могут и не оправдаться. Ламберто вновь вернулся к работе ассистентом, на этот раз на джалло Дарио Ардженто «Тьма»(Tenebrae). Но вскоре судьба смилостивилась, и звонок от продюсера таки раздался. Это был Мино Лой, имевший отношение к таким проектам, как«Съеденные заживо» («Eaten Alive»), «Каннибалы» («Cannibal Ferox») и «Так мила, так извращена» («So Sweet, So Perverse») Умберто Ленци. Мино хотел снять мини-сериал жанра хоррор для телевидения, с последующей возможной переработкой в кинотеатральный проект. Изначально картина задумывалась как череда не связанных между собой новелл, но в результате совместной работы Бавы и сценариста Дардано Сакетти родился сюжет для для четырехсерийного фильма «Дом с лестницей во тьму». Особенностью этого сюжета стало то, что в конце каждой получасовой серии кровавейшим образом убивали какую-нибудь миловидную дамочку. Ламберто принципиально решил снимать «Дом» с очень жестокими сценами убийств, так как основной претензией зрителей к«Макабро» было отсутствие по-настоящему шокирующих моментов. Музыкант Бруно (Андреа Окчипинти) получает задание от режиссера Сандры написать музыку для её нового фильма ужасов. Музыка должна быть мрачная, но одновременно волнующая и непохожая на типичные музыкальные темы других ужастиков. Бруно с энтузиазмом принимается за работу, арендовав приличных размеров виллу, стоящую в некотором отдалении от города для того, чтобы уединение и атмосфера одинокого дома вдохновили его. Постепенно молодого музыканта начинают одолевать различного рода трудности.
Во-первых, Сандра отказывается показывать кому-либо, в том числе и Бруно, концовку своего фильма, ссылаясь на грандиозный сюрприз в финале. Бруно пытается объяснить ей, что знание развязки необходимо, чтобы лучше сориентироваться в настроении фильма, но сварливая дамочка-творец непреклонна. Во-вторых, с виллой тоже оказывается не всё ладно в половине дома отсутствует электричество, в подвале обнаруживается запертая дверь, к которой нет ключа, а вода в бассейне имеет ужасный запах. В-третьих, покой и одиночество Бруно постоянно нарушают на вилле то и дело появляются незнакомые девушки. Появляются и тут же исчезают В дополнение ко всему, во время работы Бруно начинают слышаться какие-то странные голоса и выясняется, что это не разыгравшееся воображение музыканта, ибо голоса слышны и на записанной пленке с музыкой. Кажется, что в доме поселились призраки По жанровому направлению, у Бавы и Сакетти получился классический джалло, в котором соблюдены все его каноны даже убивают в картине исключительно женщин, ни разу не покушаясь на жизнь сильной половины человечества. Тот факт, что сначала лента состояла из четырех серий, самым положительным образом повлиял на её динамику: каждая 25-минутная часть построена с равным балансом между напряженными «саспенс»-сценами, разговорами и убийствами дам. Некоторые сцены фильма (если вырвать их из контекста) кажутся совершенно «не от мира сего» — что добавляет своего очарования. Сама вилла, большая, с запутанными«внутренностями» с мрачными подвальными коридорами, производит очень благоприятное впечатление, и когда действие на непродолжительное время переносится на открытую местность, это кажется столь непривычным, будто мы смотрим готический триллер про«дом с привидениями». Виллу предоставил друг Сакетти, Лучиано Мартино (ставший ещё одним продюсером, наряду с Мино Лоем, не указанным в титрах).
Он приобрел её незадолго до съемок за 600 миллионов лир и просто горел желанием снять там какой-нибудь фильм. Даже актерская игра традиционно слабое место дешевого италохоррора — не вызывает существенных претензий. На главную роль был выписан почти что звезда итальянского кинематографа тех лет Андреа Окчипинти («Нью-йоркский потрошитель» («New York Ripper»)) актёр со своеобразной интеллектуальной внешностью, подходящей для необычного, странного кино, и очень любивший киноискусство как таковое благодаря чему соглашался сниматься в самых разных фильмах за очень небольшие деньги (снимается он и по сей день, но сейчас занят в большей степени кинодистрибьюцией). Единственным недоразумением в подборе исполнителей стала подруга Бруно в исполнении Лары Назински («Энигма» («Aenigma»), «Рыжая соня» («Red Sonja»)) полфильма я ждал, когда же грохнут эту «параБарби». Как видите, минусов у фильма мало, а достоинств достаточно, что позволяет порекомендовать сие творение всем, кто интересуется итальянским хорорром тех лет. Разумеется, ленту с весьма кровавым «содержимым» цензоры всячески резали, и в некоторых странах она вышла в прокат короче аж на 13 минут. Особенной обструкции подвергалась так называемая сцена в ванной её кромсали просто нещадно. В Америке картина вышла под тайтлом«Лезвие в ночи» который, по признанию Ламберто Бавы, нравится ему самому гораздо больше, чем родной, итальянский вариант названия.
В ролях: Andrea Occhipinti, Anny Papa, Fabiola Toledo.
Однако время шло, а предложений от продюсеров всё не поступало, и сын великого Марио понял, что его ожидания могут и не оправдаться. Ламберто вновь вернулся к работе ассистентом, на этот раз на джалло Дарио Ардженто «Тьма»(Tenebrae). Но вскоре судьба смилостивилась, и звонок от продюсера таки раздался. Это был Мино Лой, имевший отношение к таким проектам, как«Съеденные заживо» («Eaten Alive»), «Каннибалы» («Cannibal Ferox») и «Так мила, так извращена» («So Sweet, So Perverse») Умберто Ленци. Мино хотел снять мини-сериал жанра хоррор для телевидения, с последующей возможной переработкой в кинотеатральный проект. Изначально картина задумывалась как череда не связанных между собой новелл, но в результате совместной работы Бавы и сценариста Дардано Сакетти родился сюжет для для четырехсерийного фильма «Дом с лестницей во тьму». Особенностью этого сюжета стало то, что в конце каждой получасовой серии кровавейшим образом убивали какую-нибудь миловидную дамочку. Ламберто принципиально решил снимать «Дом» с очень жестокими сценами убийств, так как основной претензией зрителей к«Макабро» было отсутствие по-настоящему шокирующих моментов. Музыкант Бруно (Андреа Окчипинти) получает задание от режиссера Сандры написать музыку для её нового фильма ужасов. Музыка должна быть мрачная, но одновременно волнующая и непохожая на типичные музыкальные темы других ужастиков. Бруно с энтузиазмом принимается за работу, арендовав приличных размеров виллу, стоящую в некотором отдалении от города для того, чтобы уединение и атмосфера одинокого дома вдохновили его. Постепенно молодого музыканта начинают одолевать различного рода трудности.
Во-первых, Сандра отказывается показывать кому-либо, в том числе и Бруно, концовку своего фильма, ссылаясь на грандиозный сюрприз в финале. Бруно пытается объяснить ей, что знание развязки необходимо, чтобы лучше сориентироваться в настроении фильма, но сварливая дамочка-творец непреклонна. Во-вторых, с виллой тоже оказывается не всё ладно в половине дома отсутствует электричество, в подвале обнаруживается запертая дверь, к которой нет ключа, а вода в бассейне имеет ужасный запах. В-третьих, покой и одиночество Бруно постоянно нарушают на вилле то и дело появляются незнакомые девушки. Появляются и тут же исчезают В дополнение ко всему, во время работы Бруно начинают слышаться какие-то странные голоса и выясняется, что это не разыгравшееся воображение музыканта, ибо голоса слышны и на записанной пленке с музыкой. Кажется, что в доме поселились призраки По жанровому направлению, у Бавы и Сакетти получился классический джалло, в котором соблюдены все его каноны даже убивают в картине исключительно женщин, ни разу не покушаясь на жизнь сильной половины человечества. Тот факт, что сначала лента состояла из четырех серий, самым положительным образом повлиял на её динамику: каждая 25-минутная часть построена с равным балансом между напряженными «саспенс»-сценами, разговорами и убийствами дам. Некоторые сцены фильма (если вырвать их из контекста) кажутся совершенно «не от мира сего» — что добавляет своего очарования. Сама вилла, большая, с запутанными«внутренностями» с мрачными подвальными коридорами, производит очень благоприятное впечатление, и когда действие на непродолжительное время переносится на открытую местность, это кажется столь непривычным, будто мы смотрим готический триллер про«дом с привидениями». Виллу предоставил друг Сакетти, Лучиано Мартино (ставший ещё одним продюсером, наряду с Мино Лоем, не указанным в титрах).
Он приобрел её незадолго до съемок за 600 миллионов лир и просто горел желанием снять там какой-нибудь фильм. Даже актерская игра традиционно слабое место дешевого италохоррора — не вызывает существенных претензий. На главную роль был выписан почти что звезда итальянского кинематографа тех лет Андреа Окчипинти («Нью-йоркский потрошитель» («New York Ripper»)) актёр со своеобразной интеллектуальной внешностью, подходящей для необычного, странного кино, и очень любивший киноискусство как таковое благодаря чему соглашался сниматься в самых разных фильмах за очень небольшие деньги (снимается он и по сей день, но сейчас занят в большей степени кинодистрибьюцией). Единственным недоразумением в подборе исполнителей стала подруга Бруно в исполнении Лары Назински («Энигма» («Aenigma»), «Рыжая соня» («Red Sonja»)) полфильма я ждал, когда же грохнут эту «параБарби». Как видите, минусов у фильма мало, а достоинств достаточно, что позволяет порекомендовать сие творение всем, кто интересуется итальянским хорорром тех лет. Разумеется, ленту с весьма кровавым «содержимым» цензоры всячески резали, и в некоторых странах она вышла в прокат короче аж на 13 минут. Особенной обструкции подвергалась так называемая сцена в ванной её кромсали просто нещадно. В Америке картина вышла под тайтлом«Лезвие в ночи» который, по признанию Ламберто Бавы, нравится ему самому гораздо больше, чем родной, итальянский вариант названия.
Страница 1 из 2
