Признаюсь, что к некоторым темам в хорроре я очень неравнодушен: определенно испытываю слабость по отношению к зомби-тематике, фильмам, где герои блуждают по давно заброшенным домам, а также к различным ужасам, происходящим на кукурузных полях. Поэтому я просто не мог пройти мимо свежей direct-to-video постановки под названием «Hallowed ground».
Добавить в моё избранное
5 мин, 9 сек 14279
Режиссёр: David Benullo.
В ролях: Jaimie Alexander, Brian McNamara, Nick Chinlund, Ethan Phillips.
Весь прежний мир Лиз Чемберс, вся ее привычная жизнь рухнула в одночасье, когда в результате нелепой случайности погиб ее двухлетний ребенок. Не в силах справиться с утратой, она садится в автомобиль и едет прочь — просто едет по шоссе без особой цели, пытаясь убежать от себя и от тяжелых воспоминаний. Спонтанность и незапланированность поступка Лиз вскоре дают о себе знать: автомобиль, явно не подготовленный для столь длительного путешествия в никуда, начинает барахлить и героиня совершает вынужденную остановку в провинциальном городке Хоуп. Хоуп — обычное с виду американское захолустье, живущее спокойной и размеренной жизнью, однако местное население чрезмерно радушно встречает героиню. Да-да, зритель окажется совершенно прав, предположив, что и в «Hallowed ground» американская провинция и населяющие ее местные будут показаны как сосредоточие зла.
В закусочной Лиз знакомится с журналисткой, получившей задание написать статью о бытующей в городке легенде, согласно которой прошлое у него было крайне мрачным и кровавым. Раскрытие тайн далекого прошлого в хорроре обычно происходит ближе к финалу, здесь же режиссер буквально на первых минутах фильма обрушивает на зрителя подлинную историю городка Хоуп. Впрочем, мотивы вполне традиционны и легко узнаваемы: длительные неурожаи явно пошатнули психическое здоровье проповедника Йонаса Хетевэя, который стал приносить в жертву Богу городских грешников, распиная их на крестах посреди кукурузного поля. В дальнейшем проповеди Хетевэя выродились в некий культ с ярко выраженной эсхатологической направленностью, ибо тот предсказывал скорый конец света и заставил горожан выкопать убежище посреди кукурузного поля, в котром можно было бы пережить Армагеддон. Слухи о злодеяних, творящихся в Хоупе, через какое-то время распространились по округе и вскоре жители соседнего городка сами распяли Хетевэя, положив конец бесчинствам и кровопролитию. Как оказалось, лишь на время. Ведь Лиз со своей новой знакомой, легкомысленной журналисткой, совершают весьма опрометчивый поступок: они не только отправляются на кукурузное поле, чтобы посетить то место, где захоронен безумный проповедник, но и делают пугало, которое и водружают на импровизированный крест, расположив его точно на проклятой земле. Занимательные фото для «желтого» журнала, конечно, готовы, но вряд ли они уже понадобятся журналистке, ибо она становится первой жертвой ожившего пугала.
С этого момента мог начаться вторичный, но добротный хоррор в духе «Night of The Scarecrow» тем более поездка двух героинь к заброшенному дому проповедника, сцена оживания пугала, два последующих убийства (журналистки и полицейского) и эпизод в полицейском участке сдобрены изряной долей весьма неплохого саспенса, действительно держащего зрителя в напряжении, но сценарист (по совместительству режиссер) Дэвид Бенулло решил иначе. В фильм вклиниваются совершенно посторонние мотивы возрождения проповедника в новом теле и вот уже все население Хоупа гоняется за Лиз, которая должна стать матерью ребенка, в котором и будет воссоздана черная душа Ионаса Хетевэя. Ожившее пугало, тем временем, меланхолично сидит в плетеном кресле на веранде своего бывшего дома. Достаточно внятное, хотя и не лишенное несуразностей повествование, со второй половины фильма вырождается в безумный коктейль, где намешаны идеи из самых различных кинокартин: от«Ночи пугала» до«Детей кукурузы» от«Населения 436»(Лиз даже произносит те же слова, что и персонаж Джереми Систо!) до«Птиц» Хичкока. Отвлечь зрителя от глобальных вопросов, возникающих при просмотре сего«шедевра» могут и мелкие несуразности как то:«Что могут патрулировать полицейские ночью среди кукурузных полей?»; «Как героиня ухитрилась вытащить огромный гвоздь из доски голыми руками?»; «Почему никого из местных не насторожила внезапная тишина в комнате, где находились Лиз и священник?»; «С какой целью жители Хоупа отлавливали приезжих, если, по сути, им нужна была именно Лиз?» Сдается мне, что в голове у создателя этой картины Дэвида Бенулло творится самый настоящий хаос, ибо он попытался в своей новой работе воспроизвести едва ли не добрую половину всех существующих хоррор-мотивов. Здесь есть и ожившее пугало, и месть жителям соседнего городка, и жертвоприношения, и заклевывающие людей вороны, и переселение из тела в тело (как в«Спрятанном» только без особых подробностей), причем ряд мотивов остро противоречит друг другу. Так, с одной стороны, Лиз — избранная, так как у нее есть татуировка на плече, похожая на ту, что описана в предании, но, с другой стороны, для зачатия ребенка в котором возродится Хетевэй нужна девственница, хотя и так понятно, что Лиз таковой не является, ибо она уже была матерью! Соответственно беготня за главной героиней, составляющая большую часть фильма, вызывает недоумение.
В ролях: Jaimie Alexander, Brian McNamara, Nick Chinlund, Ethan Phillips.
Весь прежний мир Лиз Чемберс, вся ее привычная жизнь рухнула в одночасье, когда в результате нелепой случайности погиб ее двухлетний ребенок. Не в силах справиться с утратой, она садится в автомобиль и едет прочь — просто едет по шоссе без особой цели, пытаясь убежать от себя и от тяжелых воспоминаний. Спонтанность и незапланированность поступка Лиз вскоре дают о себе знать: автомобиль, явно не подготовленный для столь длительного путешествия в никуда, начинает барахлить и героиня совершает вынужденную остановку в провинциальном городке Хоуп. Хоуп — обычное с виду американское захолустье, живущее спокойной и размеренной жизнью, однако местное население чрезмерно радушно встречает героиню. Да-да, зритель окажется совершенно прав, предположив, что и в «Hallowed ground» американская провинция и населяющие ее местные будут показаны как сосредоточие зла.
В закусочной Лиз знакомится с журналисткой, получившей задание написать статью о бытующей в городке легенде, согласно которой прошлое у него было крайне мрачным и кровавым. Раскрытие тайн далекого прошлого в хорроре обычно происходит ближе к финалу, здесь же режиссер буквально на первых минутах фильма обрушивает на зрителя подлинную историю городка Хоуп. Впрочем, мотивы вполне традиционны и легко узнаваемы: длительные неурожаи явно пошатнули психическое здоровье проповедника Йонаса Хетевэя, который стал приносить в жертву Богу городских грешников, распиная их на крестах посреди кукурузного поля. В дальнейшем проповеди Хетевэя выродились в некий культ с ярко выраженной эсхатологической направленностью, ибо тот предсказывал скорый конец света и заставил горожан выкопать убежище посреди кукурузного поля, в котром можно было бы пережить Армагеддон. Слухи о злодеяних, творящихся в Хоупе, через какое-то время распространились по округе и вскоре жители соседнего городка сами распяли Хетевэя, положив конец бесчинствам и кровопролитию. Как оказалось, лишь на время. Ведь Лиз со своей новой знакомой, легкомысленной журналисткой, совершают весьма опрометчивый поступок: они не только отправляются на кукурузное поле, чтобы посетить то место, где захоронен безумный проповедник, но и делают пугало, которое и водружают на импровизированный крест, расположив его точно на проклятой земле. Занимательные фото для «желтого» журнала, конечно, готовы, но вряд ли они уже понадобятся журналистке, ибо она становится первой жертвой ожившего пугала.
С этого момента мог начаться вторичный, но добротный хоррор в духе «Night of The Scarecrow» тем более поездка двух героинь к заброшенному дому проповедника, сцена оживания пугала, два последующих убийства (журналистки и полицейского) и эпизод в полицейском участке сдобрены изряной долей весьма неплохого саспенса, действительно держащего зрителя в напряжении, но сценарист (по совместительству режиссер) Дэвид Бенулло решил иначе. В фильм вклиниваются совершенно посторонние мотивы возрождения проповедника в новом теле и вот уже все население Хоупа гоняется за Лиз, которая должна стать матерью ребенка, в котором и будет воссоздана черная душа Ионаса Хетевэя. Ожившее пугало, тем временем, меланхолично сидит в плетеном кресле на веранде своего бывшего дома. Достаточно внятное, хотя и не лишенное несуразностей повествование, со второй половины фильма вырождается в безумный коктейль, где намешаны идеи из самых различных кинокартин: от«Ночи пугала» до«Детей кукурузы» от«Населения 436»(Лиз даже произносит те же слова, что и персонаж Джереми Систо!) до«Птиц» Хичкока. Отвлечь зрителя от глобальных вопросов, возникающих при просмотре сего«шедевра» могут и мелкие несуразности как то:«Что могут патрулировать полицейские ночью среди кукурузных полей?»; «Как героиня ухитрилась вытащить огромный гвоздь из доски голыми руками?»; «Почему никого из местных не насторожила внезапная тишина в комнате, где находились Лиз и священник?»; «С какой целью жители Хоупа отлавливали приезжих, если, по сути, им нужна была именно Лиз?» Сдается мне, что в голове у создателя этой картины Дэвида Бенулло творится самый настоящий хаос, ибо он попытался в своей новой работе воспроизвести едва ли не добрую половину всех существующих хоррор-мотивов. Здесь есть и ожившее пугало, и месть жителям соседнего городка, и жертвоприношения, и заклевывающие людей вороны, и переселение из тела в тело (как в«Спрятанном» только без особых подробностей), причем ряд мотивов остро противоречит друг другу. Так, с одной стороны, Лиз — избранная, так как у нее есть татуировка на плече, похожая на ту, что описана в предании, но, с другой стороны, для зачатия ребенка в котором возродится Хетевэй нужна девственница, хотя и так понятно, что Лиз таковой не является, ибо она уже была матерью! Соответственно беготня за главной героиней, составляющая большую часть фильма, вызывает недоумение.
Страница 1 из 2
